Андрей Белянин – Сборник «Гаврюша и Красивые» [2 книги] (страница 75)

Первый удар магического посоха пришёлся в лобовое стекло, разнося его вдребезги! Изнутри повалил дым. Перепуганный депутат, кашляя, как лабораторная крыса на опытах, сидел в своём джипе, не смея даже пикнуть, когда на его машину со всех сторон сыпались удары магического посоха. Искры летели как фейерверк! Рука у старого инспектора магических заведений была всё ещё твёрдой, а вот зрение подводило. Так что, понятное дело, львиная доля ударов приходилась не на шустрых домовых, а на безответный джип, который уже неслабо походил на кучу чёрного пластилина.

Машина маминого обидчика со спущенными колёсами, исцарапанная котом и избитая волшебным посохом неуклюжего Кондратия, с вмятиной на крыше от тяжёлых прыжков Маркса, залепленными снегом окнами претендовала на серьёзный ремонт, так что у её хозяина теперь вряд ли будет время и желание обзывать проходящих мимо соседок…

— Бежим отседова! — неосторожно крикнул Гаврюша, вытаскивая соучастницу разбоя из-под магической зелёной молнии. — Энтот пенсионер не успокоится! Пора от него в Китай ноги уносить!

— В Кита-ай?! — завопил старый инспектор магической школы, оттопыривая волосатое ухо, более похожее на варёный чебурек. — Без загранпаспорта?! Без прививок?! Без моего разрешения?!

Он замахнулся на Аксютку, но девочка, взвизгнув, увернулась, и посох до половины утонул в сугробе. Домовые и кот забежали в подъезд. Старик Кондратий ещё пару минут тяжело выравнивал дыхание, а потом постучал согнутым пальцем в окошко джипа:

— Гражданин, до Китая не подбросите? Я заплачу, у меня сто рублей есть, кажется. И кстати, подскажите, а чё мне вдруг в том Китае надо? Ась?! Не слышу, граждани-и-ин…

Депутат понял, что теперь ему вообще кранты, и предпочёл на полчасика потерять сознание.

— Заперто! — сообщила рыжая домовая. — Давай проходи насквозь да отпирай.

— Ага, у меня все силы магические вышли, пока от дурня старого бегали. — Гаврюша дважды пнул дверь квартиры Красивых ногой, но она не поддавалась. — Егорка-а! Открывай давай! В Китай идти пора!

— Время не ждёт! — поддакнула Аксютка.

— Да не, время-то как раз ждёт, а вот Царь Обезьян ждать не любит! Открывай уже! Егорка-а!

Но дверь открыл заспанный папа.

— Вы что, гулять бегали? — спросил он, широко зевая и потирая кулаками глаза. — Смотрите, не потеряйтесь…

Вал Валыч ещё раз зевнул и отправился досыпать в свою комнату. Егорка Красивый виновато выглянул из-за угла.

— Мама и бабушка даже знакомым не разрешают дверь открывать, потому что я ещё маленький, а вокруг полно злых людей, которые только и мечтают маленьких детей обмануть и утащить.

— Ну энто вообще-то правильно, — подумав, решил Гаврюша. — Многие злодеи именно так и поступают.

— Ага, людоеды всякие там… — начала вспоминать Аксютка.

— Да ты энтими европейскими людоедами голову мальчонке не забивай, — отмахнулся от неё домовой. — Про свою нечисть думать надо. Вот Баба-яга наша как раз так и промышляет, когда её злобой накрывает — за волосы детей хватает, бросает в ступу и уносит к себе в избушку на курьих ножках, чтоб в печке зажарить. А как отпустит её приступ злобы, так вполне себе милейшая женщина становится, вегетарианка, пирожки с грибами печёт, добрым молодцам путь указывает. Сложная натура…

Гаврюша задумался о чём-то своём, но за дверью уже слышались шаги и ругань Кондратия, поднимающегося по лестнице.

— Ой, что сейчас буде-ет… — протянула Аксютка.

— Собирайся давай! Ноги в тапки, и в Китай идём прятаться! До обеда вернёмся! — коротко скомандовал Гаврюша, бросая мальчику в руки тапки с корабликами.

— Товайищи! Вы пйо меня забыли! — пискляво раздалось из-за двери.

— Ой, ещё и кошак ваш там! — опомнилась Аксютка.

— Значит, и его придётся в Китай вести, а не то Кондрашка бабушку нашу без мурлыки оставит, заарестует его из мести и лешим сдаст!

— Бабушке без кота никак нельзя! — заволновался Егорка. — У неё давление поднимется.

— Не боись! Не дадим баюна в обиду! Пошли уже…

Глава двадцать третья

Если нашкодил дома, беги в Китай!

На чердаке было, как всегда, холодно. Егорка поёжился, покрепче прижимая к себе тёплого пушистого кота. Гаврюша почему-то очень долго возился с маленькой дверкой.

— Примёрзла, проклятая, не открывается! — ворчал маленький домовой, дёргая за ручку. Такие же маленькие Егор и Аксютка неуверенно топтались рядом.

— Ага!!! Вот вы где! От меня не уйдёшь! — злорадно кряхтел Кондратий, неумолимо поднимающийся на чердак. — Ребёнка в свои игры втянули? Мальчонку по сказочным мирам тягаете?! Энто запрещено! А почему? Забыл. А о каком ребёнке речь-то, ась?

В эту секунду маленькая дверка поддалась и открылась.

— Все за мной! — крикнул Гаврюша, за шиворот забрасывая Егора в дверной проход.

— А-а! Вспомнил! Вспомнил, почему нельзя! Глупостями ребёнку голову забивать нельзя! Никто ему ж не поверит, что он в сказке был! По врачам затаскают! А врачи — у-у-у! — страшно прогудел он, потрясая посохом. — Врачи грачи! Таблетки пропишут, в рубаху белую оденут, а рукава за спиной на бантик завяжут! Зачем? Не помню… но было же со мной такое?!

Весёлая штука память вновь на минуточку покинула ретивого магического инспектора. Впрочем, он не стал терять времени и, не дожидаясь возвращения шалуньи, протиснул ногу в остроносом башмаке в зазор между косяком и закрывающейся дверкой…

— У-у! Гаврюшка — дурак! Ногу прищемил! Больно! Нарушитель окаянный! Я на тебя в суд подам за сопротивление при аресте!!! Тока вспомню, чё ж такое арест, и враз подам…

Домовой изо всех сил пытался захлопнуть волшебную дверку, но пожилой инспектор, уменьшающийся на ходу, не сдавался. Оставалось идти на хитрость…

— Рассосались вправо, влево, — скомандовал домовой, и Аксютка с Егором послушно отшагнули в стороны.

Гаврюша поднажал и вдруг резко отступил, подставляя старому Кондратию подножку. Владелец волшебного посоха и островерхого колпака кубарем вылетел в зелёную траву и, пропахав носом борозду до чернозёма, замер, гулко стукнувшись лбом о большущий валун. Всё…

— Уходим!

— А как же дедушка Кондратий, он не умер? — испугался мальчик, по-прежнему держащий на плече тяжеленного кота. Соучастие в убийстве магического инспектора не входило в планы будущего капитана пиратского корабля.

— Не глупи, Егорка. — Кряхтя от напряжения, Гаврюша перевернул инспектора и приложил ухо к его груди. — Жив-здоров, отдыхает просто! Когда стариков разум покидает, так порою сила их столь велика становится, что даже русских богатырей могут раскидать по углам, как спички, а сами потом по потолку до окна добежать, а потом в то же окно и выйти! Не будем мы старика провоцировать, чтобы он рядом с волшебной дверкой нам ещё и волшебное окно в Китай прорубил!

— Точно не умер?

— Да вот тебе честное слово! И Маркса отпусти уже, что ли?!

— Ох, побежали отсюда, — фыркнула Аксютка, первой резво припуская вперёд.

Мальчик с котом и домовым не сговариваясь кинулись её догонять. Гаврюша возвращал себе лидерство в компании, баюн был рад возможности поразмять лапы, а Егор уже слишком хорошо знал, на что способна его подружка-хулиганка. Оставлять её в Древнем Китае одну было просто опасно для… самого Китая, разумеется!

Они дружно бежали по мягкой травке, под высоким и синим небом. Краски казались такими флуоресцентно-насыщенными, как у дешёвых китайских игрушек в магазинах "Всё по 50". Под розовыми облаками проплывал белый дракон, и след его в небе очень напоминал след от реактивного самолёта, который Егорка сам пару раз наблюдал над Москвой во время парада.

— Фыр-фыр! Фыр-фыр! — неожиданно раздалось слева, и из-за больших кустов показались аккуратные, почти мультяшные лисьи мордочки.

Наши герои на минуточку остановились.

— Вы кто, фыр-фыр, вы откуда? — защебетала одна из лисичек.

— Фыр-фыр, это кто, с таким пушистым хвостом? Фыр-фыр, это же кот, кот с белыми бровями! Ха-ха, кот с белыми бровями, хи-хи! — рассмеялась вторая.

— О! Так энто китайские лисицы! — хмыкнул Гаврюша, объясняя очевидное. — Говорливые да ласковые! Привет, лисички-сестрички!

— Привет-привет, крестьянин с мизинчик! Ха-ха! — захохотали лисички.

— Чего это я с мизинчик?! — надулся домовой. — Ща я как вырасту!

Он щёлкнул пальцами и принял свой обычный размер.

— Всё равно маленький! Маленький крестьянин, на один укус, на один зубок, ха-ха! — продолжали издеваться рыжие нахалки, повалившись на траву и дрыгая чёрными лапками.

— Чё эт они? — озадаченно спросила Аксютка.

— Китайцы… — многозначительно ответил Гаврюша, рукой приподнимая отвисшую челюсть Егора Красивого, совершенно не понимающего, что тут вообще происходит.

— Ага!!! Попались! Списали Кондратия в утиль?!

Наши герои страдальчески обернулись, похоже, удрать от магического инспектора действительно не так уж и просто.

— Вот я вас!!! Вот я вам!!! А чего я вам? И где это я? — внезапно задумался он, осторожно почёсывая большущую шишку на лбу.

— Ха-ха! Хи-хи! Фыр-фыр-фыр!

— Ой… лисички… с хвостиками… — умилился инспектор, внезапно засмущавшись до красноты щёк. Он поправил высокий колпак и даже отряхнул пыльную мантию. — А я вот тут, знаете ли… нарушителей ловлю…

— Вот этих? — уточнила одна из лисиц, указав изящной лапкой на четверых друзей. — Хи-хи! Ха-ха!

— Ага, — подтвердил Кондратий и неуверенно добавил: — Хе-хе…