Анастасия Топчий – Эволюция (страница 7)
— Новые игроки уже отправились в Парадайз Вэллей, детектив, — медленно и низко говорила Вольная. — Лучше им там и помереть, потому что жить с тем, что они испытают, невыносимо больно. Я больше не могу.
Остановка сердца. Время смерти: тринадцать часов, двадцать восемь минут.
Каролина Фридман потягивала сок из неудобного стаканчика и наблюдала, как мучается МакКаунти. Она подошла к нему совсем близко: вот он, сидит рядом с ней, у окна, смотрит на проплывающие снизу облака и размышляет. Что сказала ему Мирослава Вольная? Журналистку разрывало на части от любопытства. Она не могла себе простить, что детектив знает больше, чем она.
Самолет попал в зону турбулентности, и сок Каролины расплескался по сторонам. Детектив недовольно пробурчал что-то себе под нос, растирая ладонями мокрые штаны. Фридман раскраснелась от стыда и, не зная, что предпринять, тоже принялась наглаживать образовавшееся от сока пятно.
— Простите меня, — прошептала женщина, ее голос дрожал от смущения.
— С кем не бывает, — из вежливости пробормотал МакКаунти.
Он искоса посмотрел на неуклюжую соседку и внезапно расплылся в добродушной улыбке. Наверное, его позабавили круглые очки, сдвинутые набекрень, или ошеломленный взгляд, который пытался скрыться под густыми бровями…
Каролина не могла решить, насмехается ли над ней МакКаунти или умиляется, но в любом случае она усердно продолжала растирать его колени.
— Я уже начал дымиться, — посмеялся Рис.
— В смысле? — журналистка отпрянула и, бросив взгял на изрядно измятые брюки, покраснела еще больше. — Простите.
МакКаунти отметил, что как только он отвлекся от мысли о работе, ему стало не по себе. Воздух словно очистился, все вокруг посветлело, и жизнь приобретала нечто обыденное. Эта растрепанная, кудрявая, как баран, мадам заставила его улыбаться.
— А знаете, мне даже понравилось. Проливайте свой сок на здоровье, — пошутил мужчина.
Каролина вздохнула.
— Не очень вежливо говорить подобное незнакомкам.
— Прошу прощения за мои манеры. Кажется, я забыл, как общаться с людьми. Вы летите отдыхать?
Журналистка решила, что попутчицей быть. Намного удобнее, чем все время ходить хвостиком за детективом. Так почему бы не выложить ему хотя бы половину правды?
— Я лечу работать, — уверенно произнесла она. — Я пишу статью об исчезновениях в Парадайз Вэллей. Вы что-нибудь слышали об этом месте?
Мужчина изменился в лице, и теперь оно выражало одновременно удивление и тревогу.
— Рис МакКаунти, — представился тот. — Детектив полиции США.
«Да, просто невероятная», — с сарказмом подумала журналистка.
— Каролина Фридман, — кивнула она, продолжая строить из себя серьезную бизнес-леди. — Тогда вам будет крайне полезно мое сопровождение. Мне много известно о местных экспериментах. Я также хорошо изучила книгу, посвященную проекту «Эмили Блэк». Информации в ней не много, но все же…
— Простите, «проект»?
— Парадайз Вэллей — это часть проекта под названием «Эмили Блэк». Он направлен на изучение человеческой природы с целью вывести наш вид
Каролина заискивающе повела бровью. После небольшой паузы Рис очнулся и спросил:
— А кто организатор проекта?
Журналистка пожала плечами.
— Известно лишь об одном из них. Русская мигрантка, Джулия Вольная. Она переехала в Америку, выучилась на психолога. Вероятно, она достигла больших высот, раз ее включили в проект в качестве организатора. В родной стране она числится без вести пропавшей.
— Пока вы не заговорили, производили впечатление несерьезного человека, — внезапно сменил тему детектив.
— Серьезность в моей работе — главное, — гордо констатировала журналистка, неожиданно даже для самой себя. Она сняла круглые очки, посчитав, что на данный момент они были не к месту, и встала. — Я отлучусь на пару минут.
Без очков Фридман почти ничего не видела, все вокруг слилось для нее в одно красочное пятно. Но она знала, что Рис наблюдает за ней, и она просто не имела права ударить в грязь лицом.
Женщина медленно, но верно продвигалась по салону самолета. На миг ей даже показалось, что она справится с поставленной задачей, пока не врезалась в тележку, на которой стюардесса развозила напитки. Пытаясь разойтись, Каролина неудачно поставила ногу, прямо под колесо злополучной тележки, и отдавила себе палец. Она дернулась и, потеряв равновесие, упала прямиком на сидящего в проходе дедушку. Послышался сдержанный смех пассажиров. Среди них был и МакКаунти.
«Провал», — подумала Фридман и обреченно нацепила очки обратно на нос.
Когда журналистка скрылась в туалетной кабинке, Рис перестал смеяться.
«Она, конечно, милая, но держит меня за дурака, — рассуждал он, снова уткнувшись в иллюминатор. — Лететь в одном самолете из России до штата Мэн с американцем, который тоже направляется вовсе не в Мэн, а в Неваду, — на совпадение вовсе не смахивает. Вероятно, это она прислала мне наводку по электронной почте. Интересно».
— Последние две комнаты свободны, — прокаркал администратор.
— А посмотреть их можно? — уточнил МакКаунти, пытаясь скрыть свою неприязнь к придорожным мотелям. Он был уверен, что если бы гости знали, сколько в подобных местах происходит преступлений, они бы и на край дивана не присели.
— В смысле? — недоумевал паренек.
— Хотим осмотреться, чего непонятного? — нетерпеливо встряла Каролина.
— Не волнуйтесь, миссис Фридман, — призвал бывший детектив.
— Мисс, — стыдливо поправила журналистка.
Рис улыбнулся.
— Извините, мисс Фридман, — исправился тот и обратился к администратору. — Мы хотим знать, за какие условия отдаем деньги. Вам ведь знаком закон о правах потребителя, не так ли?
Паренек ничего не смог сделать, кроме как рассеянно кивнуть и протянуть паре два ключа с ярлычками из линолеума.
— Мальчики налево, девочки направо, — предложил МакКаунти Каролине, кивая на комнату, что находилась в конце коридора, справа от общей ванной.
Та пожала плечами и деловито выдернула ключ от левого номера из рук детектива. «Вот такая я дерзкая» хотела сказать она, но решила воздержаться от лишних реплик.
Номер был задымлен и не убран, и женщина не сразу смогла в него зайти. Рис заметил замешательство попутчицы и крикнул администратору через весь коридор:
— Кто здесь жил раньше?
— Русский, — фыркнула старушка, которая в это время выходила с чемоданом из первой комнаты. — И в вашей комнате тоже жил русский. Только там был мальчик приличный, с девчушкой все носился. А в той, куда заселяется мадам, какой-то наркоман. Не понравился он мне, не понравился…
Бабушка продолжала ворчать, скорее разговаривая сама с собой, чем с детективом.
— Нормальный паренек, что ты на него городишь, старуха? — в дверях предпоследней комнаты справа появилась жгучая брюнетка лет тридцати. Она была одета в полупрозрачный пеньюар, сквозь который различались контуры ее тела, смущая всех вокруг.
— А чем вам так приглянулся сосед? — спросила Фридман.
— Простой, не закомлексованный, угостил даму сигареткой… — начала перечислять брюнетка.
— Самокруткой, напичканной бог знает чем! — воскликнула бабушка. — Задымил весь коридор, я думала пожар! А ты сама проститутка придорожная, что с тобой о моральных ценностях разговаривать…
— О моральных ценностях я знаю больше, чем любой здесь присутствующий! — высокопарно отвечала брюнетка.
— Возможно, про этих русских говорила Мирослава, — на два тона ниже произнес Рис и многозначительно взглянул на Каролину.
— А что за девочка? — задумалась та.
— Не знаю. Может, одна из них, — МакКаунти кивнул на пререкающуюся парочку, намекая, что «девчушку» русский искатель приключений мог подцепить прямо здесь.
После этих слов, как по команде, журналистка и детектив разошлись в разные стороны.
«Не понимаю, что мы можем найти, — думала Каролина, осматривая помещение. — Они же провели здесь всего одну ночь, наверняка даже вещи не распаковывали».
«Странная комната», — пришел к выводу МакКаунти, присев на кровать, где всего несколько часов назад лежала Алиса. Нет, детективу этот номер совсем не нравился. Обычно в мотелях можно было заметить присутствие предыдущих жильцов, будь то надписи на тумбочках, оставленный ночник или прожженные сигаретами занавески. А эта комната была абсолютно пустой. Как будто в ней никогда не останавливались, никогда не жили. Как будто она вовсе не для того была предназначена.
— Вам чем-нибудь помочь? — с порога донесся хрипловатый голос.
Это был молодой человек с белыми волосами, словно без пигмента, так же, как и кожа. На его остром лисьем лице хищно блестели глаза со светлыми ресницами, теряясь в длинной засаленной челке. Рис отметил в его речи легкий акцент неопределенного происхождения.
— Какую именно помощь вы предлагаете? — уточнил детектив.
— Я могу показать то, за чем вы сюда пришли. Если не ошибаюсь, место первого испытания интересует вас больше, чем грязные наволочки и пододеяльники.
Парень приблизился к МакКаунти и протянул ему левую руку в знак приветствия. Только сейчас Рис заметил, что правая выглядела неестественно: болталась при любом движении туловища. Она была полностью искусственной, от плеча до кончиков пальцев.