Андрей Дёмкин – Истории русских фрейлин (страница 4)
Как видим, Манштейн определенно говорит о протекции всесильного Бирона, благодаря которой Менгдены, древний, но провинциальный остзейский дворянский род, стали влиятельными персонами при русском дворе. Между прочим, баронский титул этот род получил только в 1736 году — разумеется, благодаря стараниям Юлианы. Но не только женская часть Менгденов продвинулась к властным рычагам. Двоюродный брат фаворитки Карл-Людвиг стал камергером и президентом Коммерц-коллегии.
Но вернемся к «Запискам» Манштейна. Весьма нелицеприятную характеристику он дает сестрам Менгден: «Девицы эти, мало видевшие людей, не обладали умом, необходимым для ведения дворцовых интриг, поэтому три не вмешивались в них. Но Юлиана, любимица правительницы, захотела принимать участие в делах, или, лучше сказать, от природы ленивая, она сумела передать этот порок своей повелительнице». Здесь мемуарист говорит не просто о большом влиянии фаворитки на принцессу Анну Леопольдовну, но и о том, что первая воспитывала вторую по своему образу и подобию. Трудно сказать, кто на кого влиял больше. Но то, что обе эти женщины сошлись весьма близко потому, что у них было много общего, не вызывает сомнения.
Юлиана Менгден родилась в 1719 году, то есть была всего на год моложе Анны Леопольдовны. Мало сказать, что они были подругами. Анна и Юлиана могли сутками не выходить из комнаты, находясь там «неубранными», то есть непричесанными и неодетыми, с косынками на растрепанных волосах, в нижних юбках и кофтах. Подруги судачили о пустяках и предавались безделью. И когда Анна Леопольдовна стала правительницей России, привычки эти сохранились, приводя в неистовство государственных мужей, которые подолгу не могли добиться аудиенции и получить от матери младенца Ивана VI необходимую подпись на важных государственных бумагах. Фаворитка вообще во многом определяла круг лиц, допущенных к правительнице. Даже муж последней, принц Антон-Ульрих, вынужден был ждать своей очереди, чем он был крайне недоволен — неоднократно он громко, но безуспешно выражал свое возмущение.
Мемуаристы смогли придать скандальный характер отношениям между подругами. К Юлиане — «пригожей смуглянке, благотворительной и кроткого нрава», бесконечно преданной своей госпоже, — Анна Леопольдовна, по словам английского посланника в России Э. Финча, испытывала страсть, похожую «на самую пламенную любовь мужчины к женщине». Было доподлинно известно, что подруги часто спали в одной постели. Не исключено, что между фавориткой и правительницей действительно имели место, как сейчас принято говорить, «нетрадиционные отношения», но, возможно, подобные высказывания — не более чем необоснованные сплетни. Ведь были же еще и горячо любимый Анной Леопольдовной Линар, и не любимый ею же муж Антон-Ульрих, и пять детей от этого брака.
24 августа 1740 года у Антона-Ульриха и Анны Леопольдовны родился мальчик, названный Иваном. Уже тяжело больная императрица Анна Ивановна с радостью приняла эту весть — она усердно молилась о здравии наследника. А вот герцогу Бирону младенец мешал, так как затруднял путь к власти после смерти своей многолетней любовницы-императрицы. Имея огромное влияние на государыню, Бирон сумел выклянчить у нее «Устав о регентстве», по которому правителем при императоре-ребенке Иване Антоновиче должен был стать именно он.
Императрица Анна Ивановна скончалась 17 октября 1740 года. На престоле оказался двухмесячный мальчик, провозглашенный Иваном VI, а Бирон — до его совершеннолетия — сделался регентом. Его поддержало большинство не только немцев, но и русских вельмож. В пользу Бирона, с их точки зрения, говорило то, что знали они его давно, и это казалось гарантией от резких перемен в политике и во властной верхушке.
Еще не став правителем, Бирон крайне бесцеремонно обращался с родителями нового императора. Анну Леопольдовну и Антона-Ульриха по его приказу не пустили проститься с умирающей Анной Ивановной, а их сын был на какое-то время от них изолирован. Герцог даже подумывал о том, чтобы выслать их из России в Австрию.
Разумеется, родители Ивана VI проявляли крайнее недовольство, но они не пользовались влиянием и не имели серьезной опоры ни при дворе, ни в гвардии. Положение же Бирона представлялось весьма прочным, однако на поверку оказалось иллюзорным. Вскоре против правителя составился заговор, движущей силой которого стал фельдмаршал граф Бурхард Христофор фон Миних. Поначалу Миних поддержал Бирона, рассчитывая получить доступ к реальным рычагам власти. Но этого не произошло. Крайне амбициозный, считавший себя великим полководцем, склонный к авантюре фельдмаршал смириться с таким положением дел не пожелал. Он понимал, что легитимность его антибироновским действиям придаст соглашение с Анной Леопольдовной.
В ночь с 7 на 8 ноября 1740 года произошел переворот, который сверг Бирона. Регентшей при Иване VI стала Анна Леопольдовна. Наиболее полно эти события описаны в мемуарах их непосредственных участников: уже упоминавшегося X. Г. Манштейна, самого фельдмаршала Б. Х. Миниха, его сына Эрнста Миниха, а также автора примечаний к мемуарам Манштейна. Из этих документов мы узнаем, что фельдмаршал Миних тщательно скрывал свой замысел, продолжая быть любезным с Бироном. Но вот 7 ноября он посещает Анну Леопольдовну, и та встречает его с рыданиями и жалобами на регента. Миних предлагает ей свои услуги, и она сразу же соглашается. Примечательно, что накануне переворота фельдмаршал, его сын с женой и Юлиана Менгден были на ужине у Бирона. Миних, как уже отмечалось, породнился с Менгденами: его сын был женат на сестре Юлианы.
Все мемуаристы утверждают, что фаворитка ничего не знала о готовившемся перевороте, — этого потребовал фельдмаршал, когда обо всем договорился с Анной Леопольдовной. Однако вряд ли принцесса утерпела и утаила все от самой лучшей подруги. Кроме того, ей была необходима помощница во дворце.
Почему Миних выбрал для переворота именно ночь с 7 на 8 ноября? Он прямо объяснил это Анне Леопольдовне: на дворцовых караулах тогда стоял Преображенский полк, которым командовал фельдмаршал — а в своих солдатах он был уверен. Миних предупредил принцессу, что ночью приедет к ней. Анна Леопольдовна, в свою очередь, попросила Юлиану Менгден ее разбудить, когда приедет фельдмаршал.
Миних вместе со своим адъютантом Манштейном подъехал в карете к Зимнему дворцу, где жила Анна Леопольдовна с сыном и мужем, в третьем часу утра. Ворота были предусмотрительно оставлены открытыми; в покои принцессы Миних и Манштейн вошли через «гардеробную» комнату.
В ту ночь Анна Леопольдовна спала вместе с мужем. Принц ничего не знал, и принцесса не хотела, чтобы он вышел к заговорщикам. Но Антон-Ульрих спал чутко и проснулся. И хотя появившаяся в опочивальне фаворитка жены не внушила ему какого-либо беспокойства, принц заинтересовался: зачем супруга так рано встала? Та его успокоила, сказав, что ей нездоровится и она скоро снова ляжет в постель.
Мемуаристы отмечают, что Анна Леопольдовна беседовала с Минихом одна. Юлиана при этом не присутствовала. Вероятно, она следила за тем, чтобы никто не нарушил конфиденциальности ночной встречи. В ходе короткой беседы фельдмаршал убеждал Анну Леопольдовну поехать вместе с ним арестовывать Бирона. Принцесса наотрез отказалась. Но к просьбе Миниха, по крайней мере, вызвать к себе караульных офицеров-преображенцев и отдать им приказ следовать за фельдмаршалом и арестовать регента — Анна Леопольдовна прислушалась. За офицерами был послан манштейн, пока он выполнял поручение, принцессе надо было привести себя в порядок, то есть одеться «для выхода». Выйти к офицерам в ночной сорочке она не могла — сие способно было нанести ущерб величию власти. Но надеть платье без посторонней помощи принцесса бы не сумела — требовалась одна камеристка. Эту роль в ту ночь исполнила Юлиана, поскольку лишние свидетели были не нужны. Да и выйти к офицерам Анна Леопольдовна по этикету также не могла в одиночестве. Естественно, ее сопровождала все та же Менгден.
Принцесса произнесла речь, в которой подчеркнула, что надеется на их верность сыну-императору. Она коснулась и оскорбительных для родителей государя выходок Бирона и призвала офицеров вместе со своими солдатами следовать за фельдмаршалом и выполнять все его приказы. Затем Анна Леопольдовна обняла Миниха и «допустила» офицеров к руке. Последние, а также солдаты сразу же выказали готовность исполнить приказ матери императора. Манштейн пишет, что во дворце были оставлены офицер и сорок солдат, то есть одна смена караула. А восемьдесят солдат с остальными офицерами во главе с Минихом отправились в Летний дворец, где проживал Бирон. Как только Миних уехал, Анна Леопольдовна вместе с Юлианой Менгден пошла в комнаты, где спал малютка Иван VI. Всем уже было не до сна, а вскоре о случившемся сообщили и Антону-Ульриху.
Итак, 8 ноября 1740 года Анна Леопольдовна стала правительницей при сыне-императоре. Современники отмечали, что известие об аресте Бирона и его семьи народ и войска встретили с ликованием. Анна Леопольдовна наградила вдохновителя переворота Миниха, сделав его первым министром и президентом Военной коллегии. Правда, милости правительницы удостоились и не ударившие палец о палец ради ее прихода к власти граф Остерман, князь Черкасский, граф Головкин и прочие. Ловкий интриган Остерман сумел склонить на свою сторону Анну Леопольдовну и забрал основные рычаги управления страной в свои руки.