Анатолий Баранов – Маленькие друзья больших людей. Истории из жизни кремлевского ветеринара (страница 39)
Черную зернистую икру мне рекомендовалось есть прямо из хрустальной вазочки и непременно десертной серебряной ложкой. И это несмотря на то, что ее там было не менее трехсот граммов, а по стоимости тысяч на сто рублей, не меньше. К икре предлагались маленькие расстегаи с начинкой из риса и мелко нарубленных вареных яиц. Потом была заливная осетрина с гарниром из маленькой отварной морковки и моченого зеленого горошка. Пока я мучился над вопросом, управлюсь ли я с таким количеством осетровой икры, Акула со словами «Доктор, чем богаты» предложил на выбор коньяки «Наполеон», «Хеннесси», «Армянский» и водку – «Столичную» и финскую с лаймом.
Под икру решено было выпить ледяной финской водки. Из последних обзоров прессы мне было известно, что именно она в мировом рейтинге водок заняла первое место, обставив «Смирновскую» и многие другие известные марки. Обходительный Акула наполнил ею маленькие рюмочки-наперстки, которые сразу же покрылись толстым слоем инея, и произнес тост за скорейшее выздоровление мною спасенного пациента.
Под заливную осетрину и соленые белые грибочки выпили по второй… Третью рюмочку закусывали тешкой. Эта нежная, слегка копченая брюшная часть белуги имела какой-то неземной вкус. Не удержался я от соблазна обновить вкусовые впечатления от байкальского омуля, которым меня давным-давно угощала семья тогдашнего советского министра… Закусил и студнем из стерляди.
От предложенного угря горячего копчения из-за накатившей ностальгии по распавшемуся Советскому Союзу отказаться было просто невозможно. В семидесятые годы мне приходилось не раз бывать в Литве, и я всегда в одном из своих любимых ресторанов курортного города Паланги предавался наслаждению этой рыбной закуской. Соблазн оказался слишком велик.
В меру жирная рыбица, как и раньше, буквально таяла во рту и имела все тот же незабываемый вкус.
Когда перешли к супам, то из предложенных мне рассольника, рыбной солянки, бульона с омлетом, супа-пюре из белых грибов я выбрал последний. Без тарелки горячего супа обед, каким бы он ни был вкусным, вообще мне мог показаться не обедом. Если отсутствие холодной или горячей закуски по большому счету могло остаться незамеченным и я вполне мог без них обойтись, то вот без первого блюда – нет. Так у нас было издавна заведено в семье. Отец, мать, бабушка – все любили супы, борщи, щи, рассольники и другие. В последние годы мой организм стал отдавать предпочтение нежным диетическим супам. Вот поэтому ароматный суп-пюре оказался быстренько съеденным.
На второе подали жареную телятину с цветной капустой и свежими салатами. Подобное изумительно сочное и мягкое мясо мне пришлось однажды отведать в студенческие годы, когда мы проходили практику в одном из подмосковных совхозов Одинцовского района Московской области. Случилось так, что трехмесячный бычок по недосмотру скотника двумя передними конечностями провалился в решетку сточной ямы. Если бы он вел себя спокойно и дождался помощи людей, то все бы закончилось благополучно. Но бык есть бык… В результате неуемных бросков и метаний у бычка один за другим появлялись открытые переломы конечностей, несовместимые с жизнью. По распоряжению главного ветеринарного врача бычка срочно забили, а парное мясо пошло в совхозную столовую на приготовление обеда. Девочки-студентки от жалости ревели, но… Такова была его говяжья судьба.
Салат из мелко нарезанных свежих овощей и зелени, который я любил с самого детства, мне тоже очень понравился. Нежный, без стеблей, с огурцами и помидорами, очищенными от кожуры, напоминал домашний, который мне в детстве готовила моя любимая бабушка.
Что касается сладких блюд, то они вообще всегда вызывали у меня восторг. Мои похитители, словно зная, что я обожаю на сладкое ягодный мусс из свежих персиков и сливочное мороженое, как будто специально их приготовили… А какие подали пирожные! Их разнообразию мог позавидовать любой сладкоежка. Маленькие, замысловатые по форме, открытые и закрытые с фантастически вкусной и невообразимой начинкой. И все свежайшие, словно их только что доставили из рядом расположенного кондитерского цеха фабрики «Большевик».
За обильной и вкусной едой два с лишним часа пролетели совсем незаметно. Поблагодарив Акулу за вкусный обед, я занялся пациентом.
Температура тела малыша, как и предполагалось, пришла в норму. Хороший антибиотик сделал свое дело. Пока Акула записывал в блокнот рекомендацию по уходу за операционной раной, щенок не давал себе скучать. Звонко тявкая, он с разбегу смело нападал на его брючину. Крепко вцепившись в материю, малыш ее активно трепал, при этом грозно порыкивая. Одним словом, песик производил впечатление вполне здоровой собаки. Лишь свежая нашейная бинтовая повязка напоминала о только что перенесенной операции. Комендант находился на вершине счастья.
Теперь можно было и собираться домой. Акула вызвался лично сопровождать меня. Как только мы тронулись, он поднял в авто вторые темные стекла.
– Двойная броня, – тактично пояснил провожатый. И дружелюбно добавил: – К тому же чем меньше знаешь, тем крепче спишь… А вам, доктор, особенно важно крепко спать. Во сне, как вы сами хорошо знаете, нервная система человека отдыхает. Мне так всегда военврачи говорили, пока я лежал в госпитале. Тем более что жизнь в последнее время у вас напряженная. Ведь вы, как мы осведомлены, связались с судебной системой, чтобы отстаивать свои авторские права.
Немного помолчав и как будто вспомнив что-то очень важное, Акула мне поведал будущее моего искового заявления. Из его коротенького сообщения мне стало известно, что рассматривающая мое дело федеральный судья без судебного разбирательства уже все давно решила. Оказалось, что длительная проволочка, когда я регулярно приходил в суд, а заседания откладывались по причине неявки другой стороны, имела свое объяснение. Судья добросовестно выполняла просьбу ответчика, которому требовалось некоторое время, пока весь контрафактный тираж книги разойдется по оптовым торговым точкам. Только за одно это она от его адвоката получила так называемый откат.
Наблюдательный Акула, видя, что его краткое сообщение меня очень заинтересовало, продолжил излагать неизвестные мне подробности:
– Судья, конечно, совсем немного получила, какую-то мелочь. Крохоборка она. И это отлично знал адвокат. От вашего обидчика он хапнул намного больше, а иначе как бы он ездил на японском внедорожнике… С авторскими правами вообще она не знакома и дела об охране интеллектуальной собственности ни разу не слушала. Да, чуть не забыл… После того как представитель ответчика, как принято говорить в адвокатской среде, отслюнявил ей несколько зелененьких хрустящих бумажек мелкого достоинства, дело было в шляпе. Потом он принес ей готовое решение из другого районного суда по аналогичному вашему иску, в котором излагался немотивированный отказ. Так что судья сегодня бы завершила дело, да только незадача у нее вышла – именно на сегодняшний день ей прерывание беременности назначено. Залетела она не от мужа, а от пристава, который у них в суде на входе у контрольной рамки сидит. Вот по этой причине слушание всех дел сегодняшнего числа она отменила. На двери зала заседаний об этом объявление висит. Так что ваше дело только через месяц будет завершено. Повестку из суда скоро получите… Вот увидите, доктор, судья с того, мною упомянутого, другого решения заранее перепишет мотивировочную и резолютивную части в свое. Причем слово в слово, будто под копирку. Зачем ей утруждать себя вариациями? Да и неспособна она на иное. Даже если вы юридически грамотно и аргументированно составите кассационную жалобу, в чем я нисколько не сомневаюсь, то судьи второй инстанции читать ее все равно не станут. Также не станут изучать вашу многостраничную жалобу и в надзорной инстанции. В основном почти все сегодняшние судьи одним миром мазаны.
После небольшой паузы, нервно пощелкав суставами пальцев крепких рук, Акула, как бы подытоживая сказанное, изрек:
– Да, пока есть еще среди судей оборотни в мантиях… От вашего дела судье, к примеру, сущие копейки перепали. А вот когда судьи в связке с черными риелторами дела с приватизированными квартирами одиноких граждан проворачивают – вот тогда у них настоящие деньги появляются. Малограмотные доверчивые граждане с памятью о честной советской власти превращаются в бомжей, а жулики за короткий период становятся зелеными миллионерами… Но скажу вам, доктор, по секрету, недолго им осталось «бабки» бить и на взятках жиреть… Новая Россия скоро примется и покончит с оборотнями в мантиях, и с такими прежними устоями, как «если карман сух, так и судья глух». Этой-то уж точно квалификационная коллегия судей полномочия на новый срок не должна будет продлить. Она у них давно на заметке. Хотя, кто знает? Может, отстоят и ее. Ведь, к примеру, некоторых председатели судов не сдали… У нас в судах свои люди работают. Так что мы в курсе всех тамошних районных и городских дел. Вот так-то, доктор… А вы о торжестве закона и правосудном решении мечтаете… Мой вам добрый совет: постоянно помните о том, что в нынешнее время нередко можно наблюдать такой пережиток прошлого, как «с кого судья взял, тот и прав стал». Поэтому к судебной тяжбе относитесь с юмором, а иначе гипертонический криз может прихватить, а за ним полный каюк последовать… У моего однополчанина старший брат судился с райсобесом. При подсчете его трудового стажа чиновница восемью месяцами ошиблась – слабой в арифметике «сухих цифр» оказалась. А он из-за этого не мог в свои пятьдесят пять лет на льготную пенсию выйти. Обратился в районный суд. Правду думал найти. Но не тут-то было. Судья даже не пожелала перепроверить общий стаж, записанный в трудовой книжке, всего-то от нее требовалось в столбик сложить цифры – годы его работы – и сосчитать. От такой несправедливости мужика, который раньше ничем не болел и выглядел красавцем-бодрячком, прямо в зале суда инсульт хватил. Месяц парализованным пролежал в больнице и, не приходя в сознание, ушел на тот свет. Верховный суд по поданной адвокатом надзорной жалобе, конечно, разобрался в элементарной арифметической ошибке предыдущих инстанций, да уже поздно было… Полное исправленное положение судебной системы в стране наступит лет эдак через десять – пятнадцать, после двухтысячных, не раньше. Законы начнут работать четко, как в цивилизованных странах.