Анастасия Тихонова – Купол из слёз. Страна, которую построила боль (страница 8)
— Ты слишком напряжена. Что-то не так? — Мансур, как всегда, наблюдателен.
Покосилась на него, но ничего не ответила. Мужчина положил руку мне на плечо и ободряюще сжал. Я немного расслабилась. Тут же поймала неодобрительные взгляды наших советников и хищно улыбнулась им в ответ. Они не поддерживали того, что я до сих пор не связала себя узами. Здесь многие создавали семьи формально, чтобы в лице общества выглядеть прилично, а за стенами спален, да и не только спален, трахались со всеми и вся. Я не сказала бы, что этот чванливый устой их жизни чем-то отличался от земного. Но мне было глубоко наплевать. В моем положении можно позволить себе прямо сейчас приспустить Мансуру штаны и пробежаться пальцами по его члену. Другой вопрос — что нечего им смотреть на такое прекрасное достоинство.
В этот момент дворецкий, а здесь их называли Смотрящими, открыл двери зала и отошел вбок, впуская наших долгожданных гостей. Мансур последний раз сжал пальцы на плече и опустил руку. Честно говоря, мне это не понравилось, но глаза и разум были прикованы к новым лицам.
Первым в зал вошел неизвестный мне мужчина. Даже не так. Мужчина с большой буквы М. Я четко почувствовала этот флер возбуждения, желания, страсти, который прокатился по залу.
Так, я отвлеклась от нашего барана. Хотя язык не повернулся бы его так назвать. До чего же породистый экземпляр. Мне не надо смотреть на остальных участников процессии, чтобы понять, он и есть тот самый Эйрен из Зазеркалья. Да, для себя я назвала государство северян Зазеркальем. Маленький каламбур.
Тем временем этот жеребец сменил направление и уже двигался в мою сторону. За его спиной я увидела знакомые лица трех Наибов — Дайна, Юрга и Валда. Это не могло не радовать. Было удивительно, что этот мужчина движется ко мне первым, а остальные следуют позади. По нашим традициям Ниаллерион всегда шел за кем-то из советников перед знакомством с новыми людьми. Советник представлял его, называя все титулы и почести, потом представлялся человек, и только тогда в разговор вступал Ниаллерион. Здесь же было видно, что речь Эйрен намерен начать сам.
И тут я поняла, что не могу отвести взгляд.
Сердце замерло и остановилось. Почувствовала, что сама оперлась на Мансура, потому что ноги вдруг задрожали. Я узнала это лицо. Но... мысль не успела обрести форму, как разум поглотила тьма. Здесь безопасно и тепло. Не хочу возвращаться обратно. В таком состоянии есть время подумать. Но мне его не дали.
Резко вернулись краски и мутные очертания, потому что в носу защипало от отвратительного запаха лимерии — местного нашатыря. Несколько раз открыла и закрыла глаза, не хотелось говорить, потому что чувствовала на себе слишком много пронзительных взглядов, которые вопрошали о моем состоянии.
— Жить будет, — выдал Мансур, и я почувствовала, как он уступает место Байбе.
Не нужно открывать глаза, чтобы понять, кого допустили в комнату. Всего четыре человека, остальные, видимо, остались развлекать гостей.
— Мама, что происходит? — обеспокоенно прошелестела Байба, поймав мою руку в свои ладошки.
Я нахмурилась и посмотрела на нее.
— Ничего такого, о чем стоит волноваться. Идите, я скоро тоже вернусь к гостям, — голос похолодел.
— Но... — попробовала возразить рыжая бестия, на что пришлось одарить ее тяжелым взглядом, моментально остановив тираду.
Через минуту двери закрылись, и я села на мягком диване в своем кабинете. Тело начала неожиданно сотрясать мелкая дрожь. Обхватила себя руками, пытаясь успокоиться. Перед глазами маячило до боли знакомое лицо.
Миша...
Как это возможно?
Мысли тут же ухватили в свой водоворот, заставляя задыхаться. Мне было около двадцати семи, когда я решила наконец-то остановить бессмысленные отношения и посмотреть вокруг в поисках того, кому я действительно нужна. Сначала он казался мелкой обезьяной, которая постоянно заставляла смеяться. Но потом сердце стало биться быстрее, а мышцы внизу живота в предвкушении сжимались от его взгляда. Миша. Он поцеловал меня на работе перед долгими и длинными выходными, обещая, что всё будет прекрасно. Я уехала на озеро фотографировать, была счастлива и весела. Болтала с попутчиками, предвкушая отличные выходные и теплую встречу после них. Но один звонок просто разрушил всё.
— Миша утонул...
Помню, тогда не поверила. Сказала, что нельзя шутить такими вещами. Но ответом была тишина. В тот момент находилась в тысячах километров от Москвы без шанса поехать назад. Вру. Вернуться можно всегда. Но я не поехала. Мне было страшно увидеть его перед тем, как земля станет телу последним пристанищем. Сердце замирало, как только я представляла его стеклянные глаза и мертвенно-бледную кожу. Не хотела запомнить его таким. Сколько слез было пролито в те дни. Сколько на его могиле, когда всё же осмелилась попрощаться. Но даже через год, в гостях у его мамы, не смогла отпустить. И просто молча глотала соленые слезы, когда все вокруг вспоминали его веселые глаза и шаловливые поступки. Эта незаконченная и оборвавшаяся любовь что-то сломала во мне тогда.
И сейчас я видела те же глаза, которые отпустила перед долгими выходными.
Воздуха снова стало мало. Дрожь не отпускала тело. Тот же вопрос — как это возможно? И почему у меня отключилось сознание, как только его лицо попалось мне в поле зрения, как будто кто-то погасил свет? Но чему удивляться. Если я оказалась здесь, то почему не мог и он? Но тогда на площади мое тело не погибло — просто вынесло в этот мир. Он же умер. А может, я тоже тогда...?
Глаза предательски защипало. Если это так, то даже лучше. Мои родные смирятся и будут жить дальше, не ожидая без вести пропавшую. Да. Я надеюсь, что это так.
Вдох... выдох... ещё глубже, чтобы наладить ритм сердца. Сейчас нельзя позволить себе думать об этом.
Поднялась с дивана и подошла к окну, где уже опустилась ночь. Это меня не сломит.
Расправила плечи, прошлась по немного растрепанным волосам, и гордой уверенной поступью двинулась обратно.
Конечно, первым мои глаза нашли Эйрена. Длинные темные волосы собраны сзади лентой. Весь в кожаной одежде, как Наибы при первой встрече, только черного цвета. Накачанные руки открыты и отдавали приятным восточным земным загаром. Рост значительно выше моего — наверное, выше двух метров. Когда этот мальчишка успел так вымахать? Он выше Мансура, и только я остаюсь коротышкой при своем метре семидесяти. Ну ладно-ладно, два сантиметра округлила. При метре шестидесяти восьми. Не суть. Эти великаны явно отличались от меня и были безумно сексуальны.
Конечно же, гость быстро почувствовал, что я смотрю на него. Не дав возможности кому-то из своих подойти первее, он быстро сократил расстояние между нами. Здесь не было каких-то особых знаков при знакомстве с главами стран, поэтому мои глаза удивленно округлились, когда Эйрен протянул руку к моей руке и, осторожно потянув на себя, поцеловал.
— Очень рад встрече, Ведьма Ноэль Первая, — протянул такой знакомый мужчина с красивой улыбкой, сверкнув белыми зубами.
Его голос завис у меня в голове на какое-то мгновение, пытаясь вытянуть знакомое воспоминание.
— Я Эйрен Махара Лялэш, — продолжил жеребец, в то время как с моей стороны не поступало ни звука.
Почувствовала, что за спиной напрягся Мансур, и тут меня, так сказать, отпустило.
— Что ж, приятно познакомиться, Эйрен Махара Лялэш. Как могу к вам обращаться? — наконец выдавила из себя и невольно улыбнулась.
Краем глаза заметила ехидный смешок Байбы. Она стояла рядом с Наибами, внимательно вглядываясь в мое лицо.
— Для вас просто Лялэш, прекрасная Ведьма Ноэль.
Мне кажется, или в зале все совсем распоясались и просто пялятся на нас? Я вполоборота посмотрела на публику, и тут же пространство затопило звуками разговоров и музыкой. Безобразие.
— В таком случае прошу вас называть меня Ноэль, Лялэш. Будем знакомы, — вернулась к разговору и встретилась глазами с остальными участниками делегации.
Валд хищно мне улыбнулся, на что я, не заставив себя ждать, ответила тем же. Юрг захохотал, а третий Наиб что-то говорил Байбе. Она кивнула ему, и они тут же начали уходить от нас в сторону танцующих.
Мансур не успел взять меня за локоть, как Эйрен протянул руку с вопросом:
— Могу пригласить вас в круг?
Ох уж эти танцы — терпеть их не могу. Болтаешься по залу, как селёдка туда-сюда, никакого толка. В связи с чем приняла слабую попытку увильнуть:
— А вы знаете наши танцы?
На что мужчина только улыбнулся ещё раз и руку не убрал. Пришлось обхватить его запястье пальцами правой верхней конечности, и мы двинулись в сторону остальных пар. Там уже крутилась Байба и третий Наиб Дайн. Вижу по ее лицу, что этот мужчина ей понравился. Она открыто улыбалась и смотрела ему в глаза, что-то говоря.
Я откровенно пыталась создавать видимость своей невозмутимости, когда внутри бушевала буря. Мужчина приобнял меня за талию, немного притянув к себе правой рукой, в ответ же положила свои пальцы правой руки ему на левую в районе локтя. Так здесь было принято танцевать с теми, с кем ты только познакомился и держишь дистанцию. Если партнер тебе приятен, нравится или вы просто давние знакомые, то позволялось положить правую руку на его плечо и немного на шею. Это значительно сокращает расстояние и показывает другой уровень близости.