Анатолий Шигапов – Паутина на острие права 2.0. (страница 4)

Топольский взял документ. Учредитель - кипрская компания «Avelon Holdings Limited». Генеральный директор - Сергей Павлович Чистяков.

- Чистяков - это фамилия Сергея Павловича? - спросил он.

- Да. Я проверила. Тот же паспорт, та же дата рождения. Он же представлял фонд «Рубеж» в суде по делу Веры. Он же приходил к вам с предложением работы. И он же - генеральный директор девелоперской компании, которая хочет снести дом в Междуречье и построить на его месте элитное жильё.

- А где сам Сергей Павлович числится ещё? - Топольский сел за стол.

- В трёх компаниях: фонд «Рубеж» (юрист), «БалтДевелопмент» (генеральный директор) и ООО «БалтКонсалт» (учредитель). Последняя - пустышка, зарегистрирована на тот же адрес, что и фонд. - Лена ткнула пальцем в другую выписку. - А вот здесь самое интересное: юридический адрес всех трёх компаний - Ленинский проспект, 82. Тот самый бизнес-центр, где офис Рудакова.

- То есть Сергей Павлович - не просто юрист. Он - ключевая фигура в схемах Рудакова. Риелторские сделки, девелопмент, экспертизы - всё через него.

- И это ещё не всё. Я проверила кипрского учредителя «БалтДевелопмента». Фирма «Avelon Holdings Limited» зарегистрирована на того же номинального директора, что и офшор, который владеет правами на довоенные титулы по Калининграду. Связь полная.

Топольский откинулся на спинку стула. Паутина расширялась. Если в первой книге он имел дело с одним эпизодом - поддельной доверенностью на квартиру, то теперь перед ним вырисовывалась целая система: липовые экспертизы, снос домов, девелоперские проекты. И всё это замыкалось на Рудакове.

- У нас есть прямой договор между администрацией и «БалтЭкспертСтрой» на проведение экспертизы? - спросил он.

- Нет. Администрация отказывается предоставлять договор, ссылаясь на коммерческую тайну.

- Какая коммерческая тайна у муниципального контракта? Это абсурд. - Топольский взял ручку. - Пишем запрос в прокуратуру. И ещё один - в УФАС. Пусть проверят, на каком основании администрация заключила договор с фирмой, которая просуществовала всего три месяца.

- А если они ответят, что всё законно?

- Тогда мы подаём в суд на администрацию - о предоставлении информации. Это законное право граждан.

Лена кивнула и начала печатать. Топольский встал, подошёл к карте Калининградской области. Отметил флажком Междуречье. Потом нашёл другие посёлки, где были похожие случаи - он помнил из новостей: в Багратионовском районе снесли дом, жильцов выселили в маневренный фонд, на месте построили коттеджи. В Гурьевске - то же самое. В Светлогорске - старая вилла пошла под снос.

- Лена, а вы не проверяли, кто девелопер в других аналогичных проектах?

- Ещё не успела. Но если схема тиражируется, то наверняка те же лица.

- Проверьте. Это будет нашим следующим делом, если выиграем это.

Он вернулся за стол, открыл ноутбук. Нашёл сайт администрации Междуречья. Список муниципальных контрактов за последние полгода. Договор с ООО «БалтЭкспертСтрой» действительно был - номер, дата, сумма. Но в графе «результаты» стояло: «Экспертиза признала дом аварийным». Ниже - ссылка на акт, который был у Топольского.

- Сумма контракта - двести тысяч рублей, - заметил он. - За эти деньги можно провести беглый осмотр, но не полноценную экспертизу с лабораторными пробами.

- Дешево, - сказала Лена.

- И эффективно. Они заплатили двести тысяч, получили акт, который позволяет снести дом и продать землю за десятки миллионов. Рентабельность - огромная.

Он закрыл ноутбук. В окно по-прежнему стучал дождь. Топольский чувствовал, как внутри нарастает холодная решимость.

- Завтра начинаем собирать подписи жильцов под коллективным иском против администрации. И подаём ходатайство о приостановлении выселения до рассмотрения дела по существу.

- Судья может отказать.

- Может. Но если откажет - мы подадим жалобу в областной суд. И подключим прессу. Пусть люди знают, что их хотят переселить в трущобы.

Он посмотрел на лист с выпиской на Сергея Павловича. Знакомое имя. Знакомое лицо. Знакомые схемы.

- Чистяков, - произнёс он вслух. - Сергей Павлович Чистяков. Запомните это имя, Лена. Оно ещё не раз всплывёт.

- Я уже запомнила.

Топольский убрал документы в папку, написал на обложке: «Междуречье. Чистяков - девелопер». Поставил в сейф.

За окном темнело. Калининград погружался в ноябрьские сумерки. Война за дом только начиналась.

Глава 7. Иск о выселении

Уведомление о подаче иска администрация прислала через неделю. Топольский держал в руках повестку - ровно такую же, какую год назад получала Вера. Те же формулировки, тот же маневренный фонд, тот же срок на выселение - два месяца. Только фамилии другие.

- Лена, - сказал он, - готовьте коллективный иск. Мы будем представлять всех жильцов.

- Всех двенадцати семей?

- Да. Чем больше людей, тем сложнее суду игнорировать.

Лена застучала по клавишам. Топольский сел писать ходатайство о приостановлении выселения до рассмотрения дела по существу. Такой ход давал им время - если судья согласится, жильцы могли остаться в доме ещё на несколько месяцев.

Первое заседание назначили на пятницу, десять утра. Топольский приехал в суд за полчаса. В коридоре толпились жильцы из Междуречья: Антонина Петровна с авоськой, ветеран на коляске (его привезла жена), учительница, семья с детьми. Все взволнованные, некоторые - с красными глазами.

- Не волнуйтесь, - сказал Топольский. - Судья нас выслушает.

- А если не выслушает? - спросила учительница.

- Тогда будем жаловаться выше.

В зал заседаний пустили не всех - только Топольского, представителя администрации и троих жильцов (Антонину Петровну, учительницу и ветерана). Судья - женщина лет сорока, с усталым лицом и короткой стрижкой - открыла заседание ровно в десять.

- Слушается дело по иску администрации муниципального образования «Междуреченское сельское поселение» к жильцам дома № 7 по улице Центральной о выселении в связи с признанием дома аварийным. У истца - есть ли представитель?

- Я, - поднялась женщина лет тридцати, в строгом костюме, с блокнотом. - Юрисконсульт администрации, фамилия Ковалёва.

- У ответчиков?

- Адвокат Топольский, представляю интересы всех двенадцати семей. - Он встал. - Ваша честь, прошу приобщить к делу наши возражения, показания свидетелей, фотографии дома и маневренного фонда, а также ходатайство о назначении повторной независимой экспертизы.

- Принимается. - Судья взяла бумаги, пробежала глазами. - У истца есть возражения?

Представительница администрации встала.

- Администрация действует строго в рамках закона. Экспертиза проведена лицензированной организацией, дом признан аварийным, жильцы подлежат переселению. Другого жилья у администрации нет, кроме маневренного фонда.

- А вы сами видели этот маневренный фонд? - спросил Топольский.

- Это не относится к делу.

- Относится. Мои доверители - люди пожилые, инвалиды, семьи с детьми. Переселение в комнаты без удобств, с общей кухней и туалетом на этаже - это нарушение их прав на достойное жильё. Статья 40 Конституции.

Судья постучала карандашом.

- Адвокат, ваши претензии к качеству маневренного фонда - это отдельный иск. В рамках этого дела мы рассматриваем законность признания дома аварийным.

- Именно поэтому я и прошу назначить повторную экспертизу, ваша честь. Представленная экспертиза - липовая. Эксперт не имеет профильного образования, договор заключён задним числом, замеры не проводились. Я ходатайствую о назначении экспертизы в Калининградском центре судебной экспертизы.

Судья надела очки, перечитала ходатайство.

- Представитель администрации, ваше мнение?

- Мы возражаем. Повторная экспертиза затянет процесс. Люди должны быть переселены в кратчайшие сроки - дом может рухнуть в любой момент.

- Не может, - парировал Топольский. - Я провёл собственные замеры. Отклонения в пределах нормы. Дом стоит крепко. Если суд сомневается - назначим экспертизу. А пока я прошу приостановить выселение до её результатов.

Судья помолчала, потом кивнула.

- Ходатайство о назначении повторной экспертизы принимаю. Экспертизу поручить Калининградскому центру судейской экспертизы. Выселение приостановить до получения результатов. Следующее заседание - через месяц.

Представительница администрации поджала губы, но спорить не стала.

- Судья на нашей стороне, - прошептала Антонина Петровна.

- Пока да, - ответил Топольский. - Но это только первый бой.

Они вышли из зала. В коридоре их встретили остальные жильцы - с надеждой и тревогой.

- Что там? - спросил ветеран на коляске.