Анастасия Топчий – Эволюция (страница 25)

— Ты уже не кажешься таким крутым и грозным, — громко сказал Данте и бросил быстрый взгляд в дальний угол кабинета.

Там, рядом с разноцветным самокатом, лежал директор. Его тело было неуклюже свалено возле мусорного ведра, а голова вывернулась на сто восемьдесят градусов.

— Это тебе за маму, — произнес парень и скорчил гримасу детской обиды.

Теперь он включил недавние записи с камер наблюдения. Ему нравилось пересматривать, как Иветт расправлялась с сотрудниками лаборатории. Эта юная француженка явно знала толк в садизме.

— Мы могли бы стать отличной командой, — рассуждал Данте, кокетливо посмеиваясь между словами. — Жаль, что ты все время прячешься от нас. Но ничего, мне известно, где тебя искать.

Он вскочил на самокат и выехал в коридор. Напоследок Данте одарил отца пренебрежительным взглядом и захлопнул дверь.

Персонал лаборатории был осведомлен о том, что совет директоров решил выпустить одного их сверхлюдей из красной зоны. Поэтому никто не осмеливался без крайней нужды покидать свои кабинеты, даже на обед. Целый лабиринт пустынных коридоров оказался в полном распоряжении раззадоренного парня. Скользя по начищенным до блеска полам, он стучался в каждую дверь, которая попадалась на пути, и громко распевал:

— «И-и-иве-етт, где ты?

У сотрудников в такие моменты замирало сердце. Они боялись, что Данте ворвется к ним и убьет, даже не разобрав, кто перед ним. Но он этого не делал. Пугая несчастных лаборантов, он всего лишь забавлялся.

Комната Алисы находилась в другом крыле. Подъехав к нужной двери, Данте остановился и прижался к ней ухом. Внутри было тихо.

— Я знаю, что ты там, — зловеще прошептал сверхчеловек и тихо усмехнулся.

Данте открыл дверь пластиковой ключ-картой, которую предусмотрительно вытащил из пиджака отца. Она подходила ко всем помещениям в здании, даже в красной зоне.

Посреди комнаты стояла белокурая девочка. Ее милое лицо портили темные впадины под глазами и бледная, натянутая на выступающие скулы кожа. По ее глазам трудно было понять, что именно она чувствовала: страх, любопытство или полное безразличие. Рядом с ней стояла Иветт, и Алиса держала ее за руку.

— Ты уже познакомилась с нашей малышкой? — загадочно вымолвил Данте.

— Да, — ответила Лисочка.

Сверхчеловек подъехал ближе и попытался коснуться ее, но Иветт предупреждающе ударила его по руке.

— Я не понимаю, — растерянно пробубнил тот. — Почему ты привязалась к этой девчонке?

— Она… теплая, — едва слышно ответила Иветт. — Она напоминает мне, что когда-то и я не была монстром. Возможно, она поможет мне вернуться к прежней жизни.

— Мы не монстры! — обиженно воскликнул Данте. — Мы новая ступень эволюции, наделенная высшим разумом и неимоверной силой!

Глаза Лисочки вспыхнули ярким огоньком.

— Ты — супергерой? — восторженно прощебетала девочка.

Данте опешил еще сильнее. Даже он понимал, что вряд ли подходил под описание положительных героев из комиксов.

— Скорее я суперзлодей, — подчеркнул он.

Алиса попятилась. Данте не сводил с нее глаз. Иветт заслонила девочку своим телом и воинственно шагнула вперед.

— Я не позволю тебе обидеть ее, — прогудела Иветт.

— Я не позволю тебе обидеть ее! — выкрикнула Алиса.

Данте резко развернулся и направился к выходу.

— Вы мне и не нужны, — ревностно прошипел он и, стоя на пороге, добавил: — Пока.

Парень скрылся за дверью. Он в ярости отшвырнул самокат и помчался по коридору, бубня себе поднос что-то про эволюцию.

Алиса и Иветт еще долго не двигались с места. Наконец Алиса решилась выглянуть в коридор, чтобы убедиться, что странный человек ушел. Она увидела оставленный Данте самокат — необычной формы и вызывающе яркий. Но стоило девочке сделать шаг, чтобы забрать его, как стена напротив внезапно развалилась на груду камней и арматуры. Иветт успела заслонить Алису, чтобы та не поранилась.

В образовавшемся проломе показался разъяренный Данте. Он схватил самокат обеими руками и с криками «Не трогай, он мой!» убежал по направлению в другое крыло.

Ошарашенная Алиса от испуга начала икать.

— Зачем он вообще приходил? — простонала она.

— Он искал меня, — сказала Иветт.

— Почему?

— Я не знаю. Но что бы то ни было, ты изменила его намерения.

ПАРАДАЙЗ ВЭЛЛЕЙ, САЛУН

В салуне пахло затхлостью и табаком. Хотя он был пуст, скверный запах все равно ощущался отчетливо — настолько сильно им провоняла мебель.

Кроме Эдди, в салуне не было ни души. Он молча сидел напротив бармена, почти не шевелясь. Лишь редкий глоток из бокала напоминал, что парень жив. Бармен нервно протирал бокалы, подготавливаясь к вечеру. Он не хотел открывать свое заведение до положенного времени, и тем более пускать туда этого странного альбиноса. Но о Лидере в этой местности ходило множество слухов, и большинство из них были ужасными: что-то о мертвых девочках, психических расстройствах, кровожадных убийствах. Бармен никогда не верил сплетням, но лишних проблем он себе не хотел.

— Налей мне еще виски, — прохрипел Эдди.

Бармен неуверенно кивнул и сделал то, о чем его попросили.

— Ее убили, — пьяно бормотал альбинос по-русски. — Жестоко и нечестно. Джулию убили, как муху тапочкой. И даже не дали ей шанса на спасение.

Бармен не понимал и половины того, что говорил Лидер, а о чем идет речь — и подавно. Но Эдди и не нужен был собеседник, он разговаривал сам с собой. Оплакивая подругу, он пытался найти смысл ее скоропостижной смерти, чтобы снять с себя вину за это.

— Директор нашел нас, и теперь хочет устранить. Но ведь мы свое дело уже сделали: система разрушена, проект «Эмили Блэк» деградирует и вскоре придет к закономерному концу. Предотвратить это практически невозможно, придется восстанавливать все с самого нуля. Директор не сможет себе такого позволить. Его ограниченный ум сосредоточится на мелких ошибках, а на это уйдет столько времени, что все, над чем он работал тринадцать лет, успеет рухнуть. Он ничего не сможет предпринять против сверхчеловека, которого я внедрил в игру.

Эдди сделал еще один глоток жгучего напитка и поперхнулся. Бармен переполошился.

— Все хорошо? — спросил он, заикнувшись.

— Нет! — воскликнул Лидер. — Что-то все равно идет не так!

Он прокашлялся и вернул пустой бокал на барный стол. Из внутреннего кармана жилетки он вынул большую плитку черного швейцарского шоколада и откусил от нее кусочек.

— Джулию могли убить просто так. Застрелить ее в любой момент. Директор мог вызвать ее в кабинет и сделать это собственноручно. Но все подстроили как испытание — которого не должно уже быть и в помине! Кто-то играет против меня, и у него хорошо это получается. Если все так пойдет и дальше, у меня не останется шансов на…

Альбинос встал из-за стола, не закончив предложение. Он оставил бармену внушительную пачку баксов в качестве компенсации за то, что пришлось потревожить его в такой час, и покинул салун.

Выйдя на улицу, Эдди посмотрел на небо. Темные тучи грозно сгущались, предвещая дождь.

— Такое чувство, что онидаже погодой управляют, — процедил сквозь зубы Лидер и огляделся по сторонам. — Сегодня компанию ждать не придется. Я уверен, что для каждого из них мой оппонент подготовил отменное испытание. Надеюсь, что завтра они доберутся сюда живыми. А пока мне нужно нанести ответный удар.

Эдди встрепенулся, прикончил плитку шоколада и направился в сторону телефона, финальной точки первого этапа эксперимента. Он был там несколько лет назад, только в качестве призера, а не победителя. Вольная тогда хорошенько его потрепала и даже осмелилась выстрелить в него единственной имеющейся у нее пулей. К тому моменту Эдди уже разгадал загадку Парадайз Вэллей и хотел спасти их обоих, вернуться домой и забыть все, как страшный сон. Но Мирослава сошла с ума и решила, что Лидер пытался ее убить и стать победителем игр две тысячи одиннадцатого года.

Альбинос думал, что умер тогда. Пуля прошла совсем рядом с сердцем, но опытные хирурги лаборатории проекта «Эмили Блэк» совершили чудо и вытащили парня с того света. Конечно же, не просто так.

— Большая часть первого этапа эксперимента — твоих рук дело, Эдди, — говорил директор. — Думаю, ты не раз слышал это, но я повторю: ты очень ценный кадр, и мне не хотелось бы тебя упускать. Поэтому я предлагаю тебе сделку: ты работаешь на нас, при этом можешь творить, что пожелаешь, в свое свободное время, и твое имя впредь никогда не будет светиться в федеральном розыске. Что скажешь?

— А что, если я откажусь?

— Ничего, — сказал директор и развел руками. — Ничего не изменится для тебя, Эдди. Ты просто продолжишь разлагаться в грязном домишке в Парадайз Вэллей.

Альбинос поморщился от неприятных воспоминаний.

— Директор абсолютно точно сдох, — заключил он. — Он уже давно не в состоянии сделать что-то самостоятельно, а лишь способен отдавать распоряжения. И он не осмелился бы расстраивать сверхчеловека из нынешней группы испытуемых своей бесполезной возней — попытками залатать пробелы, которые я устроил. Значит, этим занимается не он, и все, что мне нужно, это узнать, кто.

Лидер снял трубку со старого таксофона и набрал заветную комбинацию цифр, предназначенную победителю.

— Иди к черту, грязный извращенец, — вымолвил Эдди фальцетом, имитируя испуганный женский голосок.

— Прекращай этот каламбур, — откликнулись на другом конце провода. Затем послышался громкий смех.