Анатолий Орловский – За гранью: Начало (страница 11)

– Мы? – переспросил он. – Вы – лично?

– Вероятно, да, – ответил я. – Маги хотят отправить туда экспедицию. Я не собираюсь давать им разрешение и сидеть в замке. Значит – либо я, либо кто‑то, кому доверяю. А сейчас… – я развёл руками, – таких людей у меня мало.

Тарг тихо выругался.

– Вы понимаете, что там… – он поискал слово, – чёрт‑те что творится? Люди возвращались… странными. Или не возвращались вовсе.

– Именно поэтому я и поеду, – спокойно сказал я. – Если там что‑то, что может уничтожить это баронство – я хочу узнать об этом первым, а не последним.

Он молчал несколько долгих секунд, потом коротко кивнул.

– Тогда я поеду с вами, – сказал он, как очевидное. – И возьму тех, кто не побежит при первом шорохе.

– И ещё одного человека, – добавил я. – Который может помогать мне и как меч, и как глаза. Того самого Хольма.

Я поднялся. – А сейчас – иди, капитан. Подбери пару людей, на кого можно опереться. Завтра после полудня – совещание у меня. Будем планировать и поход, и тренировки.

Он встал, ударил кулаком в грудь.

– Есть, милорд.

Когда он ушёл, я наконец почувствовал, как под веками зудит усталость. Но теперь это было другое состояние – не пустая бессонница, а то, что я помнил по тяжёлым проектам: мозг включился в режим «работы под нагрузкой».

Оставалось только одну мелочь.

Вечером, когда зал опять-то заполнился людьми – на этот раз не магами, а своими – я остановил отца Бельда у дверей храма.

Храм Ареро в замке был не особенно большой – скорее, домовая часовня: высокий зал, витраж с солнцем, несколько деревянных лавок, алтарь, на котором горели свечи.

Бельд, в своей простой серой рясе, поправлял подсвечники, когда я вошёл.

– Милорд, – он склонил голову. – Редко вы заходите сюда без повода.

– Повод как раз есть, – сказал я и прошёл ближе, всматриваясь в витраж. Солнце, золотые лучи, стилизованный лик.

– Вы… – он замялся, – вы хотели исповеди?

Я усмехнулся.

– Если я начну перечислять все свои грехи – вам придётся ввести ночные смены, – ответил я. – Нет, отец. Я хочу поговорить о земле.

Я обернулся. – И о том, что вы называете чудесами Ареро.

В его глазах мелькнул интерес.

– Вы редко интересовались этим, милорд, – заметил он. – Обычно вы говорили, что «молитвой хлеб не вырастишь».

– Мнения меняются, – ответил я. – Сегодня ночью я очень отчётливо понял, что если я не сделаю всё возможное, чтобы этот хлеб вырастить, – никакая молитва не спасёт.

Я пожал плечами. – Но если есть сила, которая может помочь… я не настолько гордый, чтобы её отвергать.

Бельд долго всматривался мне в лицо, словно пытаясь понять, кто перед ним – тот же барон или другой.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Я расскажу вам, что знаю.

Мы говорили почти час.

О древних обрядах освящения полей. О том, как в «удачные» годы после особых молитв урожай действительно бывал выше. О странных местах, где «земля теплее», где зимой снег тает быстрее – и о том, что такие места почти всегда считались «местами силы Ареро».

И да, одно из этих мест было в Лесных холмах.

– Там есть старый колодец, милорд, – сказал Бельд. – Не в смысле воды. В смысле силы. Ваш прадед Харальд когда‑то водил туда людей и жрецов. Они говорили, что земля там дышит иначе.

Он вздохнул. – Потом началась война с Уркалой, и дорогу к колодцу забросили. И это… возможно, было ошибкой.

– Вы думаете, – спросил я, – что там сейчас что‑то… просыпается?

Он пожал плечами.

– Я думаю, – сказал он, – что мир меняется. Что сила, которую мы привыкли считать уделом богов и магов, начала вести себя беспокойно. И что Лесные холмы – один из узлов, где это особенно заметно.

Я кивнул.

– Тогда у меня к вам просьба, отец, – сказал я. – Я собираюсь туда. Не прямо сейчас, но скоро.

Я поднял взгляд к витражу. – Не могли бы вы… подготовить молитвы для благословения не только людей, но и самой земли? Я не знаю, поможет ли это, но хуже точно не будет.

Он странно посмотрел на меня – с чем‑то вроде уважения.

– Принимайте вы это или нет, милорд, – тихо сказал он, – но вы уже действуете, как человек, который понимает ответственность. Я подготовлю всё, что могу.

– Я не обязуюсь стать примерным прихожанином, – предупредил я. – Но если ваш Ареро – тот, кто дал мне второй шанс… – я на секунду запнулся, – тогда он, по крайней мере, заслуживает, чтобы я не играл с этим шансом в кости.

Бельд ничего не ответил, только слегка склонил голову.

Когда я вышел из храма, солнце уже склонялось к закату.

Замок жил своей жизнью. Дети где‑то смеялись, бежали по двору. Воины у дальнего угла тренировались с копьями. Слуга тянул ведро с водой, ругаясь вполголоса.

Я остановился посреди двора и огляделся.

Это был мой мир теперь. Моя зона ответственности.

Я уже прожил одну жизнь. Вторую я тратить на «как получится» не собирался.

И да, впереди был поход в Лесные холмы, которого я, откровенно говоря, боялся. Не так, как смерти на мокром асфальте – по‑другому. Это было неизвестное. Что‑то, куда не дотягиваются даже мои земные знания.

Но я знал одно: если я сумею хотя бы отчасти использовать то, что я знаю о людях, системах и ресурсах, и соединить это с тем, что предлагает этот мир – магией, богами, силой земли, – у меня есть шанс провести Рейхольм через этот кризис.

А уж там… посмотрим, какие ещё сюрпризы приготовила мне высшая сила, что однажды вытащила меня из Москвы и шлёпнула в мраморную ванну барона.

Пока же надо было заниматься делами: собирать людей, считать мешки, укреплять стены и учить мужиков держать копьё.

Индустриальный прорыв? Возможно. Но сначала – чтобы банально было, что есть следующей зимой.

Я усмехнулся, вспомнив цех, таблички с план‑фактами на доске и замызганные каски.

– Ну что, – сказал я себе. – Добро пожаловать на новую смену, инженер. Только цех теперь – целое баронство.

И пошёл к лестнице, где уже маячил Мартен с пачкой свежих свитков, а за ним – Эля с тем самым дорожным свёртком, который она, не спрашивая, начала собирать «на всякий случай».

Глава 6 Первые шаги

Когда утром Мартен появился в дверях с охапкой свитков, а за ним – Эля с аккуратно перевязанным дорожным свёртком, у меня было устойчивое ощущение дежавю.

Вот ровно так же на заводе, в понедельник, ко мне в кабинет входили: технолог с кипой отчётов, начальник смены с лицом «у нас всё плохо, но я держусь» и секретарь с кипой бумаг «подпишите, пожалуйста, это ещё с прошлой недели».

Только тут вместо смартфона – песочные часы, вместо кондиционера – сквозняк из щели в окне, вместо облезлой мебели – резной стол и стул на выгнутых ножках.

– Милорд, – произнёс Мартен, чуть склонив голову. – Вы готовы начать?

– Если скажу «нет» – день отменят? – уточнил я.

– Боюсь, нет, – сухо ответил он.

– Тогда считаем, что да, – вздохнул я и подтолкнул к себе кружку с ещё тёплым настоем. – Садитесь.

Он сел. Эля тем временем поставила свёрток в угол, метнула короткий взгляд – одобряет / не одобряет – на моё лицо и бесшумно юркнула к тумбе, раскладывать какие‑то тряпки и полотенца. Но уши у неё явно были навострены.