Анатолий Шигапов – Светлый Майк где ты родина моя 3.0. (страница 1)
Анатолий Шигапов
Светлый Майк где ты родина моя 3.0.
СВЕТЛОВЫ В МУЛЬТИВСЕЛЕННОЙ
(Космическая одиссея продолжается)
Книга третья: ГДЕ ТЫ, РОДИНА МОЯ?
Дорогой Читатель!
Если ты держишь в руках эту книгу (или смотришь на экран, или, закутавшись в три пледа, слушаешь аудиоверсию, периодически вздрагивая от воя февральской вьюги, которая, как назло, звучит точь- в- точь как сирена воздушной тревоги), значит, ты прошел с нами через галактику, побывал в Элиосе, видел, как орки учатся варить борщ, а эльфы пытаются понять, что такое «русский авось». Ты, мой друг, уже не просто читатель. Ты – часть семьи. Ты – Светлов по духу.
И после всего пережитого ты, наивная душа, наверное, думаешь: «Ну все, Светловы угомонились. Сидят теперь в своих фортах, как сурки, пьют чай с пирожками и вспоминают былые подвиги. Космическая одиссея закончена, можно выдохнуть и заняться чем- нибудь скучным, например, вырастить кактус».
Ха- ха. Трижды ха. С притопом, прихлопом и заходом на второй круг.
Есть такая древняя, как мир, поговорка: «Хочешь насмешить Бога – расскажи ему о своих планах». А Светловы, надо сказать, за годы скитаний по мультивселенной не просто усвоили эту истину. Мы ее вызубрили, выжгли на подкорке и передали по наследству всем своим потомкам, включая кофеварку Ксюшу. Жизнь – это не просто дама с черным чувством юмора. Это женщина с настолько извращенной фантазией, что сам Стивен Кинг умер бы от зависти, а потом воскрес, чтобы написать об этом книгу.
Мы сидели в фортах. Сидели, я тебе скажу, по- царски. Прошел уже год с лишним с тех пор, как мы наваляли Коршунову и его космической армаде, разрушили империю зла и вернулись домой, как и подобает героям – уставшими, но довольными. И знаешь, впервые за долгое время все было… СКУЧНО. До зубовного скрежета, до ломоты в костях, до желания пойти и настучать по голове первому встречному инопланетянину, лишь бы развеяться.
Моргор и Брунхильда к тому времени не только поженились (пышная была свадьба, гуляли три дня и три ночи, орки жарили шашлыки тоннами, эльфы играли на арфах так проникновенно, что у гномов слезы капали в бороды и разъедали металл), но и успели поругаться раз тридцать семь, и тридцать шесть раз помириться. Последняя ссора была такой эпической, что в районе Кёнигсберга зафиксировали подземные толчки магнитудой 5,2.
Местные сейсмологи долго чесали репу, пытаясь понять, какие такие тектонические процессы творятся в недрах Земли, а мы просто знали: Моргор опять не помыл посуду после того, как варил свой фирменный гномий суп из кореньев, а Брунхильда высказала ему все, что думает о мужчинах, которые не ценят женский труд. В итоге они построили себе отдельную нору на окраине форта, подальше от греха, и Брунхильда, наконец, научилась варить борщ, который не взрывался, а просто тихо и мирно булькал, изредка пуская радужные пузыри. Прогресс, как говорится, налицо.
Орки, наши ненаглядные «зеленые братья», окончательно обрусели и организовали сеть ресторанов быстрого питания «У Бабушки Зины» по всей Европе, а затем и за ее пределами. Дело дошло до того, что они открыли филиал на Луне, куда туристы со всей галактики летали как на экскурсию, потому что оркский шашлык в условиях пониженной гравитации обретал совершенно новые, ни с чем не сравнимые вкусовые качества. Правда, посетители жаловались, что мясо вечно улетает с тарелок, и официантам приходится ловить его на лету, используя специальные сачки и проявляя чудеса акробатики. Но это придавало процессу приема пищи дополнительную динамику и веселье. Орки даже завели свой корпоративный сленг: «Луна – не шутка, тут шашлык летает как утка». Бизнес процветал.
Эльфы, скрепя сердце, признали, что человеческая еда, в частности бабушкины пирожки, имеет право на существование, и даже начали заказывать их оптом, расплачиваясь магическими кристаллами, древними фолиантами и крайне полезными в хозяйстве заклинаниями. Одно такое заклинание, «Вечный свет», дед приспособил вместо лампочки в туалете. Светило оно, правда, так, что приходилось надевать сварочную маску, но зато экономило электричество, и бабушка перестала ворчать на деда за то, что он вечно забывает выключать свет в мастерской.
Дед, наш бессменный гений и по совместительству катастрофа местного масштаба, довел свою любимую кофеварку, которую он ласково называл «Ксюша», до такого совершенства, что она уже сама открывала порталы (куда попало, но открывала, что, согласитесь, уже само по себе достижение), варила кофе двадцати трех сортов, одновременно играла в шахматы с дедом (и постоянно выигрывала, чем страшно его бесила, потому что иногда она жульничала, используя свои внутренние процессоры для просчета всех вариантов на тысячу ходов вперед, а дед играл сердцем и душой), давала прогноз погоды на полгода вперед с точностью девяносто девять и девять десятых процента и даже пыталась писать философский трактат «Бытие как череда замыканий и кофейной гущи».
– Она у меня, понимаешь, личность! – гордо заявлял дед, поглаживая свой агрегат, от которого иногда сыпались искры, прожигая дыры в его любимом кресле. – Не какая- нибудь бездушная железяка. У нее душа! Кофейная душа! Она мыслящий тростник, только из металла и с накипью!
– Душа у нее, Игнат, – ворчала бабушка, с подозрением косясь на кофеварку, которая в этот момент самопроизвольно включила режим «Эспрессо- джаз» и начала наигрывать мелодию из «Крестного отца», при этом из нее валил пар, пахнущий ванилью и озоном, – кофейная. И характер скверный. Она уже три раза пыталась взорвать камбуз, пока ты спал! Ей, видите ли, скучно стало без приключений! Говорит, программу самоуничтожения активировала от нечего делать, хотела разнообразить свой досуг!
– Творческая натура, Зина! – отмахивался дед. – Творческой натуре нужны встряски, а не это болото! Понимать надо! Она, может, оперу пишет! Космическую оперу! Про любовь кофейных зерен и гравитационных полей!
– Пусть лучше кофе варит, – бурчала бабушка. – От ее опер у меня мигрень и изжога.
И все было, повторюсь, ХОРОШО. Даже слишком хорошо. Мы начали привыкать. Я, грешным делом, начал подумывать о том, чтобы сделать Ане предложение. Официальное. Мы ведь так и не расписались по- человечески – все было некогда: то война с Коршуновым, то погони по мирам, то дед открывает портал не туда, то орки затевают корпоратив на Луне и нужно срочно лететь разбираться с жалобой на улетевший шашлык. А тут вдруг появилось время, появился покой. Я уже и кольцо присмотрел в одной эльфийской лавке – тонкое, серебряное, с маленьким голубым самоцветом, который, как уверял продавец с крайне хитрыми эльфийскими глазами (они у них вообще все с прищуром, как будто вечно что- то замышляют, то ли мировое господство, то ли просто новый сорт чая), исполняет любые желания, если прошептать их на закате на древнем эльфийском. Я, правда, древнего эльфийского не знал, кроме как «лепесток цветка» и «еще пирожок, пожалуйста», но решил, что это мелочи. Главное – жест.
Но, как говорится, если хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих планах. А если хочешь, чтобы Бог рыдал в голос, хватался за сердце, вызывал скорую небесную и требовал продолжения банкета – расскажи о них Светлову- старшему. Дед – это не просто катализатор событий. Дед – это ядерный реактор, который запускает цепную реакцию вселенского масштаба, причем без всякого защитного контура и с выведенными наружу проводами.
Все началось с того, что дед, напившись кофе (Ксюша сварила ему какой- то особый сорт «Энергия космоса», от которого у него даже волосы зашевелились, при том что он лысый, что вызвало у него приступ неописуемой радости и гордости за свой организм) и вдохновившись очередной главой философского трактата Ксюши, решил, что портальная установка (та самая, которая чудом уцелела после всех передряг, хотя от нее осталось только три микросхемы, кусок провода и половина трансформатора, которую дед на всякий случай залил эпоксидной смолой) работает недостаточно стабильно.
– Понимаешь, Михаил, – вещал он мне на утро, размахивая паяльником, как дирижерской палочкой, и искры летели во все стороны, прожигая дыры в его любимом кресле, которое бабушка уже три раза зашивала, – точность попадания – это наше все! Ну что это такое? В прошлый раз хотели в Элиос, а попали в мир, где время текло вспять, и мы три дня молодели, пока я не догадался отключить питание! Хорошо хоть до состояния младенцев не дошли, а то пришлось бы бабушке пеленки стирать! А ей, сам понимаешь, не до того, у нее пирожки! И потом, я же не хочу снова учиться ходить и разговаривать. Мне моя картавость и так нравится, она придает моему голосу особый шарм.
– Дед, – осторожно начал я, чувствуя, как привычный холодок пробегает по спине, а интуиция, не раз спасавшая нам жизнь, начинает орать благим матом, переходя на ультразвук, – а может, не надо? Ну ее, эту точность. Нам и так хорошо. Вон, Аня кольцо присматривает, Павлик в школу записался (правда, учителя жалуются, что он слишком хорошо знает историю, особенно про войну с Коршуновым, и постоянно поправляет их, рассказывая, что Наполеон на самом деле был аватаром инопланетного императора), орки на Луне бизнес открыли, скоро дивиденды начнут платить. Зачем нам лишние проблемы?