Анастасия Сенькина – Лакримоза (страница 9)

– Буду рад служить, – пожал он ей руку, и чуть не вздрогнул от того, какая она была холодная. «А она вообще живая?», – засомневался Рейган. Мурашки пробежали по его спине.

– Отлично. Тогда увидимся завтра в моём кабинете. А сегодня к тебе придут мои люди, чтобы привести тебя в порядок, – сказала она, и отдав честь двум присутствующим в палате, плавно развернулась и пошла к выходу, охрана молча открыла перед ней дверь. Рейган только тогда заметил, что её туфли были плоскими, а вовсе не каблуками. «Какая высокая!», – дошло до него.

Уилл тихо смеялся, грозясь разразиться хохотом.

– Что смешного? – спросил Рейган, и Уилл и правда разразился смехом.

– Ты что, влюбился? – спросил Уилл сквозь смех. – Сидишь тут с открытым ртом уже пять минут и в облаках летаешь! – заметил он. Рейган встряхнул головой.

– Правда? Я и не заметил, – признался он.

– Да, брат, тяжёлый случай, очень тяжёлый, – Уилл вдруг стал обнимать его за плечи, покачивая Рейгана из стороны в сторону. – Мой тебе совет: лучше не пытайся. Медсестрички у нас, кстати, посимпатичнее будут, могу познакомить.

– Спасибо, конечно, – улыбнулся Рейган. – Но меня больше служба интересует.

– Э? Вот скука. Ну ладно! – отстранился от него Уилл. – Мне вообще-то пора идти. Бывай, не скучай! – поднялся он с места. Рейган помахал ему вслед рукой, снова подумав, что тот хороший парень.

«Такие тёмные…вот чёрт», – думал Рейган наедине, разглядывая на свету свои почерневшие от въевшейся тюремной пыли пальцы. При свете все его изъяны выглядели намного хуже, чем в тёмной камере. Страшно было представить, как выглядит всё остальное – он не мылся уже с неделю, да и тот ржавенький душ, который был в тюрьме, оставлял желать много лучшего…

Тут в палату пожаловали врач с медсестрой, прервав его размышления. Рейган присел на койке и приготовился к тому, что ничего хорошего ему они не скажут. Однако, осмотр показал другое: общее состояние удовлетворительное, дефицит массы тела, гастрит, коньюктивит. Анализ крови почти нормальный, лёгкая анемия. «Даже как-то обидно», – подумал Рейган. Будто он сидел не в плену, а дома, глядя целыми днями в телевизор и забывая поесть.

– Полное обследование пройдёте потом как-нибудь, мы не располагаем…оборудованием, – заключил врач, разведя руками.

– Спасибо, доктор, – коротко поблагодарил Рейган, поднимаясь с кровати и садясь на её край, поправляя рукой белую ночную рубашку, идущую до пят. Видимо, надели временно. Тут дверь в палату открылась в третий раз и внутрь зашли трое солдат в чёрной форме. Рейган на автомате встал и отдал честь чуть подрагивающей рукой. Один из солдат о чём-то спросил у врача, и тот, видимо дал добро, кивнув в сторону Рейгана.

– Сэр Штриган, пройдёмьте с нами, – сказал Рейгану этот молодой человек с абсолютно безэмоциональным лицом тоном, не предполагающим возражений.

– Есть, – подошёл ближе Рейган.

Киёра вернулась в свой аскетично уставленный временный кабинет: один шкаф с одеждой, один письменный стол, стул, и пара кресел. На одном из них сидел Гилберт за книгой, гласившей на таврийском «Грамматика для начинающих».

– Как успехи? – спросила она, садясь в кресло напротив. Гилберт захлопнул книгу и приложил пальцы к переносице.

– Сейчас с ума сойду. А у тебя как? – отложил он книгу в сторону. От постоянной жары его волосы, торчащие строго наверх по велению лака, начинали волниться на концах.

– Навестила нашего «героя». Никуда не годится, – вздохнула Киёра, откинувшись на спинку. – Ему не то, что служить, посылки бы хоть носить. Назначила его адъютантом, посмотрим, что из него выйдет.

Гилберт вскинул брови.

– Откуда такая невиданная доброта? – спросил он. «Влияние южного воздуха что-ли?», – подумал он. В последнее время его ученица всячески его удивляла. Киёра изящно приложила руку к лицу.

– Не знаю. Просто он напоминает мне меня когда-то давно. Такой же побитый жизнью, – ухмыльнулась она. – Хочу восстановить круговорот доброты в мире.

– Ясно, – коротко завершил разговор Гилберт. У них было негласное правило не интересоваться жизнью и тайнами друг друга, и чтобы не быть должным рассказать что-то в ответ, он всякий раз не давал Киёре распространяться о своём прошлом.

– Пойду прогуляюсь с Дэном по округе, чтобы не расслаблялся, – сообщил он, поднимаясь с места. Дэном звали его боевого пса, добермана, превосходного охранника, ищейку и самого верного атласного чёрного друга. Киёра проводила его взглядом до двери.

– Ну давай.

Когда двухметровый друг покинул её, Киёра повернулась в кресле и посмотрела на голубое безоблачное небо за окном. Почему-то у неё из памяти никак не уходил образ этого несчастного таврийца. Тощие руки и ноги, бледноватое, для таврийца, сухое лицо, грязные волосы до плеч, тяжёлый взгляд тёмных глаз. Неужели она когда-то выглядела также?

Тут с лёгкой мелодией и вибрацией зазвонил её рабочий телефон-раскладушка. Киёра быстро достала его из внутреннего кармана и лёгким движением раскрыла его. Надпись на экране гласила «Золотой мальчик», и она сразу поняла, что звонит её дипломатический представитель и приставила трубку к уху. Все остальные контакты также были зашифрованы подобным образом, например: «Убийца моих нервов» и «Тот, кому лучше не звонить по пустякам».

– Да, Дитхарт, – сказала Киёра в трубку, морально приготовившись к наплыву необъятного позитива от данной экстравагантной личности.

– Привет, привет! Скучали по мне? Я вот очень по вам скучал! – радостно выдал дипломат сходу. – Уже загорели?

– Пока не успели. Что с Вирмой? Они согласны? – перешла Киёра на серьёзный тон. Вирма была небольшой страной чуть восточнее Таврии, также соединяющей Эсперию с Таврией, но не имеющей на своей территории гор, и по её равнинной местности предполагалось перебросить основные войска из Эсперии в Кренц. Формально это была пока независимая страна, но за помощь Эсперии у них рано или поздно были бы проблемы с Церой. Поэтому им нужны были гарантии того, что у Эсперии есть какие-то шансы на победу, как например быстрое освобождение какого-нибудь города. Что они и сделали. А дальше дело было лишь за переговорами, а в своих ближайших советниках Киёра никогда не сомневалась.

– Ещё бы они не были согласны! Я пообещал им от твоего лица защиту в любое время суток. Раз снабжение будет идти по их территории, мы в любом случае будем защищать это место всеми силами, так ведь?

– Так, так. Хорошая работа, тогда мы начнём сегодня! – похвалила Киёра, довольно откинувшись в кресле и снова посмотрела в окно. Погода стояла чудесная: ни облачка на голубом небе.

– Как приедешь, окажу тебе почести. Но есть нюанс…

– Нюанс? – в голосе дипломата послышались нервно-весёлые нотки. – Ты уже ещё что-то придумала?

– Нет, – Киёра взяла со столика крупную газету на церанском с большими красными заголовками кричащего содержания. – Это придумала не я: через три дня состоится большая дипломатическая конференция в Крите в связи с их растущими внешними долгами. Цера и прочие будут пытаться заключить с ним военный или другой договор. И я уверена, что любой, даже маленький договор с третьей стороной, пошатнёт чашу наших весов.

– Хочешь, чтобы я поехал туда? – серьёзно спросил Дитхарт. – Они ведь могут и сбить самолёт со мной на борту.

Киёра вздохнула.

– Выберешь самолёт, где будут сидеть другие важные представители. Их список и другие данные я сейчас пришлю тебе в расширенном сообщении на телефон. Они дорожат своей репутацией, так что не будут этого делать ради тебя одного.

На том конце трубку усмехнулись.

– Утешила. Ладно, мне тогда нужно начинать собираться. После Крита-то я сразу к вам?

– Да. Возвращайся с хорошими новостями, – наставила его Киёра.

– Так точно, – раздалось на том конце трубки и пошли гудки.

Гилберт, с тлеющей сигаретой во рту, неспеша обогнул со своим верным другом синий эсперийский палаточный лагерь, раскинувшийся на весь центр города, и оказался в более приятных взору местам: среди таврийских серых каменных домиков, возле которых, к его удивлению, даже росли какие-то розовые цветы в горшках и в небольших грядках под окнами горожан. Дэн, лоснясь от солнца и переливаясь всем своим чёрным телом, тоже был рад видеть растительность и обнюхивал её уже какое-то время, но не рискнул делать свои дела, услышав строгое Гилбертовское «Фу!». Тут громко зазвонил его телефон, заставив редких горожан, проходящих мимо, вздрогнуть.

– Да? – спросил Гилберт, на всякий случай озираясь по сторонам и держа Дэна за поводок поближе к себе.

– Снег сошёл, – сказала Киёра строго. – Теперь дело за тобой и твоими ребятами: организуйте нам доставку.

– Ясно, – сказал Гилберт, переминая сигарету губами. – Организуем.

Задачка была бы не из простых, не будь он так уверен в своих подчинённых, что могли всё сделать и на расстоянии и без его участия. Все подразделения, которые планировалось перевезти, уже были подсчитаны и распределены им совместно с логистическим отделом столицы, и утверждены Киёрой. Оставалось лишь дать сигнал к практическим действиям. И наверное отправить Штрейса в Вирму, проконтролировать. Чтобы не расслаблялся.

Молодой безэмоциональный эспериец вместе со своей свитой привели Рейгана в шикарную белую комнату, отделанную блестящем камнем, с душем. Судя по дорогому убранству, здание, в котором они находились, принадлежало Цере.