Анатолий Шигапов – Когда погасло Солнце - зажегся лёд (страница 22)

– Знаете, что самое страшное?

– Что?

– Что мы даже не знаем, ради чего всё это. Если Солнце погасло навсегда, то мы просто оттягиваем неизбежное. Рано или поздно все умрём.

– Может быть, – согласился Семён Аркадьевич. – А может, и нет. Может, через сто лет люди будут жить на Венере постоянно. В городах под куполами, с ядерными реакторами, с гидропоникой. И они будут вспоминать нас как первых, кто выжил в этом аду.

– Вы правда в это верите?

– Не знаю, – честно сказал он. – Но без веры нельзя. Иначе зачем всё это?

Он показал рукой на город, на людей, на жёлтое небо за стеклом.

– Иначе зачем мы вообще здесь?

Месяц спустя. Новый слой атмосферы.

Город достиг нужной глубины. Здесь было тепло – почти как на Земле летом. Давление было выше расчётного, но модули выдержали. Пока.

Люди выдохнули. Впервые за долгое время они позволили себе улыбнуться.

– Получилось, – сказал Тимур. – Мы сделали это.

– Сделали, – кивнул Семён Аркадьевич. – Но это только начало. Теперь нужно жить дальше.

– А Солнце?

– Солнце там, наверху. Но нам оно больше не нужно. У нас есть тепло Венеры, есть энергия от ветра, есть реакторы. Проживём.

– А если опять придётся спускаться?

– Значит, будем спускаться. Пока не упрёмся в поверхность.

– А на поверхности?

– На поверхности – смерть. Тысячи градусов, сотни атмосфер. Туда нельзя.

– Значит, это наш новый дом?

– Значит, да.

Тимур посмотрел на жёлтое небо, на вечные облака серной кислоты, на чужой и враждебный мир за стенами.

– Странный дом, – сказал он.

– Другого нет, – ответил инженер. – Привыкай.

Декабрь 2070 года. Город «Рассвет». Новый год.

Новый год праздновали по земному календарю. Поставили искусственную ёлку – пластиковую, но красивую. Зажгли огни. Детям раздали подарки – игрушки, сделанные своими руками из подручных материалов.

Семён Аркадьевич сидел в углу и смотрел на праздник. Рядом с ним сидела Нина.

– Грустите? – спросила она.

– Нет. Думаю.

– О чём?

– О том, что мы выжили. О том, что через год, может быть, выживут другие. О том, что люди – удивительные существа. Мы можем жить где угодно. Даже в аду.

– Это не ад, – сказала Нина. – Это просто Венера. Она нас приняла.

– Приняла, – согласился он. – Хотя мы ей не нравимся.

– Откуда знаете?

– Чувствую. – Он усмехнулся. – Она бы с удовольствием нас раздавила. Но мы упрямые.

Подошёл Тимур, весь красный от выпитого (раздобыли где-то самогон, сваренный из гидропонной картошки).

– Семён Аркадьич! – закричал он. – Идите плясать!

– Я не пляшу, Тимур.

– Сегодня можно! Новый год! Первый год новой эры! Эры выживания!

– Эры выживания, – повторил инженер. – Хорошее название.

Он встал, поправил свитер и пошёл к людям.

Потому что люди ждали.

Потому что без него они боялись.

А с ним – нет.

Январь 2071 года. Венера. Город «Рассвет». Обычный день.

Город жил. Работали реакторы, росли овощи в гидропонных теплицах, дети ходили в школу, взрослые – на работу. Жизнь налаживалась.

Семён Аркадьевич сидел в своей каюте и писал отчёт. Не для Земли – связи с Землёй давно не было. Для себя. Для истории.

Он писал:

«Мы выжили. Не знаю, как долго протянем, но пока – мы живы. Город стабилизировался, модули держат давление, еды хватает. Люди работают, дети смеются. Иногда мне кажется, что всё это сон. Что я проснусь, и окажется, что Солнце по-прежнему светит, а мы просто летим в облаках, как обычные люди.

Но это не сон. Это реальность. Наша новая реальность.

Я не знаю, что будет завтра. Может, новый модуль лопнет. Может, реактор встанет. Может, еда кончится. Но пока этого не случилось – мы будем жить. Будем работать. Будем надеяться.

Потому что надежда – это единственное, что у нас осталось.

И её у нас никто не отнимет.

Даже погасшее Солнце».

Он отложил ручку, посмотрел в иллюминатор. За стеклом клубились жёлтые облака, вечные и равнодушные.

Но где-то там, глубоко внизу, под километрами атмосферы, лежала поверхность Венеры. Там было +500 и давление, как в океане.

Туда нельзя.

Там смерть.

А здесь, в облачном городе, была жизнь.

Хрупкая. Рискованная. Но жизнь.

И Семён Аркадьевич улыбнулся.

– Ну здравствуй, новая жизнь, – сказал он. – Давно не виделись.

Ноябрь 2070 года. Европа. Океан подо льдом.

Если вы думаете, что на Венере страшно, вы никогда не были на Европе. Там холодно так, что у холода нет названия. Минус сто семьдесят на поверхности, километровый лёд над головой и океан внизу – тёмный, солёный, бесконечный.

Европа – спутник Юпитера. Там нет атмосферы, нет неба, нет солнца – только лёд и вода под ним. Люди построили свои города под ледяным панцирем, в тёплых пустотах между замёрзшей коркой и жидким океаном. Они грелись геотермальным теплом, ловили рыбу в чёрной воде, растили водоросли на светодиодах.