Андрей Георгиев – Смерть в мои планы не входит (страница 20)
– Проходите, господин президент скоро освободится.
Свиридов поблагодарил секретаря, пропустил вперёд Прошина. Небольшой и довольно-таки уютный кабинет. Окна, выходящие на Сенатскую площадь и здание Арсенала, зашторены. Несколько шкафов с книгами, красивая мебель, стены облицованы деревянными панелями. Рабочий стол, Т-образной формы, стол для совещания и картины. Полковник подошел к одной из них, остановился.
– Интересуетесь живописью, Юрий Сергеевич? – полковник, услышав за спиной голос президента, обернулся.
– Поскольку постольку, господин президент. Вы специфику работы нашего Управления знаете.
Президент поздоровался за руку со Свиридовым и Прошиным, пригласил их присесть за стол.
– Мне нравятся картины из студии Сергея Андрияки. Рекомендую, хороший художник, талантливый организатор. А насчёт вашей «Сигмы»… – президент задумался. – Знаю. «Сигма», про понятным причинам, в девяностые прекратила своё существование. «Заповедник» просто чудом удалось спасти от разграбления. Вездесущие американцы хотели «объект семнадцать» прибрать к рукам, но им не обломилось. А то, что вы делаете, Юрий Сергеевич, по-настоящему бесценно. Кто этот молодой человек?
– Подполковник Прошин, господин…
– Называйте меня по имени отчеству, – махнул рукой президент.
– Так точно. Это подполковник Прошин, мозг и руководитель первого отдела «Сигмы».
– Вот как? Наслышан-наслышан. Из молодых да ранних? Молодец, э-э-э… Как ваше имя?
– Вячеслав, – представился Прошин.
– Хорошо. Приступим к делу, но сразу хочу вам сказать, товарищи офицеры, на весь разговор у нас от силы полчаса. Я и так сделал все мыслимые и немыслимые отступления от протокола. Юрий Сергеевич?
– Чтобы не чувствовать себя стеснёнными во времени, нам придётся пригласить ещё одного человека.
– Хорошо, если это нужно для дела, приглашайте, – кивнул президент.
– Ду-юм… – произнёс Свиридов.
В центре кабинета спустился воздух, появился светящийся сиреневым светом силуэт двери. Дверь открылась, в кабинет президента вошёл мужчина в костюме зелёного цвета, в белой рубашке, со шляпой на голове. По ту сторону двери люди увидели заснеженные пики гор, чистое голубое небо. По грунтовой дороге, в сторону склона невысокой горы, шли два человека. Пожилой, седовласый, с большими залысинами мужчина лет семидесяти пяти, и молодая женщина с рюкзаком за плечами. Мужчина держал в руках две трости: одна – с набалдашником в форме орла, вторая с самым обычным с виду навершием. Дум, сняв шляпу, поклонился президенту, застыл неподвижно.
– Всё что угодно от вас ожидал, но только не этого, – покачал головой президент. Потом он рассмеялся: – Скажу начальнику ФСО о произошедшем, он… Нет, нужно поберечь его нервы. Итак…
Президент демонстративно посмотрел на часы: секундная стрелка никак не могла сдвинуться с места, время, как показалось президенту, замедлило свой неторопливый ход. Стол, за которым сидели люди, окружил барьер из флуоресцирующего воздуха.
– Не удивляйтесь, Владимир Владимирович. Пока с нами Дум – время остановлено, купол защитит нас от…
– Я догадался. Начинайте доклад и объясните, что вас привело ко мне. Откуда к нам прибыл господин Дум, я догадался.
Разговор в кабинете президента продолжался более часа. Когда он подошёл к логическому завершению, президент посмотрел в сторону окна, тихо произнёс:
– Я иногда задаюсь вопросом: почему наши танки не перешли через Эльбу? Может, Иосифу Виссарионовичу нужно было прислушаться к словам Жуков?
– План «От Бреста до Бреста»? – спросил Свиридов.
– Да. Многие ярые сталинисты и антисталинисты сошлись в одном: Сталин тогда сделал роковую ошибку и весь мир сейчас черпает дерьмо полной ложкой. Вся зараза, эта раковая опухоль с метастазами, медленно, но уверенно расползается по Земле. И как катализатор всеобщей трагедии может стать то, о чём вы мне рассказали. Не дай Бог источник энергии попадёт в руки фашистов, не дай Бог! Хорошо, разговор с фрау Меркель я беру на себя и он произойдёт в ближайший час, от силы два. Как вы собираетесь добираться до Баварии?
– По Королевским дорогам, – ответил Прошин.
– Это по энергетическим нитям, соединяющим на Земле города? Так, Вячеслав? – спросил президент.
– Так точно. Плохо, что наш товарищ пропал в одном из параллельных миров. Но он, я уверен, просто так, сложа руки, не сидит и, возможно, занимается решением той же проблемы, что и мы. Главное, что нам нужно – чтобы власти Германии не мешали проведению операции. Ну, и после неё, естественно, нам не мешали. Остальное мы сделаем всё сами.
– Что-то ещё от меня нужно, полковник? Нет? Тогда закончим наше совещание. Господин Дум, верните президенту России время. Вот уж не хотел видеть во врагах таких Думов, – усмехнулся президент, выходя из-за стола и прощаясь с офицерами, с человеком из параллельной реальности. – Вам, господин Дум, огромное спасибо.
– Ну что вы, – ответил Дум. – Я нарушил основные пункты «принципа невмешательства», получу взыскание, но оно того стоит. Мир превыше всего, не так ли?
Двигатель не подавал признаков жизни. Вирена вопросительно посмотрела на Шнитке, тот, удивлённо, на неё.
– И…? – многозначительно спросила женщина.
– Да-да, именно это и означает, – ответил Шнитке. – Что-то, или кто-то, явно не желает, чтобы мы просто так взяли и отсюда уехали. Я вам даже больше скажу, девушка, всё тайное когда-нибудь становится явным. По всей видимости, пришло узнать самую страшную тайну двадцатого и двадцать первого веков. Я предлагаю забрать с собой вещи, которые мы взяли с собой, и проследовать к бывшей лаборатории Аненербе. Как вам такой вариант?
– Мистикой попахивает, герр Шнитке. Аненербе, тайны, кто-то или что-то разумное или полу разумное. У меня, как у учёного, аналитическим складом ума и мой мозг отказывается что-либо воспринимать из набора этих догадок. Ни одного факта, только предположения. Найдём мы тайные, скрытые лаборатории под основной, дальше-то что, герр Шнитке? У меня вполне нормальное для данной ситуации предложение: вы, ничего не от утаивая, рассказываете мне, что прочитали в дневнике отца об артефактах, которые здесь хранились, а потом я приму решение. Пойду я куда-нибудь или нет. Может, мне проще прямо сейчас вызвать спасателей и полицию, герр Шнитке? Только как мы им будем объяснять причину нашего появление в этом месте?
– Во-первых, мы договаривались, что вы меня будете называть по имени, Вирена. И во-вторых, это похоже на откровенный шантаж, а шантажистов, как известно…
– Но-но, Пауль! Не говорите глупости! Если я не вернусь в дом отца к завтрашнему вечеру, то письмо, оставленное мною в одном всеми уважаемом заведении, послезавтра ляжет на стол шефа полиции города Гармиш – Партенкирхен.
– Хорошо. Хоть вы и блефуете, но я сделаю так, как вы сказали, Вирена. Только не знаю, понравится вам услышанное или нет. Итак, далёкий одна тысяча девятьсот восьмой год, Россия…
– Тунгусский метеорит? – спросила Вирена. – Он-то здесь причём?
– Когда вы выслушаете мою историю до конца, всё поймёте, – ответил Пауль. – Но ответьте на мой вопрос, девушка. Что вы знаете о теории параллельных миров?
– Только то, что существует множество миров, разделенных между собой очень тонкой гранью. Эти миры в чём-то между собой похожи, но это не значит, что ход истории в них может идти по определённому шаблону, двигаться в одном направлении, – ответила Вирена.
– Совершенно верно! – согласился Пауль. – Так вот, катастрофа произошла в 1908 году, но первая экспедиция добралась до места падения небесного тела только в 1927 году. В то время в России экспедиция не могла состояться априори, по известным всему миру и истории причинам. Но это не говорит о том, что поисками упавшего небесного тела никто не занимался. Первым, кто снарядил грандиозную экспедицию, был тибетский монах Анкун – Ро. Никто до сих пор не знает, откуда появился этот монах с таким странным именем. Но факт есть факт, экспедиция прибыла на место и вот что она увидела: вокруг места падения загадочного небесного тела, лес был повален веером от центра, причём, в самом центре падения часть деревьев, лишенные листьев коры, осталась стоять на корню.
Шнитке замолчал на некоторое время, потом продолжил:
– В результате взрыва были повалены деревья на территории более двух тысяч квадратных километров, оконные стёкла в домах были выбиты в нескольких сотнях километров от эпицентра взрыва. Монах Акун – Ро, возглавивший экспедицию, самолично встретился с очевидцем падения тела на Землю. И вот, что он рассказал, я цитирую: «…В тот момент, когда раскрылось небо, с севера пронёсся горячий ветер, как из пушки, который оставил на земле следы в виде дорожек. Потом оказалось, что многие стёкла в окнах выбиты, а у амбара переломило железную закладку для замка двери…» Вы не устали, Вирена?
– Нет-нет, очень занимательная история, Пауль, продолжайте.
– Хорошо, я скоро подойду к главному, Вирена. Так вот! Семён Семёнов, житель фактории Ванавара, находившейся в семидесяти километрах на юго-востоке от эпицентра падения космического тела, известного как Тунгусский метеорит, согласился стать проводником экспедиции. И вот, что он потом, в далёком тридцать втором году, рассказал учёным из России: «Когда я привёл странных людей к месту взрыва, на небольшой поляне мы увидели угольно-чёрный камень, по которому пробегали яркие всполохи красного цвета. Очень сильно разболелась голова, захотелось спать, ноги дрожали, как и руки. Сам камень был правильной прямоугольной формы, если бы не отколовшийся правый верхний угол. Камень лежал на земле, на его плоской стороне…»