Анастасия Сичжай – Клятва Мертвеца (страница 3)

Он был всё тем же – высоким, статным, с прямой, военной осанкой и проницательным, внимательным взглядом. Но время и горе оставили на нём свои беспощадные отметины. На висках пробилась седина, на макушке волосы заметно поредели, черты лица заострились, будто высеченные болью. В его глазах поселились тени бессонных ночей – следы мыслей, от которых невозможно было укрыться даже во сне.

За этот год все они повзрослели слишком быстро. Беда, обрушившаяся внезапно и без предупреждения, не пощадила никого. Она изменила их не только внешне, но и глубоко внутри, оставив после себя тишину, в которой каждый учился жить заново.

Он не стал ждать слуг, не скрывал волнения. Словно забыв о своём положении, Эдуард резко сбежал по каменным ступеням, как маленький мальчишка.

– Агата… Артур… – произнёс он, и голос его дрогнул.

Агата успела сделать только шаг, прежде чем отец крепко обнял её, не обращая внимания на слезинки, что скатились с его глаз – редкие, настоящие, выстраданные. Он держал дочь за плечи так, будто не верил, что она реальна, будто только это удерживало его от полного падения в бездну одиночества.

– Вы дома… мои дети… – выдохнул он. – Слава Богу, вы живы. Я каждый день молился за вас!

Артур выскочил из кареты и вцепился отцу в бок. Эдуард обнял их обоих, прижал к себе, вдыхая запах дождя, мокрых волос, родного тепла – забытый, почти потерянный.

– Как же пусто было без вас… -прошептал он.

И в этих словах было всё: любовь, вина, благодарность, боль и бесконечное облегчение. На мгновение он прижал лоб к голове Агаты, как делал когда-то в детстве. Эдуард не отпускал детей, как будто боялся снова потерять их.

– Дети мои, пойдёмте скорее внутрь! Вы же промокнете насквозь под дождём. Не хватало ещё, чтобы приболели. – с отцовской заботой произнёс эти слова Эдуард.

В обнимку они направились к двери. Шаги их были тихими, словно замок тоже испытывал облегчение от возвращения своей семьи.

Когда они пересекли порог, запах сырости и старинного дерева смешался с ароматом дождя, который ещё не скоро исчезнет. В замке всё было так, как и оставалось – всё в том же порядке, но в воздухе витала тень безвременья, когда каждый угол хранил память о потерянных людях.

– Отец, – Агата осторожно взяла его за руку, – мы так долго не были здесь… как ты пережил все это время? Мы тоже переживали за тебя и молили Бога, о том, чтобы всё плохое обошло тебя стороной.

Эдуард остановился и вздохнул, как будто выдыхал все тяжёлые месяцы одиночества и страха. Его взгляд стал чуть более спокойным, но в нём всё ещё играли неугасшие огоньки боли.

– Как смог, – сказал он с улыбкой, которая не скрывала усталости. – Мысли о вас спасали меня. Ваши лица… твой голос, Агата. А Артур… твои детские шалости и звонкий смех я слышал в самые тяжелые дни. Я молился и ждал сегодняшний день и он наконец-то наступил.

Агата подняла взгляд, и её сердце сжалось. Эдуард не рассказывал ей об этом раньше. Он всегда был сильным, подавал пример храбрости и стойкости. Но теперь, при взгляде на него, она чувствовала, как этот человек, его душа, по-настоящему пострадала за этот год. Эдуард – правая рука короля. Перед ней был не властный человек, чьё слово имеет вес в Королевстве, а сломленный человек, который потерял почти всё: свою жену и новорожденных детей, своих детей, которых отправил далеко от этих мест, сам того не желая. Он не хотел расставаться с Агатой и Артуром на долгие месяцы, но положение заставило.

– Я не знал, как я буду жить без вас, – продолжил он, его голос дрогнул. – Когда я потерял Анну и… ваших братьев… я думал, что больше не смогу пережить эту боль. Но я держался, потому что знал, что должен дождаться вас, вы должны вернуться. Я не один, у меня есть мои дети. И вот, наконец, я могу увидеть ваши лица, знать, что вы живы…

Его слова застряли в горле, и он замолчал, вновь обнимая детей.

– Ты не один, отец, – Артур встал рядом, сжимающий в руках старую игрушку из своего детства, которую он нашёл на каминной полке. – Мы с тобой. Всегда. Мы – твоя кровь и плоть.

Эдуард посмотрел на сына, и в его глазах промелькнуло нечто, что было похоже на благодарность и облегчение. Он мог бы сказать много слов, но в этот момент всё казалось лишним. Важно было, что они снова вместе. Что жизнь продолжается.

– С возвращением домой, – произнёс он, отстраняясь и, улыбаясь, жестом пригласил их вглубь замка. – Вы дома. Время для этого, наконец, пришло. Всё успокоилось, беды отступили и теперь можно жить спокойной жизнью. Не смотря на всё, что было в прошлом, жизнь продолжается. Мы должны двигаться дальше.

Агата и Артур последовали за ним в тёмные коридоры, где, несмотря на холод и тишину, ещё всё-таки оставалась радость. И хотя замок, как и всегда, казался мрачным и безмолвным, они знали, что здесь их ждёт будущее, а не только память о прошлом.

Эдуард повёл детей по тёмному коридору, его шаги отражались эхом в старинных комнатах замка. Воздух был прохладным, но не настолько, чтобы скрыть под ней волнующее тепло возвращения.

Агата заметила, что стены теперь были увешаны портретами матери. Слишком много их было. Некоторые из них она видела впервые. Она не решилась ни спросить, ни произнести вслух ни слова – только задерживала взгляд на каждом лице Анны, словно боясь упустить хотя бы одну черту. Агата сразу поняла: в дни их отсутствия отец приглашал художника. Тот писал маму по старым портретам, по воспоминаниям, по боли. Эти образы были попыткой удержать её в этом мире – пусть хотя бы на холсте.

Агата чувствовала: в душе Эдуарда осталась рана, настолько глубокая, что ей уже никогда не суждено было затянуться. Он шёл впереди, но не отпускал детей – его рука то и дело касалась их плеч, словно он боялся, что стоит ослабить хватку, и они снова исчезнут. Будто потеря могла повториться.

– Артур, сын мой! Ты так повзрослел. Последний раз, когда я тебя видел, ты был мальчишкой, а сегодня вернулся взрослым юношей.

– Папа, если ты имеешь в виду внешность, то да, наш Артур возмужал, но внутри он всё ещё ребёнок – шутливо сказала Агата.

– Бе-бе-бе! – гримасничая, возразил Артур. – А ты всё такая же, праведная и милосердная Агата! Только знай, если кто-то посмеет тебя обидеть, я дам этому человеку такой отпор, что он больше не захочет повторять свои действия.

Эдуард с умилением наблюдал за тем, как спорят брат с сестрой. И Агата, и Артур, они прекрасно понимали, что нет ни единого упрёка в их словах, просто дурачество между братом и сестрой, которое хоть как-то могло поднять настроение. Агата прекрасно понимала, что Артур действительно становился мужчиной, не смотря на юный возраст, а Артур никогда не думал, что колкие слова, сказанные Агатой являются правдой. Он знает, что это лишь шутки между ними. Нет ничего крепче, чем кровная связь брата и сестры.

– Отец, – неожиданно сказала Агата. – Я хочу сходить на могилу к матери. Где ты похоронил её?

– Агата, конечно доченька. Она покоиться в семейном склепе. Но, давай не сегодня, пожалуйста. – с грустью произнёс Эдуард. – И, Артур. Прости меня пожалуйста, что я отказал твоим друзьям сегодня в приёме. Завтра вы обязательно увидитесь. Я просто хочу побыть с вами дети мои. Уделите своему отцу сегодняшний день.

– Мы ни сколько не сердимся на тебя. – ответил Артур. – С радостью посвятим всё своё время сегодня тебе.

– Есть ещё кое-что, о чём я должен вам сказать, – сказал Эдуард, остановившись у большой двери, ведущей в зал.

Он немного замедлил шаги, будто намеренно заставлял себя собраться с мыслями. Агата и Артур обменялись взглядами. Что-то в его тоне заставило их насторожиться.

– Завтра я решил устроить бал. В честь вашего возвращения. – Он сделал паузу, словно стараясь подобрать слова. – Это будет не просто торжество, а событие, которое повлияет на ход истории. Сюда приедут многие знатные люди из округи. И я надеюсь, что ты, Агата, не откажешься от этой традиции. Я созвал всех подходящих кандидатов.

Агата немного смутилась, её лицо немного изменилось, но она лишь кивнула, глядя на отца.

– Ты хочешь, чтобы я выбрала себе жениха? – с лёгким сомнением спросила она.

Эдуард сдержал тяжёлый вздох, но в его глазах мелькнула тень волнения.

– Я не хочу лишать тебя выбора, Агата. Ты – взрослый человек. На нас столько горя свалилось за этот год. Но для нашей семьи, для будущего, нужно, чтобы ты сделала правильный выбор. Как бы это не было тяжело. – Его голос стал мягче, но в нём ощущалась твёрдость. – Я всё устрою. Этот бал – шанс для тебя, чтобы найти того, кто сможет заботиться о тебе, кто достоин твоего сердца и твоей любви.

Агата молча смотрела на отца. В её душе всё смешалось – это и нежелание быть замужем по расчёту, и понимание, что отец заботится о её будущем. Она уже выросла и пришло время выходить замуж.

Эдуард шагнул к дверям, распахивая их. Внутри было светло, в воздухе витал запах эфирного масла и воска, в углу, на старинном столе, стояли красивые коробки с украшениями. Он подошёл к одной из них и открыл её, достал маленькое зеркальце.

– Я уже подготовил для тебя платье, Агата, – произнёс он, указывая пальцем в угол комнаты, где было необычной красоты платье. – Оно такое пышное, ярко-красное, чтобы подчеркнуть твою красоту и достоинство. Словно, только что распустившаяся роза. Всё как ты мечтала в детстве, доченька моя. В такой день ты должна выглядеть как настоящая королева, как представительница нашего рода.