Анатолий Шигапов – КАЛИНИНГРАДСКИЙ РУБЕЖ 6.0. (страница 7)

– Готовиться к обороне. Укреплять позиции, мобилизовать резервы. Если они ударят, мы должны выстоять.

– А если они не ударят? Если это только разведка?

– Тогда мы выиграем время. А время сейчас работает на нас.

Разговор закончился. Зорин отключил рацию, повернулся к Марату:

– Горелов подтверждает. В городе тоже неспокойно.

– Значит, готовятся.

– Готовятся. И мы будем готовы.

На следующий день Алиса с Йонасом приехали из города. Они привезли новости: Горелов собирает ополчение, военные подтягивают силы к границе, в городе созданы блокпосты.

– Нас ждут, – сказала Алиса, входя в избу. – Всех, кто может держать оружие.

– Мы готовы, – ответил Зорин.

– А дети? – спросила Алиса. – Они останутся здесь?

– Дети останутся. С ними будет Вера и несколько бойцов. А мы пойдём в город.

– Я с вами, – сказала Алиса.

– Я знаю, дочка. Ты всегда с нами.

Они обнялись, и Алиса почувствовала, как тепло разливается в груди.

Вечером, когда стемнело, Марат снова ушёл в лес. На этот раз он взял с собой Томаса. Мальчик, несмотря на свой возраст, был самым сильным сенсором после Мартинаса, и его способность чувствовать врага на расстоянии могла пригодиться.

– Ты не боишься? – спросил Марат, когда они углубились в чащу.

– Нет, – ответил Томас. – Я чувствую их. Они далеко.

– Сколько?

– Много. Но они не двигаются. Ждут.

– Чего?

– Не знаю. Темноты? Или приказа.

Они шли всю ночь. К рассвету Томас остановился, поднял руку:

– Здесь.

Марат залёг в кустах, всматриваясь. Впереди, между деревьями, виднелись палатки, костры, фигуры людей. На этот раз он насчитал не пятьдесят, а больше. Намного больше.

– Сотня, – прошептал он. – Может, две.

– И они, – Томас показал на группу людей в камуфляже. – Те, кто командует.

Марат увидел высокого светловолосого офицера, того самого, что был в прошлый раз. Рядом с ним стоял ещё один, ниже, коренастый, с чёрной бородой. Они о чём-то спорили, указывая на карту.

– Боровский? – спросил Марат.

– Нет, – ответил Томас. – Боровский другой. Я чувствую. Он там, – мальчик показал в сторону большой палатки в центре лагеря. – Он злой. Очень злой.

Марат сжал автомат. Ему хотелось ворваться в лагерь, найти Боровского, покончить с ним раз и навсегда. Но он понимал, что это самоубийство.

– Уходим, – сказал он, отползая.

Они вернулись на базу к полудню. Зорин ждал их у ворот.

– Двести, – сказал Марат, выбираясь из кустов. – Не меньше. И с ними натовцы. Боровский там.

– Значит, скоро начнут, – сказал Зорин.

– Сегодня? – спросила Алиса, подбежавшая на звук.

– Нет, – ответил Томас. – Они ждут. Ещё не готовы.

– Сколько у нас времени?

– День, может, два.

– Хватит, – сказал Зорин. – Готовьтесь.

Сведения, которые принесли Марат и Томас, перевернули всё. Двести человек. Натовцы. Боровский. Всё это было слишком близко, слишком реально. Алиса стояла у карты, развёрнутой на столе в штабной избе, и чувствовала, как холодок пробегает по спине. Зорин, опираясь на трость, водил пальцем по отмеченным точкам.

– Здесь их основной лагерь, – сказал он, указывая на лес за границей. – Здесь, – он передвинул палец к старой лесопилке, – они держат резервы. И здесь, – он ткнул в точку у старого тоннеля, – они готовят прорыв.

– Как они собираются прорываться? – спросил Марат. – В лоб?

– Нет, – ответил Зорин. – Они пойдут по тоннелю. Тому самому, где мы их уже ловили.

– Но мы его завалили, – возразил Ильяс.

– Развалят снова. У них есть техника.

– Что будем делать? – спросила Алиса.

– Готовиться, – ответил Зорин. – Укреплять оборону, ставить ловушки. И ждать.

Следующие два дня пролетели в лихорадочной подготовке. Мужчины укрепляли баррикады, рыли окопы, устанавливали пулемётные гнёзда. Женщины готовили запасы, перевязывали бинты, собирали медикаменты. Дети помогали, чем могли, носили воду, подносили патроны.

Алиса металась между всеми, проверяла посты, говорила с бойцами. Йонас был рядом, помогал, где мог. Зорин, несмотря на больную спину, лично проверял каждую позицию.

К вечеру второго дня пришло известие от разведчиков: колонна двинулась. Боровский пересёк границу с отрядом около двухсот человек. Впереди шли натовцы, за ними – остатки его банды.

– Идут к тоннелю, – сказал разведчик, тяжело дыша после долгого бега.

– Сколько им до него? – спросил Зорин.

– Часа два. Может, меньше.

– Успеем, – сказал Зорин. – Марат, бери людей, займите позиции у тоннеля. Алиса, ты со мной.

– Я? – удивилась она.

– Да. Ты нужна в городе. Горелов просил подкрепление.

– А вы?

– Я остаюсь здесь. Буду ждать.

Она хотела возразить, но встретила его взгляд и поняла – спорить бесполезно.

– Хорошо, – сказала она. – Но вы берегите себя.

– Береги, дочка. Возвращайся.

Алиса и Йонас выехали в город, когда солнце уже садилось. УАЗик подпрыгивал на ухабах, и Алиса, прижавшись к окну, смотрела на проплывающие мимо поля и перелески. В голове крутилась одна мысль: успеют ли? Смогут ли удержать тоннель? Вернутся ли?

– Не бойся, – сказал Йонас, словно прочитав её мысли. – Они справятся.

– Откуда ты знаешь?