Анастасия Васильева – Титаник: рождение и смерть легенды (страница 2)

Из личного дневника Х. Кэйна:

«Мне посчастливилось лично познакомиться с Брюсом Исмеем. До нашей с ним встречи я по-разному представлял его. Мистер Исмей оказался очень грамотным человеком, но более всего – он был гениальным бизнесменом, пытаясь вести дела компании также грамотно, как и его отец. Брюс Исмей также оказался очень мечтательным и оптимистичным. Его мечтам не было предела. При первой встречи он мне так подробно рассказал о своих планах, что я невольно внутри себя задался вопросом: а возможно ли вообще сотворить такое чудо света? Но все его слова, все его задумки носили самый что ни на есть серьёзный характер. А я, оказавшись в самом нутре компании УСЛ, первое время восхищался теми людьми, которые там работали.

Моя первая статья, восхвалявшая пароходы компании и рассказывающая о новейших постройках на верфи в Белфасте, быстро расползлась по разным журналам. Брюс Исмей был доволен. Горячему отклику людей мистер Исмей радовался не меньше, чем самому процессу строительства двух гигантских лайнеров, очертания которых пока что даже не виднелись. Но я на тот момент и даже представить не мог какими громадными окажутся мечты Исмея».

Харви Кэйн быстро влился в работу. Пусть он не принимал участия в самом процессе возрождения «Олимпика» и «Титаника», он всегда умел оставаться в центре всех происходящих событий, даже если был далеко от Белфаста.

Харви Кэйн родился в декабре 1864 года, в Ливерпуле. Его отец на то время пробовал себя в писательстве и поэзии, но он так и не смог правильно представить себя обществу из-за чего заработок в семье Кэйнов был непостоянным. Нельзя сказать, что они жили в бедности. В меру разумного. По крайне мере трём детям Кэйнов голодать не приходилось. Харви был средним ребёнком. И, наверное, одним из самых мечтательных. Он любил рисовать. В основном рисовал океан и красивые корабли. Но уже к двенадцати годам у Харви был обнаружен талант к писательству, которым Кэйн сумел правильно распорядиться. Первое время Харви было очень тяжело среди высокопоставленных людей. Ему приходилось находиться, грубо говоря, среди «элиты» того времени, которая принимала в свои круги только богатых и довольно успешных. Харви Кэйн был принят, потому как сумел построить потрясающую карьеру. Но Харви даже в свои сорок восемь был очень прост и так не смог проникнуться той всей светской жизнью, которая окружала его все эти годы. Но это, сказать честно, было довольно большой редкостью, когда успешные люди, выбиваясь с самых низов, могли оставаться добродушными простаками. На тот момент, когда только начиналась грандиозная постройка, Харви Кэйн был достаточно богат. Он обладал неплохими финансами, благодаря которым мог позволить и красивый домик, и новенькое «Рено».

Глава 2

Детище величайшего судостроителя

Переезд четы Кэйнов на побережье в Саутгемптон был, конечно же, связан с работой Харви в компании УСЛ и зарождением величайшей постройки на верфи в Белфасте. Харви не часто посещал Белфаст, первый раз он оказался там, лично познакомившись с Брюсом Исмеем. По своей привычке, после каждой записи в дневнике, Харви Кэйн делал небольшие зарисовки. Чаще всего это были черты тех или иных лиц, с которыми ему посчастливилось познакомиться. Да, Харви не был талантливым художником, но имел небольшое расположение к рисованию. Его дневник был заполнен записями с его красивым подчерком и небольшими рисунками, которыми любила любоваться его молодая жена – Катрин Кэйн.

Харви Кэйн был человеком всегда занятым, очень часто покидающим родной дом, но он всегда тянулся к своей любимой жене. Он познакомился со своей будущей женой ещё в 1900 г. Катрин была всего лишь дочерью бедного учителя, который как мог, так и старался обеспечивать свою жену и единственную дочь. И казалось, что такие люди, как Харви Кэйн и Катрин были далеки друг от друга (разумеется их разделяли общественные слои). Но сильная любовь, которая вспыхнула в сердце Харви, смогла затмить все излишки, на которые любило обращать внимание светское общество (ведь по тем законам и правилам, мужчина должен был искать себе женщину, соответствующую своему статусу). Харви даже не остановила большая разница в их возрасте, Катрин была на пятнадцать лет моложе своего супруга. Но между этими людьми царила самая настоящая любовь. Катрин была прекрасной женой, которая готова была преданно ждать своего мужа, когда тот вернётся с вечных командировок.

Харви Кэйн часто просиживал у себя в своём кабинете. Маленькой, но уютной комнатке, которая после обеда заполнялась прибрежными лучами солнца, а вечером она обычно заливалась обворожительно красивым цветом заката. Весь его длинный тёмный стол, изготовленный из дорогого дуба, был как всегда завален какими-то бумагами. На груде только что выпущенных журналов лежали две маленькие фотографии, присланные ему лично с постройки в Белфасте. Кэйн был поражён. Его не было там полгода. И теперь же, сквозь эти строительные площадки, виднелись будущие металлические основания громадных размеров.

В комнату, быстро распахнув дверь, вбежала красивая Катрин. Она подбежала к большому зеркалу, элегантным движением поправляя на своей молоденькой шее красивое колье, подаренное ей мужем не так давно. Харви поднял голову, с присущей ему заботой посмотрев на жену. Катрин же, немного покрутившись перед зеркалом, подошла к Харви, сложив свои миниатюрные ручки на его громадно широкие плечи. Катрин была прехорошенькой. Красивая фигурка, которую украшало простенькое, но в то же время прекрасное платье. И глаза, словно жемчуг. А Харви, как будто очаровываясь красотой своей жены с каждым разом всё больше и больше, души в ней не чаял. Но сейчас в семье Кэйнов царила более приятная атмосфера, ведь Катрин была беременна.

– Посмотри, Катрин! – произнёс торжественно Харви, взяв в руки фотографии, присланные ему с Белфаста, – меня не было чуть больше полугода! – он покачал головой, – разве можно за такой срок воссоздать две такие громадные металлические конструкции?

– «Титаник» – прочитала Катрин название будущего лайнера в углу фотографии, присев к мужу на колени, – достаточно величайшее название для парохода! Звучит очень гордо! Передай мистеру Исмею, что он не ошибся с этим названием! – она заботливо поправила волосы на его голове, при том заглянув Харви в его маленькие глаза.

«Я наконец прибыл в Белфаст, на верфь «Харленд энд Вольфф». Хочется уточнить, что строительство проходило на устье реки Лаган. А в планах Брюса Исмея было создать такие огромные судна, что ни одна верфь в мире не сможет предоставить для их вмещения сухих доков. К своему великому счастью я пересёкся с исполнительным директором фирмы – Томасом Эндрюсом. Я знал давно этого человека. Знал, как конструктора. Знал, как примерного семьянина, который очень сильно любил свою жену Хелен. Он неплохо зарекомендовал себя, смог пробиться сквозь дебри. И я был рад, что именно Томас Эндрюс является главным инженером по созданию двух титанических великанов. На тот момент мистер Эндрюс являлся величайшем судостроителем в мире. И ему в этом деле не было равных. Томас со своей супругой поселился в Белфасте, в нескольких милях от верфи. И в любую минуту, днём или ночью, по первому звонку, Томас срывался и мчался на верфь. Он контролировал каждого рабочего, наблюдал за каждым процессом возрождения «Олимпика» и «Титаника». Я, наверное, никогда не устану говорить о его гениальности.

Как-то оставшись с мистером Исмеем наедине, я ему открыто сказал:

– Я уверяю тебя, Брюс, только благодаря Томасу твои мечты по созданию двух новых суперлайнеров притворятся в жизнь! – Исмей, испив бренди и поправив рукой свои усы, с улыбкой ответил мне:

– Знаешь, Харви, скажу тебе честно! Я – владелец судоходной компании, но Томас – «отец» наших великих лайнеров!».

Статный, широкоплечий красавец почти под два метра ростом, Томас Эндрюс сделался одним из самых великих конструкторов, которые когда-либо работали в компании УСЛ.

На верфь он пришёл неопытным и совсем неокрепшим парнишкой, который со временем стал проявлять невообразимые способности в области судового проектирования и черчения.

За любовь к кораблям Томаса Эндрюса, с детства проявляющего интерес к морской тематике, прозвали Адмиралом. И спустя время под его руководством стали проектироваться два лайнера «Олимпик-класса», впоследствии ставшие мировыми гигантами.

Джозеф Брюс Исмей (1862–1937 гг.). Генеральный директор компании «Уайт Стар Лайн».

Томас Эндрюс (1873–1912 гг.). Судостроитель и главный конструктор.

К 1 января 1909 года строительство большей части «Олимпика» было завершено. Теперь предстояло наложить две тысячи листов бортовой обшивки. «Олимпик» был наполовину возведён, а «Титаник» оставался в процессе своего зарождения. Но тот год для четы Кэйнов был крайне тяжёлым. По злым обстоятельствам судьбы Катрин Кэйн потеряла ребёнка. Эта потеря далась молодой девушке очень тяжело. Всё это отразилось на её моральных и физических силах. А сам Харви на некоторое время, получая безостановочные сообщения с потрясением о такой горькой новости, ненадолго выпал с процесса возрождения атлантических великанов. Он предпочёл всё это время находиться рядом с опустошённой женой, он сильно переживал за её душевное состояние.