Андрей Буторин – Джинниня из лампочки (страница 16)

Расспросить о чем-либо лодочника не удалось. Едва Генка открыл рот, как река слева по борту отчаянно зашипела. Повернувшись на звук, он увидел, что из воды бьет паровой гейзер. Река буквально кипела! Но не вся, а лишь маленькая ее часть – почти правильный круг, не более полуметра в диаметре. Причем кипящий круг стремительно приближался к лодке. До встречи оставалось метра три, а что произойдет потом, Генке домысливать не хотелось. Да и проверять это на практике – тоже.

Лодочник заматерился и приналег на весла. При этом он судорожно вертел головой, шаря диковатым взглядом по обоим берегам. Только теперь Генка понял, что паровая аномалия на реке имеет не «внутренний» источник, что причина ее отнюдь не естественная. По реке кто-то просто-напросто палил чем-то вроде теплового луча. Цель неведомого стрелка была очевидна – лодка, тут и гадать нечего.

На составление этой логической цепочки у Генки ушло не более пары секунд, а «гейзер» извергался уже возле самого борта, обдавая сидящих в лодке горячими брызгами. Генка непроизвольно зажмурился, набрал в легкие воздуха для прощального крика, и тут лодку дернуло и потащило вперед. Он рухнул на спину, саданувшись затылком о край борта. Набранный в грудь воздух пришелся весьма кстати, но отнюдь не для слов прощания.

Все еще лежа на спине, Генка открыл глаза. Над ним по-земному голубело небо с легкими облачками, имевшими едва уловимый оттенок пурпура. Конечно, любоваться небесными красками ему в голову не пришло. Он по-настоящему испугался. И вовсе не за себя – собственная жизнь перестала в эти мгновения представлять для него какую-нибудь ценность, – а за Марину, за его дорогую, любимую принцессу!

Генка вскочил на ноги, едва не перевернув лодку и не свалившись в реку от упругого удара в грудь ветром. То есть это сначала ему показалось, что дует ветер. На самом деле лодка неслась с такой скоростью, что воздух сделался упругим.

Лодочник сидел согнувшись, с огромным трудом удерживая в уключинах весла, которые он поднял из воды. Воздух теперь был почти так же плотен, как вода, а скорость воздушного потока – во много раз больше скорости речного течения. Этот поток так и норовил выдернуть весла из уключин, задрать их вверх на манер крыльев, а то и вовсе унести к пурпурным облакам.

Генка, спиной предчувствуя недоброе, обернулся. Марины в лодке не было! А скорость все нарастала. Нос лодки задирался все выше и выше. Старое корыто глиссировало по водной глади, вспарывая речушку, словно свежепойманного угря. Генку отбросило и прилепило к корме. Возле самого лица, едва не размозжив голову, промелькнуло весло, вырванное-таки из рук лодочника. Генка вновь собрался заорать, но встречный поток воздуха не позволил даже вдохнуть. Тогда, сделав неимоверное усилие, он перевернулся на живот, и лицо его нависло над водным буруном, вздымающимся из-под кормы. Рассмотреть он ничего не успел, потому что глаза мгновенно закрылись от жгучего, подобно электросварке, света, пылавшего за кормой. В зажмуренных глазах плясали зайчики, им подтанцовывала вспыхнувшая в мозгу догадка: «Это Марина! Марина!»

Однако рожденный ползать, как известно, летать не может. И корыту не суждено быть скоростным глиссером – разве что совсем ненадолго… А потом – треск, разлетающиеся в стороны доски и щепки, славная гибель бесславной посудины!

Генка продолжал лететь, но уже под водой, стремительно при этом погружаясь. Он выставил вперед руки и вскоре ткнулся ими в илистое дно. Контакт произошел уже на излете, поэтому вывихов и переломов удалось избежать. Хуже было, что перед погружением он не успел сделать вдох. Теперь легкие настоятельно требовали воздуха, грозя разорваться от нетерпения.

Генка запаниковал. Показалось, что погружение заняло целую вечность, что он находится не менее чем на двадцатиметровой глубине! На самом деле над ним было всего метра три воды. Оттолкнувшись ногами от дна, он тут же и вынырнул, ударившись головой об один из кусков несчастной лодки.

Насытив истосковавшиеся по воздуху легкие, Генка огляделся. Неспешное речное течение несло пару обломков досок и весло. Ни Марины, ни лодочника на поверхности не было. Сердце зачастило, но тут сзади раздался всплеск, а потом голос Марины:

– Помоги!..

Он быстро подплыл к ней, с трудом удерживавшей над водой голову лодочника. Глаза того были закрыты. Генка поднырнул, подхватил левой рукой мужчину за пояс, вынырнул и, подгребая правой, мотнул головой в сторону ближайшего берега. Державшая лодочника за шиворот Марина кивнула. Вдвоем они легко и быстро справились с обмякшим телом. Вытащив бедолагу на берег, Генка заметил, что из-под волос на затылке у того струится кровь.

– Его шандарахнуло чем-то… – растерянно поставил он диагноз.

Принцесса ничего не сказала. Стоя на коленях перед распластанным вниз лицом телом, принялась водить над его головой руками, словно отгоняя невидимых мух. Очень скоро кровь течь перестала. Генке даже показалось, что и дырки никакой в голове уже нет. Еще через минуту лодочник закашлял, выплевывая воду, приподнял голову и одарил Генку с Мариной взглядом, которому очень подходило определение «похмельный». Если бы Генка не общался с ним всего несколько минут назад, точно бы решил, что мужик с бодуна. Тем более смысл заданного спасенным вопроса вполне соответствовал данному состоянию.

– Кто вы? – еле ворочая языком, спросил тот. Затем пьяно нахмурился и добавил: – А кто я?

– Ты что, напоила его? – хмыкнул Генка, удивленно посмотрев на Марину.

– Конечно, нет. Случайная реакция организма. Скоро пройдет.

– Как ты думаешь, мы далеко уплыли? – опомнившись, вскочил он на ноги и завертел головой.

– Километров пять.

– Тогда надо сматываться!.. Кстати, кто это был? – нахмурился он, соображая, и нашел ответ: – Стой, это похитители Юльки? Нет, тогда надо срочно их найти!

– Гена, погоди… – Марина, поднявшись с колен, дотронулась до его плеча. – Ты видел, что у них есть?.. Кстати, не думаю, что это они. Зачем им было нас дожидаться столько времени? Им, напротив, домой нужно как можно скорее добраться.

– А кто же в нас стрелял?

– Мало ли любителей пострелять? – пожала Марина плечами. – Тем более в гости нас сюда никто не звал.

– Но сначала-то, вроде, гостеприимно встретили, – кивнул Генка на лодочника.

– Даже чересчур, – согласилась принцесса. – Тебе не показалось, что он тебя узнал?

– Показалось… – Генка пристально посмотрел на лодочника: – Вы меня знаете?

Лодочник нахмурился. Взгляд его уже не казался пьяным – просто недоуменным.

– Кто вы? – опять спросил он и добавил испуганно: – А кто я?

Глава 13

Здесь, ниже по течению, местность была не столь холмистой. Трава достигала почти до пояса, так что идти быстро, тем более бежать, не получалось. Правда, лес оказался совсем рядом, в полусотне метров. Лучшего укрытия от неизвестных преследователей просто не существовало. Впрочем, было ли само преследование, оставалось пока неясным. Возможно, те, кто обстрелял лодку, сделали это… ну, по ошибке, что ли, по нелепой случайности или просто так, забавы ради. Хотя ни Генка, ни Марина ни в какие случайности больше не верили. А лодочник, похоже, вообще ничего пока не соображал. Просто шел, не отставая, да озирался иногда, лихорадочно блестя глазами.

Под сенью деревьев невольно прибавили шагу, поскольку идти стало гораздо легче. Да и прохлада придавала силы. Все же примерно через час все трое начали подумывать о передышке. Особенно лодочник. Если он и забыл, кто он такой, то что такое усталость, вспомнил быстро. Начал пыхтеть все громче и натужнее, хотя и не произносил ни слова. Генка с Мариной поняли, что долго ему взятый темп не выдержать.

– Стоп! Привал! – подняв руки, скомандовал Генка и остановился.

Марина, шагавшая сзади, уткнулась ему в спину. Сладко потянулась и закинула руки на Генкины плечи. Хоть он и устал, но стоял, не шелохнувшись, мечтая, чтобы это мгновение продлилось подольше.

Лодочник кулем рухнул на мягкий, шелковистый мох, жадно и хрипло хватая воздух широко разинутым ртом.

Принцесса убрала наконец руки с Генкиных плеч и тоже опустилась на мох, прислонившись к стволу дерева. Генка, вздохнув с сожалением, присел рядом.

Пару минут помолчали. Только шумное дыхание лодочника да легкий шелест листвы нарушали тишину.

– И что дальше? – первым не выдержал Генка.

– Надо идти к людям, – ответила Марина. – Что же еще?

– Где они тут – люди? Или ты имеешь в виду тех, кто по нам стрелял? – невесело усмехнулся Генка.

– Нет, я не их имею в виду, – осталась серьезной принцесса. – Люди, как правило, селятся рядом с водой. Ты этого не знал?

Он знал. И мысленно выругал себя за глупые вопросы. Неужели трудно хоть чуть-чуть подумать, прежде чем что-либо спрашивать? Тем не менее снова задал дурацкий вопрос:

– А в какую сторону лучше идти? – Впрочем, тут же спохватился и сам себе ответил: – Назад возвращаться бессмысленно и опасно. Мы плыли вниз по течению, значит, туда и надо топать.

– Вниз по течению вообще идти удобнее, – согласилась Марина. – Если селений долго не будет, можно сделать плот и плыть по реке.

– Чем его делать? – развел руками Генка.

– Придумаю что-нибудь, – подмигнула Марина, и он вспомнил, кем является сидящая рядом девушка.