Андрей Горин – Детектив неудачник (страница 3)

Плюс ко всему у меня обнаружились магические способности. А к тем, кого готовили на боевых магов, отношение было особое. Хотя магом, как выяснилось, я оказался ущербным.

Всё дело в том, что основой магического дара является магическое или Эфирное Сердце. Это нематериальная проекция, которая располагается в груди мага и концентрирует магическую энергию из окружающего пространства. Далее оно направляет магическую энергию по энергоканалам пронизывающим всё тело мага. Выпуская энергию через энергоканалы наружу, можно формировать различные магические конструкции, формируя из энергетических потоков заклинания.

Но вот ведь какая штука. Для эффективной работы Эфирное Сердце должно сжимать накопленную энергию до определённой плотности, чтобы, выталкивая её из средоточия, наполнять энергоканалы и создавать достаточное давление, благодаря чему энергетические потоки, вырывающиеся наружу, получаются мощными и способными создавать сильные заклинания.

Представьте себе насос и резиновый шланг. Если насос не создаст нужного давления, а шланг будет слишком большого сечения, и исходящая энергия не заполнит его целиком, то вместо мощной струи из шлага у вас будет течь жалкая струйка или просто сочиться капли воды.

Поэтому у большинства сильных магов Эфирное Сердце размером с апельсин, а энергоканалы чуть толще вязальной спицы. У слабых магов средоточие может быть вообще с горошину.

Казалось бы, что чем больше Эфирное Сердце и толще энергоканалы, тем сильнее маг. Но тут-то и крылась проблема. Чтобы заполнить магической энергией Эфирное Сердце большого размера требовалась способность быстро качать энергию из окружающего пространства и уплотнять её, что было недоступно большинству магов. Соответственно, чтобы наполнить толстые энергоканалы магической энергией в достаточном количестве и достаточной плотности нужны были огромные запасы энергии в Эфирном Сердце.

У меня же Эфирное Сердце было размером с арбуз, а большинство энергоканалов толщиной в пару пальцев. Соответственно, если пользоваться аналогией с водой, то в средоточии у меня вместо тугого шара воды получалась воздушная взвесь, вроде тумана, которая сочилась по энергоканалам и вытекала наружу лёгким паром вместо тугого потока.

То есть заклинания я творить мог, но самые слабые, поскольку накачать их энергией я не мог. Из-за этих ограничений, казалось, что мой магический дар совсем бесполезен. Однако, в дальнейшем оказалось, что это не совсем так, поскольку существовали способы обойти эти ограничения. Вот только это были очень дорогие способы и доступные для немногих.

Узнал я о них, когда мне исполнилось шестнадцать лет и меня перевели из приюта прямиком в армию. Хотя я особо не выпячивал свои чрезвычайные физические возможности, но полностью скрывать их не удавалось. А потому в армии меня определили в особое подразделение. Интендантский Отряд.

Согласно названию, можно было предположить, что занимались мы обеспечением строевых частей фуражом, продуктами и прочей ерундой. Но вот фиг вы угадали. Потому как на самом деле Отряд занимался глубокой разведкой в тылу врага и специализировался на проведении диверсий и прочих острых акций.

Состоял Отряд из сотни отборных головорезов. Главный принцип, по которому подирались кадры для Отряда, заключался в поиске людей с особыми талантами. Типа, как незаметно куда-нибудь пробраться, отправить на тот свет пару человек голыми руками или с помощью подручных средств, бесшумно пристрелить из лука или арбалета, а также способности к боевой магии.

Короче, это была сотня душегубов, готовых на всё. А потому направляли в неё людей опасных и не только из армейской среды. По крайней мере половина бойцов отряда была из приговорённых к смертной казни каторжников и прочих преступников. Ну или воспитанников сиротских приютов, которых не жалко.

Чаще всего мы охотились за важными шишками из армейского руководства противник. Пробирались тайно в походный лагерь и под шумок ликвидировали высокопоставленных военачальников. Бывало, что забирались и в глубокий тыл, где охотились за всякими знатными особами.

Короче, подрывали обороноспособность противник и принуждали его к миру, как говаривало наше начальство. А потому Отряд имел неофициальное название – Миротворцы.

Владению оружием и навыкам рукопашного боя нас и в приюте неплохо готовили, но, попав в Отряд, я понял, что нет предела совершенству. Инструкторы в приюте были неплохие, но в Отряде служили настоящие мастера своего дела.

Конечно, подобрались в Отряде в основном отъявленные подонки, но дух боевого товарищества в подразделении присутствовал, так как все понимали, что выживание во время боевых рейдов во многом зависит от слаженной работы команды и взаимовыручки.

Поэтому я сумел многое перенять от своих сослуживцев. А учитывая необычные свойства моего организма, аномальную силу, скорость движения, молниеносную реакцию и чудовищную регенерацию, я довольно быстро вписался в стройные ряды членов Отряда, и вскоре сам стал матёрым диверсантом и душегубом.

Особая история, это магия. Оказалось, что есть разные способы повысить эффективность работы Эфирного Сердца, в случаях если оно имеет слишком большой размер и не может концентрировать магическую энергию до высокой плотности.

Наиболее распространённым способом было использование Камней Души. Особые энергокристаллы, дорогие и редкие. При проведении магического ритуала, Камни Души как бы растворялись в теле переходя в нематериальный образ, который проецировался в Эфирном Сердце. Созданная энергетическая проекция Камня Души способна была концентрировать магическую энергию из окружающего пространства, наполняя Эфирное Сердце и уплотняя облако магической энергии.

Удовольствие было дорогое, и позволить его себе могли только очень обеспеченные люди. Обычно одного Камня хватало на год. Зато его носитель становился полноценным магом и мог оперировать магической энергией на уровне среднего мага. Конечно, многое зависело от величины Камня, совершенства его исходной энергоструктуры и ряда других параметров.

После того как мне имплантировали энергетическую проекцию Камня Души, я превратился в настоящего боевого мага. Навыки и знания у меня были после обучения в приюте, а теперь появилась и сила. Так что вскоре я стал полноценной боевой единицей Отряда.

Там я, кстати, и познакомился близко с моим другом, Фрэнк Дельгадо.

Это был обычный по нашим меркам рейд в тыл врага. Задача стояла ликвидировать одного из видных военачальников Королевства Ножей, прибывшего в войска с инспекцией.

План боевой операции не отличался особым изяществом. Батальон нашей регулярно армии должен был атаковать подразделения противника на участке фронта, куда прибыл генерал, с целью отвлекающего манёвра. Наш Отряд в это время должен был просочиться в тыл врага километрах в пятидесяти от места атаки, скрытно совершить марш-бросок и ликвидировать цель.

Мы свою работу выполнили как всегда чисто, а вот армейский батальон попал в ловушку. Видимо, противник вовремя прознал о готовящейся атаке и сначала дал батальону прорваться на десяток километров вглубь боевых порядков, а потом ударил с флангов и окружил наших солдат превосходящими силами.

Надо сказать, что понятие фронта и линии боевого соприкосновения с противником в нашей войне понятия весьма условные, так как война эта ведётся в непроходимых джунглях.

И вот пробираясь по этим самым зарослям, мы наткнулись на остатки одного из взводов разгромленного батальона. В основном это были трупы, раненные и умирающие.

Мы диверсионный Отряд, а не спасательная команда. По пятам за нами гнались разгневанные убийством столичного генерала враги, вокруг и впереди тоже были вражеские войска. Поэтому возиться с ранеными у нас не было никакой возможности. Нам и своих-то раненых не всегда удавалось вытащить, такова работа диверсантов. Иногда приходилось добивать своих же, чтобы не попали в плен.

Поэтому мы просто прошли мимо. Ну не совсем. Всё же прихватили двух раненых офицеров из знатных. Формально, потому что оставление без помощи офицеров, да ещё из знатных семей наше начальство не порадует и вони будет выше крыши. А кроме того, как я уже упоминал, наше подразделение состояло в основном из отпетых негодяев, для которых такое понятие как жажда наживы, было не пустым звуком. А родственники спасённых офицеров могли неплохо заплатить за спасение членов знатных семейств.

Остальных раненых бросили умирать, так как если бы пришлось тащить больше людей, то это сказалось бы на скорости движения Отряда, и преследователи могли нас нагнать.

У Дельгадо были перебиты обе ноги. Он, как и все достигшие 18 лет мужчины в нашем государстве, был мобилизован в армию, где должен был отдать службе пять лет. Что сказать, ему не повезло. Так как именно его часть направили для отвлекающего манёвра и, будучи новобранцем, он угодил в эту переделку.

Я обратил на него внимание, потому что в своё время мы жили на соседних улицах, и бывало вместе играли. Память ребёнка выборочна, и почему-то мне пятилетнему тогда запомнился этот пацан.

Не то чтобы я сентиментален, просто есть очень немного вещей, которые связывают меня с прежней жизнью. Поэтому я молча взвалил его на плечи и потащил. Командиры были недовольны, но, зная мои недюжинные физические способности, понимали, что на скорости движения Отряда это не скажется, поэтому предпочли не обострять и команды бросить раненного не последовало.