Анастасия Топчий – Эволюция (страница 22)
Свежий воздух немного привел Ваню в чувство. Он глубоко вдохнул, наслаждаясь приятным запахом влажной земли и бензина, и опустил несколько монет в автомат. Из него вывалилась полулитровая бутылка воды, и парень мгновенно опустошил ее. Ему хотелось еще, но мелочь закончилась. Грустно посмотрев на другую бутылку в холодильнике, он ударил кулаком по стеклу.
— Прочненькое, — пробормотал Зайцев, счищая с руки осколки. На коже не осталось ни единого пореза.
Выпив вторую полулитровку, Вано усмирил свою жажду. Пару минут он стоял у разбитого холодильника, чувствуя, как улетучивается из его организма психотропный яд. Это было волшебное ощущение, но, к несчастью, оно означало, что настало время курить новую самокрутку.
Парень вынул из внутреннего кармана косухи пакетик с травой и папиросную бумагу. Сворачивать навесу было неудобно, но это был не достаточный повод возвращаться в душный мотель. Когда самокрутка была готова, он прикурил от зажигалки и вдруг краем глаза заметил движение за мусорными баками. Вынув папиросу изо рта, он сделал шаг вперед. Кто-то в темноте понял, что его обнаружили, и замер так, что его больше не было ни слышно, ни видно. Ваня прошел еще несколько шагов, рассчитывая выяснить, кто это. Незнакомец, пытаясь ретироваться, ползком двинулся в противоположную сторону и наткнулся на жестяную банку. Зайцев молниеносно обернулся и схватил его за шею.
На небе рассеялась плотная завеса туч, высвобождая лунный свет. Вано смог разглядеть лицо пойманного человека, и от неожиданности он дернулся и отступил назад.
— Рита? — с искренним изумлением прохрипел он.
— Рита, — раздраженно отозвалась та. — Что вылупился, как будто впервые меня видишь? Вы же заметили меня еще в супермаркете.
— Так это была ты?
— Ну прости, что разочаровала.
Девушка выпрямилась и отряхнулась. Она выглядела изрядно худой и агрессивной, как голодная бездомная собачка, и это было все, что отличало ее от Риты, похороненной под бетонным основанием магазина в Москве.
— Какого черта ты здесь делаешь? — озадаченно произнес парень.
— Под землей мне не понравилось, — саркастично выдала та и после некоторой паузы добавила, гораздо тише: — Решила вернуться с того света, раз моя девочка находится в опасности.
— Рита, какая девочка? Мы тебя убили, понимаешь? Ты не дышала, и мы закатали тебя в асфальт, чтобы никому не причинять неудобств.
Вано схватил девушку за локоть и подтянул к себе, тогда он смог получше ее разглядеть. Впалые щеки, темные круги под глазами, тонкая нездоровая кожа — такой ее не делал даже героин. Много болезней можно было бы придумать с подобными симптомами, но лишь одно выдавало верное предположение — взгляд. Бешеный взгляд сумасшедшей.
— Мой ребенок у них, — едва слышно прошептала Рита. Она смотрела на Зайцева так, будто он не понимал чего‑то элементарного.
— Ты потеряла ребенка, Рит, — тихо сказал парень.
— Конечно, я ее потеряла. Точнее,
Вано оцепенел.
— Ты спятила. Алиса не твоя дочь.
Девушка вырвалась из рук Зайцева и сделала несколько резких выпадов вперед. Ей удалось зацепить парня длинными ногтями и расцарапать щеку. В ответ Вано влепил ей оплеуху, и Рита упала на землю.
— Я не хочу с вами ссориться, — грозно шипела она. — Вы мне неинтересны. Мне нужна моя дочь, и я иду ее спасать. Не вставайте у меня на пути и останетесь целы.
С этими словами девушка поднялась, села в пикап и скрылась в направлении Парадайз Вэллей.
Парень стоял на месте, все еще ошарашенный неожиданной встречей.
«Она рехнулась, — рассуждал он. — Но хочет спасти Алису, как и мы. Можно ли считать ее союзником?»
Одно было ясно: с травкой придется завязать. Если по улицам расхаживают сверхлюди, Вано придется быть во всеоружии. Он сделал несколько последних затяжек — этого должно было хватить до прибытия в пункт назначения.
Светало. Солнце выглядывало из‑за горизонта, распространяя по улицам теплую оранжевую дымку. Зайцев решил, что пора возвращаться в мотель и будить остальных. Он обернулся к зданию, которое теперь осветилось утренними лучами, и окончательно обомлел.
— Это еще что за фигня?!
Каролина проснулась от того, что ее окатило из ведра ледяной водой. Точнее, так ей приснилось: на самом деле ей на лоб с потолка упало всего несколько капель. Женщина вскочила с кровати и отпрянула в противоположный угол комнаты. Без очков и с спросонья она видела перед собой только размытые пятна грязных оттенков, поэтому она не заметила препятствия на пути, споткнулась и упала. К счастью для журналистки, под ней оказалось что-то мягкое, и она ничем не ушиблась.
«Мягкое» заворчало, и Фридман в испуге бросилась бежать. Она ощупала стену перед собой и обнаружила какой-то рычаг. С воплями о помощи она распахнула дверь и выбежала сквозь нее, но снова наткнулась на препятствие: на этот раз хорошенько приложившись носом о нечто твердое и вертикальное, что наглухо загородило ей дорогу.
Рис встревожено открыл глаза, когда на него что-то опрокинулось. Он инстинктивно попытался смахнуть это с себя, но не успел: оно само вскочило и скрылось в неизвестном направлении. Детектив сел в постели и огляделся. Первое, что показалось ему странным, — это Каролина, истерично бьющаяся в ветхом шкафу. Видимо, именно она потревожила его сон. «Наверное, я просто позабыл, каково это — жить с женщиной», — подумал он, оставшись довольным собственной шуткой.
Окончательно пробудившись, МакКаунти заметил, что комната сильно изменилась, и только потом вспомнил, что они вообще ночевали порознь.
— Каролина, — позвал детектив. — Успокойся!
Услышав знакомый голос, Фридман действительно успокоилась и, потерев глаза, тоже принялась осматриваться. Мужская рука услужливо протянула ей очки.
— Ничего не понимаю, — запинаясь, произнесла журналистка. — Как мы оказались в одной комнате?
— Поставлю вопрос шире: как мы вообще оказались в другой комнате? И что с твоим лицом?
Каролина подбежала к своей кровати и вынула из рюкзака маленькое зеркальце. Она увидела, как на ее коже подсыхало несколько тонких красных струек, оставшиеся от капелек, что разбудили ее десять минут назад.
— Ты ранена? — взволнованно произнес Рис.
Женщина внимательно оглядела свою постель. На одеяле зияло большое бордовое пятно, и такое же расплывалось по подушке и простыне, прямо под тем местом, откуда капало. Фридман указала на потолок.
— Что-то подтекает, — нервно сказала она.
— Похоже на кровь, — угрюмо констатировал детектив. — Скорее всего, нас запугивают.
— Мне бы хватило и того, что нас сюда каким-то образом перенесли.
— Нужно найти остальных.
Журналистка кивнула и направилась к выходу из комнаты, на этот раз к настоящему. Она открыла дверь и выглянула в коридор.
— Не хочешь, чтобы я пошел первым? — предложил Рис.
— Мне, конечно, страшно, но не настолько, чтобы перебить мое любопытство, — отозвалась Каролина и зашагала по коридору, стуча во все номера подряд. Она хотела сказать что-то еще, но ее прервал голос Зайцева. Парень метался по холлу, бормоча себе под нос что‑то неразборчивое.
— Я же видел там кулер, а здесь его нет, как так? Как так?
— Иван! — позвала его Фридман. — Ты не знаешь, что происходит?
Парень резко остановился и устемил соколиный взгляд на женщину. Теперь в голове все встало на свои места, нервы успокоились, разум прояснился — и одновременно обострились органы чувств.
— Где Кит? — пробасил он.
Каролина и Рис переглянулись. Они оба заметили, как сильно переменилось выражение лица Зайцева и даже его голос.
— Нас переместили в «нужный» мотель, — продолжал Ваня.
— В котором Никита должен проходить испытание, — с ужасом прошептала женщина, закончив предыдущую мысль.
В этот момент сверху послышался крик.
Фридман всерьез испугалась и задрожала. МакКаунти машинально потянулся за пазуху, где у него обычно находился пистолет. Только теперь его там не было. Зайцев помчался к лестнице, ведущей на второй этаж, словно в трансе повторяя имя друга.
Тяжелая металлическая дверь сразу бросилась в глаза. У нее не было ни ручек, ни рычагов — словом, ничего, что помогло бы ее отпереть. Все знали: она откроется автоматически только по завершении испытания.
— Он не выйдет, — тихо произнес Вано, когда к нему подошли остальные. — У него нет партнера. Никите никто не сможет помочь.
Это было похоже на сон, но проснуться у меня не получалось.
Голова не соображала, а перед глазами все плавало в тумане. Я мог поклясться, что парю над землей. Но когда увидел под собой не свои ноги, понял, что меня несли.
Меня взгромоздили на плечо и куда-то очень быстро перемещали. Удивительно, как это было возможно при моем весе рослого парня с небольшим жирком на боках, честно взращенным долгими сидениями на диване и поглощением вредной пищи.
Внезапно движение прекратилось, и меня принялись заталкивать в очень маленькое и душное помещение, по ощущениям похожее на вертикальную коробку. Спину обволокло нечто липкое и воняющее. Я не мог отбиваться от похитителя: тело отказывалось слушаться. «Наверное, меня накачали каким-то веществом», — подумал я и вспомнил Зайцева.
Знает ли он, что я пропал? Этот вопрос не давал мне покоя, ибо именно друг мог стать моим единственным спасением. Но я был более чем уверен, что сейчас он валялся без сознания в наркотическом дурмане, не ведая, что происходит вокруг, и его даже не пришлось усыплять для того, чтобы куда-нибудь перенести.