Анатолий Шигапов – ХИЩНИК В ЗЕРКАЛЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ (страница 3)

– А если правда окажется слишком страшной?

– Она уже была страшной. Мы выдержали. Выдержим и это.

Они сидели молча, каждая переваривая новость, которая переворачивала всё с ног на голову. В сторожке было холодно, и Элис подбросила дров в маленькую печку. Огонь затрещал, отбрасывая пляшущие тени на стены, и эти тени казались живыми – они двигались, дышали, наблюдали.

– Где он сейчас? – спросила Лина, глядя на огонь.

– Не знаю. После той встречи я пыталась его найти, но кабинет оказался закрыт, а доктор Фримен исчез. Словно его и не было. Я проверяла все морги, все больницы, все полицейские участки. Ничего.

– Или он снова спрятался.

– Или снова спрятался, – согласилась Элис. – Но я думаю, он где-то рядом. Он знает о Гаррисоне. Он знает, что мы здесь. И он появится. Обязательно появится.

– Откуда такая уверенность?

– Потому что он всегда появлялся. Когда мы были в опасности, когда нам грозила смерть, когда мы теряли надежду – он был рядом. Мы просто не знали об этом.

Лина помолчала, обдумывая её слова. Потом медленно кивнула.

– Наверное, ты права. Но сейчас не до него. Нам нужно найти Миранду и Алекса. И убраться отсюда, пока Гаррисон не вышел на нас.

– Они в безопасном месте? – спросила Элис.

– Да. В двадцати милях отсюда, в старой хижине в горах. Я не хотела рисковать, везти всех сюда. Если Гаррисон найдёт это место, то хотя бы не найдёт их.

– Правильно сделала. Завтра на рассвете поедем за ними.

– А сегодня?

– Сегодня мы будем ждать. И готовиться.

Ночь прошла тревожно. Элис почти не спала, прислушиваясь к каждому шороху за стеной. Ветер выл в трубе, ветки царапали стёкла, где-то вдалеке ухала сова – и каждый звук казался угрозой, приближением чего-то неизбежного и страшного.

Лина дремала, но тоже вздрагивала во сне, что-то бормотала, сжималась в комок, словно пытаясь защититься от невидимого врага. Элис смотрела на неё и думала о том, сколько боли вмещает в себя это худенькое тело. Десять лет молчания, десять лет одиночества, десять лет ожидания смерти. И теперь, когда, казалось бы, всё позади, прошлое снова возвращается, чтобы напомнить о себе.

Около трёх часов ночи Элис всё же провалилась в тяжёлый сон без сновидений – глубокий, чёрный, как смоль. Но спала она недолго. Разбудил её резкий звук – хруст ветки под чьей-то тяжёлой ногой. Она мгновенно вскочила, выхватывая пистолет, который всё это время лежал рядом на полу.

Лина уже стояла у окна, прижавшись к стене, и смотрела в щель между ставнями.

– Там кто-то есть, – прошептала она, не оборачиваясь.

Элис подкралась к другому окну, осторожно выглянула наружу. Лунный свет заливал поляну перед сторожкой серебристым сиянием, делая ночь почти прозрачной. На опушке леса, в тени старого дуба, стояла фигура в тёмном плаще. Человек не двигался – просто стоял и смотрел прямо на дом.

– Он нас нашёл, – выдохнула Лина.

– Жди здесь, – приказала Элис. – И не высовывайся. Что бы ни случилось.

– Элис, нет! – Лина схватила её за руку. – Это может быть ловушка.

– Может быть. Но если это Гаррисон, я должна его остановить. Здесь и сейчас.

Она высвободилась, бесшумно открыла дверь и выскользнула наружу. Ночной воздух был холодным и свежим, пахло сырой листвой и дымом – от сторожки или от далёкого костра. Элис двинулась к фигуре, стараясь ступать бесшумно, держа палец на спусковом крючке.

Расстояние сокращалось медленно. Десять метров, восемь, пять. Фигура не двигалась, и это было самое страшное. Она ждала. Знала, что Элис подойдёт.

И когда до дуба осталось всего три шага, луна вышла из-за облака, осветив лицо незнакомца.

Пистолет дрогнул в руках Элис. Она замерла, не веря своим глазам.

Перед ней стоял отец. Постаревший, осунувшийся, с седой бородой и глубокими морщинами, которые прорезали лицо, как русла высохших рек. Но это был он – тот самый человек с фотографии, тот, кого она видела в кабинете год назад, тот, кого она считала погибшим пятнадцать лет.

– Здравствуй, дочь, – сказал он тихо. Голос его звучал хрипло, но в нём было столько тепла, что у Элис подкосились ноги. – Я знал, что ты здесь. Я ждал.

– Зачем ты пришёл? – спросила она, и голос её сорвался. – После всего, после стольких лет… зачем?

– Чтобы спасти вас. – Он шагнул ближе, и Элис увидела, что он хромает, опирается на трость. – Гаррисон уже здесь. Он знает про это место. Через час тут будет десяток вооружённых людей. Нужно уходить. Немедленно.

– Почему я должна тебе верить? – Элис не опускала пистолет. – Ты бросил нас. Ты исчез. Ты позволил нам страдать.

– Потому что я твой отец, – ответил он просто. – Потому что я люблю вас. Потому что у нас нет другого выбора. Если ты хочешь меня убить – стреляй. Но сначала спаси сестру.

В этот момент дверь сторожки распахнулась, и на пороге появилась Лина. Увидев мужчину, она замерла, потом медленно, словно во сне, пошла к нему, не разбирая дороги, спотыкаясь о корни и камни.

– Папа? – голос её прозвучал тонко, по-детски, как у маленькой девочки, потерявшейся в лесу. – Папа, это ты?

– Лина… – Он протянул к ней руки, и по щекам его потекли слёзы. – Девочка моя… прости меня. Прости, что не уберег. Прости, что не был рядом. Прости.

Лина бросилась к нему, и они обнялись. Элис стояла в стороне, глядя на эту сцену, и чувствовала, как внутри разрывается сердце. Слишком много боли, слишком много лжи, слишком много лет одиночества. И вдруг она поняла: всё это время она ненавидела не отца – она ненавидела собственную беспомощность, невозможность ничего изменить. А он просто выживал. Как и они.

– Нам нужно идти, – сказал отец, отстраняясь. – Сейчас же. Машина в лесу, в двухстах метрах отсюда. Я отведу вас к Миранде и Алексу.

– Откуда ты знаешь про них? – спросила Элис, опуская пистолет.

– Я знаю всё, – ответил он, глядя ей прямо в глаза. – Все эти годы я следил за вами. Знал каждый ваш шаг, каждую опасность, каждую радость. Я ждал момента, когда смогу помочь. И теперь этот момент настал.

– Почему не раньше?

– Потому что раньше я был бессилен. Гаррисон был слишком силён, у него были везде свои люди. Любая моя попытка приблизиться к вам могла стоить вам жизни. Я должен был ждать.

– И ты ждал пятнадцать лет?

– И я ждал пятнадцать лет, – кивнул он. – Каждый день, каждую ночь. Думал о вас, молился за вас, надеялся, что вы выживете. И вы выжили. Вы сильнее, чем думаете.

Позади, со стороны сторожки, вдруг раздались выстрелы – резкие, хлёсткие, разрывающие ночную тишину. Крики, топот, треск веток.

– Они здесь! – крикнул отец. – Быстрее!

Они побежали в лес, туда, где в зарослях был спрятан старый джип. Ветки хлестали по лицу, ноги увязали в мокрой траве, но страх гнал их вперёд. Сзади слышались выстрелы и крики – нападавшие уже были у сторожки.

– Сюда! – крикнул отец, показывая на просвет между деревьями.

Они выбежали на небольшую поляну, где стоял старенький внедорожник, замаскированный ветками. Отец запрыгнул за руль, Элис и Лина – на заднее сиденье. Мотор завёлся с пол-оборота, и машина рванула с места, подпрыгивая на корнях и камнях.

В зеркале заднего вида Элис видела, как сторожка загорается ярким пламенем. Огонь взметнулся к небу, освещая лес зловещим оранжевым светом. А на фоне этого огня мелькали чёрные фигуры – люди Гаррисона, оставшиеся ни с чем.

– Они не отстанут, – сказала Лина, глядя назад.

– Не отстанут, – согласился отец. – Но у нас есть фора. И есть план.

– Какой план? – спросила Элис.

– Увидишь. – Он посмотрел на неё в зеркало заднего вида, и в глазах его мелькнуло что-то, чего она не видела никогда – надежда.

Машина углублялась в лес, унося их от опасности, от прошлого, от всего, что они знали. Впереди была неизвестность. Но впервые за долгие годы Элис чувствовала, что она не одна. Рядом были те, за кого стоило бороться.

И ради этого стоило жить.

Глава 3. Семейный совет

«Семья – это не те, с кем ты связан кровью. Это те, ради кого ты готов умереть. И те, кто готов умереть ради тебя. Мы сидели в тесной лесной хижине, пятеро людей, разбитых жизнью, но связанных чем-то большим, чем любые узы. И впервые за долгие годы я почувствовала, что значит быть дома».

Из дневников специального агента Элис Вуд

Джип продирался сквозь лесные заросли, подпрыгивая на ухабах и корнях. Отец сидел за рулём, сосредоточенно вглядываясь в темноту, освещаемую только тусклым светом фар. Рядом с ним, на пассажирском сиденье, Лина не отрываясь смотрела на его профиль, словно пытаясь запомнить каждую чёрточку, каждую морщинку, каждую седую прядь в волосах. Элис сидела сзади, сжимая в руке пистолет и поглядывая в заднее стекло – не мелькнут ли среди деревьев фары преследователей.

– Сколько у нас времени? – спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Час, может быть, два, – ответил отец, не оборачиваясь. – Гаррисон не дурак. Он поймёт, что мы ушли недалеко. У него люди по всему лесу.