Анастасия Вежина – Мой герой (страница 3)
– Да ничего, – сказала Полина быстро. – Просто… красиво.
Кира прищурилась.
– Красиво – это когда у тебя зарплата и ты можешь в «Патрики» каждый день. А это – просто гормоны. Пошли, Поля.
Полина пошла. Ноги стали тяжёлыми, как после долгой дороги, хотя они просто сделали круг по парку. Она старалась смотреть на всё, что не люди: на лавочки, на таблички, на фонари. На голубей, которые важничали у урны.
– Ты, кстати, – Кира заговорила будто между делом, – в комнате нормально? Не сдохла от нашего пятна?
Полина невольно подняла глаза.
– Оно… – у неё пересохло в горле. – Оно большое.
– Да ладно, – Кира махнула рукой. – Зато бесплатно. Ну почти. И вид во двор. Я прошлый год жила в комнате, где окно на стену. Вот где романтика.
Полина кивнула. Вспомнилось, как она вчера вечером проверяла замок два раза. Как ключ впивался в ладонь. Как будильники стояли один за другим.
– Ты тут давно? – спросила она, лишь бы говорить.
– Второй год, – Кира пожала плечами. – Привыкнешь. Тут главное: не быть белкой. Не бегать и не дёргаться. И на кухне не оставляй еду. Сожрут. Не тараканы, так девочки.
Полина попыталась улыбнуться. Улыбка вышла короткой, как вздох.
– Поняла… – слово почти выскочило, но она успела проглотить его. Сказала иначе: – Ладно. Буду знать.
Кира кивнула удовлетворённо, будто отметила себе галочку.
– И ещё. – Она посмотрела на Полину сбоку. – Не делай из Москвы испытание на выживание. Она просто… большая. Живёт себе. А ты – рядом. Найдёшь место.
Полина сжала губы. Слова были нормальные, правильные. От них не становилось легче. Но от того, что Кира говорила их вслух, в воздухе появлялась какая-то опора.
– Спасибо, – сказала Полина тихо.
– Да ты издеваешься, – Кира засмеялась. – Я тебе круассан купила – вот это спасибо. А это… так.
Полина промолчала. Ей хотелось сказать «извини» – и она удержала это на языке. Прикусила нижнюю губу, почувствовала лёгкую боль. Стало проще идти.
Вечером в комнате 347 пахло жареным луком и чужим шампунем. Пятно на потолке никуда не делось, но к нему уже не тянуло поднимать голову каждые две минуты. Оно было как сосед: неприятный, но известный.
Кира пришла позже, шумно, с пакетом из ближайшего магазина.
– Поля, – она бросила пакет на стол. – Я купила лапшу и нормальный чай. Потому что твой «заварю кипяточком и всё» – это издевательство.
Полина сидела на своей кровати, поджав ноги. На коленях лежала тетрадь с конспектом – строчки плясали, и она каждый раз перечитывала одно и то же место, будто это могло закрепиться само.
– Спасибо, – сказала она и тут же добавила: – Правда.
Кира фыркнула, но видно было – ей нравится.
– Я в душ, – сказала она. – Потом жрать.
Полина кивнула. Когда дверь за Кирой закрылась, в комнате стало заметно тише. В коридоре кто-то смеялся, хлопали дверцы шкафчиков на кухне, где-то орал телевизор. Полина сидела, слушала этот шум и ловила себя на том, что сейчас ей даже не хочется тишины. Тишина дома всегда была тёплой. Здесь тишина была пустой.
Телефон лежал рядом на подушке. Экран тёмный. Полина взяла его в руку, и пальцы сами сжали корпус крепче, чем надо. На секунду захотелось открыть переписку с мамой, написать что-нибудь длинное, как раньше: «всё нормально, не переживай». Но она знала, что как только начнёт – остановиться будет трудно.
Она провела пальцем по экрану. Открыла ВК.
Палец завис над строкой поиска. В голове мелькнула глупая мысль: «а если он мне сам напишет?» И тут же другая: «пять лет. Никто никому не пишет пять лет».
Полина набрала имя быстро, не глядя на клавиатуру: Даниил Соколов.
Экран подгрузился. Список выдал несколько страниц. Она прокрутила. Ещё раз. Сердце билось где-то в горле – не громко, но навязчиво, как непрошеный стук в дверь.
Она нашла нужное имя не по фотографии. По тому, как пальцы вдруг стали холодными. По тому, что в животе будто сжали кулак.
Аватар. Строчка города. И ощущение, что от одного нажатия всё вокруг может сдвинуться.
Полина подняла палец – и замерла. Подушечка пальца зависла над кнопкой «Открыть профиль». Ладонь была влажной, и телефон чуть скользнул. Она удержала его второй рукой.
Перед глазами мелькнуло: школьная остановка, его рука, короткий взмах – «пока». Без шага ближе. Без «позвони». И её глупое стояние на месте, когда автобус уже уехал.
Полина резко выдохнула через нос. Сухо, как будто стряхивала пыль.
– Не надо, – сказала она себе тихо.
Палец опустился не на профиль, а на кнопку «назад». Экран вернулся к поиску. Полина закрыла приложение полностью. Положила телефон экраном вниз, как крышку на кастрюлю.
В дверях зашуршал ключ. Кира вошла с мокрыми волосами, в футболке, бросила полотенце на спинку стула.
– О, ты живая, – сказала она. – Я думала, ты тут уже с учебником в обнимку умерла.
Полина подняла на неё взгляд. Улыбка вышла короткой, но настоящей.
– Пока нет.
Кира поставила чайник.
– И правильно. Мы ещё им покажем. Москву твою… – она запнулась и махнула рукой. – Ладно. Жрать давай.
Полина кивнула и поднялась. Ноги затекли, в коленях щёлкнуло. Она подошла к столу, взяла кружку – ту самую, привезённую из дома, с тонким ободком. Кружка была тёплая от её ладони, хотя чайник ещё не кипел.
Телефон лежал на кровати, экраном вниз.
Полина не тронула его. Но взгляд всё равно возвращался туда – снова и снова, как к двери, за которой кто-то может стоять, даже если ты точно знаешь: коридор пустой.
Глава 3
В переговорке пахло маркерами и чужим кофе. Даниил сидел у стеклянной стены, держал телефон на столе экраном вниз и смотрел не на слайды, а в своё отражение: воротник, стянутые губы, рука на колене – пальцы сами вжимались в ткань брюк, как в поручень в метро.
Артём щёлкнул пультом, на экране сменился слайд.
– Дани, ты вообще с нами? – спросил он, не поднимая голоса. – У тебя лицо такое, как будто ты на похоронах.
Даниил медленно моргнул, взгляд вернулся к экрану. Буквы были чёткие. Смысл – мимо.
– С нами, – ответил он коротко.
– С нами, – передразнил Артём, но без злости. Он подошёл ближе, прислонился к столу бедром. – Тебе двадцать шесть. Пора кого-то найти.
Даниил не двинулся. Только челюсть сжалась сильнее. Он поднял руку, провёл пальцами по волосам и тут же опустил – жест выдался слишком нервным.
– Работа, – сказал он и сам услышал, насколько это пусто.
Артём усмехнулся.
– Работа у нас будет всегда. А ты… – он поднял телефон, пролистал галерею и ткнул экраном к Даниилу. – Смотри.
Фото: горы, ветер, он один. В куртке, с капюшоном, глаза щурятся. В кадре красиво. Внутри – холодно.
Даниил отодвинул телефон пальцем, как неприятную бумагу.
– Убери.
– Ты там хоть живой? – Артём не убрал, только наклонился ближе. – Вот честно. Ты выглядишь как чувак, который от всех спрятался, а потом удивляется, что его никто не находит.
Даниил поднял глаза. Артём смотрел прямо – не давил, просто не отводил.