Анатолий Шигапов – КАЛИНИНГРАДСКИЙ РУБЕЖ 6.0. (страница 6)

– Не похоже. Одежда разная, кто в чём. Но командуют ими люди в форме без знаков различия. Я одного видел, когда он отдавал приказы.

– Боровский?

– Не знаю. Тот, кого я видел, высокий, светловолосый. Не наш.

Марат задумался. Если Боровский получил подкрепление от натовцев, значит, они готовятся к новому удару.

– Где они сейчас?

– В старом лагере, километрах в десяти от границы. Там раньше была лесопилка, теперь развалины. Они окопались, посты выставили. Тихо сидят, никого не подпускают.

– А наши люди? Ты их видел?

– Видел. Человек пять. Все из бывших боровских, я некоторых знаю. Они оружие таскают, патроны. Готовятся.

– К чему?

– Не знаю. Но чувствуется, что скоро что-то будет.

Марат отпустил Степана отдыхать, а сам отправился к Зорину. Тот сидел в своей избе, просматривая старые карты.

– Командир, – начал Марат без предисловий, – наши люди нашли лагерь Боровского. Человек пятьдесят, может, больше. Они готовятся к чему-то.

Зорин отложил карту, посмотрел на Марата:

– Рассказывай.

Марат пересказал всё, что услышал от Степана. Зорин слушал, не перебивая, только хмурился.

– Значит, натовцы снова с ним, – сказал он, когда Марат закончил. – Или те, кто за ними стоит.

– Что будем делать?

– Готовиться. Усилим патрули, проверим все входы в город. Если они пойдут, мы должны встретить.

– А если пойдут в обход? Через лес?

– У нас есть люди в лесу. Не пропустят.

Марат кивнул, но на душе было тревожно. Он помнил, как Боровский уже дважды уходил от них, как каждый раз после его побегов гибли люди.

– Я хочу сам сходить в лагерь, – сказал он. – Посмотреть, что там.

– Рискованно, – ответил Зорин. – Если заметят…

– Не заметят. Я знаю эти места. И я умею ходить незаметно.

Зорин посмотрел на него долгим взглядом. Потом кивнул:

– Хорошо. Но без геройства. Только разведка.

– Понял.

На рассвете Марат, взяв с собой двоих проверенных сталкеров, ушёл в лес. Шли быстро, стараясь не оставлять следов. К полудню они вышли к старой лесопилке, о которой говорил Степан.

Лагерь действительно был. Несколько палаток, замаскированных под цвет леса, дымок от костра, редкие фигуры людей, снующих между деревьями. Марат насчитал не меньше пятидесяти человек, а может, и больше. Среди них были и те, кого он узнал – бывшие боровские, сдавшиеся после гибели Боровского, но потом сбежавшие.

Он залёг в кустах, наблюдая. Вдруг из центральной палатки вышел человек в камуфляже. Высокий, светловолосый, с жёстким лицом. Он отдавал приказы, указывал на карту, которую держал в руках. Марат присмотрелся – это был не Боровский.

– Натовец, – прошептал один из сталкеров.

– Похоже.

Они лежали, не шевелясь, пока солнце не начало клониться к закату. Потом Марат подал знак отходить.

Вернулись на базу затемно. Зорин ждал их у ворот.

– Что скажешь? – спросил он.

– Лагерь. Человек пятьдесят, не меньше. С ними натовцы, один командует. Боровского я не видел, но он где-то там.

– Значит, готовятся, – сказал Зорин. – Будем готовиться и мы.

Марат сидел в штабной избе, глядя на карту, разложенную на столе. Рядом с ним стоял Зорин, опираясь на трость, и тоже смотрел. Лица их были сосредоточены, напряжены.

– Значит, пятьдесят человек, – повторил Зорин, проводя пальцем по отмеченному на карте месту. – И натовцы с ними.

– Не меньше. Может, больше. Они хорошо замаскировались, но я насчитал пятьдесят, а могли быть и в палатках, и в лесу.

– А Боровский? Ты его видел?

– Нет. Но он где-то там. Без него они бы не собрались.

Зорин задумался. Прошлый раз Боровский чуть не прорвался к кристаллу. Если он получил новое подкрепление, значит, готовится к чему-то серьёзному.

– Надо сообщить Горелову, – сказал он. – И усилить охрану.

– Я уже, – ответил Марат. – Посты удвоены. Но этого мало. Если они пойдут в обход, у нас не хватит людей, чтобы прикрыть все направления.

– Значит, будем ждать их там, где они ударят. Где, по-твоему, самое слабое место?

Марат ткнул пальцем в карту:

– Вот здесь. Старые склады на окраине. Там сейчас никого, охрана снята, потому что склады пустые. Если они пройдут через лес, выйдут прямо к ним.

– А дальше?

– Дальше – прямая дорога к центру. К штабу, к лаборатории.

Зорин нахмурился:

– Значит, туда и надо ставить дополнительные силы.

– Я уже распорядился. Но людей не хватает.

– Возьмём из резерва. И подключим общины. Армяне, татары – они дадут добровольцев.

Марат кивнул, но на душе было тревожно. Он помнил, как Боровский уходил от них уже дважды, как каждый раз после его побегов гибли люди.

– Командир, – сказал он, – а что, если Боровский не пойдёт в лоб? Если он ударит там, где мы не ждём?

– Значит, будем ждать везде, – ответил Зорин. – У нас есть дети-сенсоры. Они предупредят.

– Мартинас сказал, что приближается тьма. Он не знает откуда.

– Значит, будем готовы отовсюду.

В тот же вечер Зорин связался с Гореловым. Рация, настроенная на новую частоту, работала исправно – после стабилизации кристалла связь с городом стала надёжнее.

– Виктор Павлович, – сказал Зорин, когда в динамике раздался голос Горелова, – у нас новости. Разведка обнаружила лагерь Боровского на польской стороне. Пятьдесят человек, не меньше. С ними натовцы.

– Знаю, – ответил Горелов, и голос его был мрачен. – Наши люди в городе тоже заметили подозрительных. Кто-то передаёт информацию, готовит диверсии.

– Предатели?

– Или те, кто остался верен Боровскому. Их немного, но они есть. Мы усилили охрану, но расслабиться нельзя.

– Что будем делать? – спросил Зорин.