Анастасия Самойлова – Memento mori (страница 5)

Когда стол был полностью накрыт, мы принялись за завтрак. Некоторые хвалили еду, но большинство ребят ели молча. Правда, было очень вкусно. Девчонка с бантом на шее, которая съела конфет даже больше, чем тот блондин, артистично допила чай, со звоном хлопнув опустевшим стаканом об стол, и спросила:

– А где ещё трое? Давайте-ка оставим им немного! Они дрыхнут ещё?

Другая девочка с волосами цвета снега подтвердила:

– Д-да, пусть тоже поедят… Мы же н-не доедим это всё. Нам нагот-товили столько, будто мы с-стадо. Кстати, спасибо вам, м-миссих Холлис, оладьи мне очень понравились.

Она заикалась. И эта была не неуверенность, а скорее смесь раздражения и презрения. Вряд ли она злюка. Может, невроз? Или заика тоже о чëм-то подозревает?

Тётя Холлис ответила:

– Молодцы, ребята. Об одноклассниках надо заботиться. Вы правильно заметили, на завтрак не пришли три человека. Ларри, Ширли и Дана. Они спят ещё, в первый день я не стала никого будить. Пусть отдохнут, еду я им отдельно приготовлю. Не думайте, ребята, что я кого-либо оставлю без пищи.

Я не запомнила имена проспавшей тройни, вот блин. Ларри и… кто ещё? Неважно, скоро познакомимся.

Миссис Холлис попросила двоих остаться помочь с мытьём посуды и предупредила о встрече на первом этаже через двадцать минут. Я тоже хотела помыть посуду хотя бы за собой, но губок не хватило. И слава Богу! Не особо люблю возиться с грязными тарелками.

Рыжеволосый мальчишка с брекетами побежал чистить зубы, с ним за компанию пошла та самая рекордсменка по съеденным конфетам. Остальные разбежались по комнатам.

5. Новые знакомства.

В своей каморке я оставила дверь приоткрытой, не хотелось пропускать назначенную встречу или опаздывать на неё. Я услышу, когда остальные начнут выходить, и тоже пойду. Надеюсь, часов нет только у меня и Патти, кто-то же должен знать время.

Я успела лишь заправить постель и пересобрать причёску, как мои соседи уже зашевелились. Мы спустились по той самой лестнице на первый этаж, и я лишний раз убедилась, насколько она опасная. Ступеньки-мышеловки, грубо говоря. Каждая из них служила испытанием на равновесие, с которым, к счастью, мы все справились.

Внизу на тёмно-серых креслах нашу шайку ждали тройка пропустивших завтрак, миссис Холлис и Патти. Видимо, эта мартышка боялась опоздать и спустилась раньше всех. А троицу соней, как мне кажется, разбудила тётя-мотя. Наконец-то. Нечего им долго дрыхнуть.

За завтраком я успела оценить внешность бабули Холлис, нужно вам немного о ней поведать. Я только сейчас заметила, что называю Холлис то тётей, то бабулькой. Да, возраст этой дамы определить сложно: вид явно "не первой свежести", но на лице самодовольно красуются благородные черты с отпечатками косметики и делают её моложе. Глаза янтарного цвета, узковатые, за счёт стрелок кажутся круглее. Красной помадой мадам Холлис вышла за контур губ. Смотрелось неплохо, хоть и выдавало в ней отсутствие навыков визажиста. Слегка нахмуренные брови подведены карандашом. Нос явно портил её внешность своей кривотцой и сильно привлекал внимание. Щёк почти не было, однако выражение лица оставалось скорее мягким, чем угловато-грубым. Волосы пепельные, редкие, по длине ниже талии. Своеобразный аромат её духов я унюхала при первой встрече, пахло от тёти Холлис каким-то восточным гаремом. Насчёт возраста я бы ей дала лет сорок пять. Количеством морщинок и других следов наступающей старости она напомнила мне маму, которой месяц назад исполнилось тридцать семь. Нет, зря я их сравнила, мама и эта ведьмака совсем не похожи, поэтому я и накинула миссис Холлис восемь лишних лет.

Вернёмся к собранию на первом этаже. По центру сидела не наша директриса, а Ларри, проспавший ученик. Его физиономия ничего не выражала, а взгляд будто шептал: "Не подходите ко мне, гадюки". Остальные две ученицы расположились левее, их лица казались более приветливыми. Миссис Холлис же сидела, сложив ногу на ногу, и жестом пригласила нас сесть.

Кресла жуть какие неудобные! Они твёрдые, чем их вообще набили? Мои недовольства прервались речью нашей директрисски:

– Ребят, спасибо, что вовремя пришли. Я успела сообщить некоторым из вас об отсутствии в школе учителей. Сейчас хочу рассказать всё в подробностях. У вас, ребят, каникулы продлеваются ещё на один месяц, это вынужденная мера. Не спешите радоваться или огорчаться. Это не такие каникулы, какие были летом. Через несколько дней ровно два раза в неделю я лично начну проводить с вами уроки латинского языка, так как в совершенстве владею им и имею право на его преподавание. Поверьте, ребята, язык Цезаря вам всем очень пригодится. Убедительная просьба лишний раз не заходить в кабинеты, в некоторых ещё не сделан ремонт, а на замок их закрывать нет возможности. Первый и третий этажи почти полностью предназначены для проведения уроков, прошу там слишком часто не появляться. Второй этаж переделан под общежитие, и он весь в вашем распоряжении. На улицу не выходим! Прогулки по графику организовывать буду я. Сейчас вам, ребят, важно познакомиться друг с другом и привыкнуть к новым условиям. Очень постараюсь помочь в вашей адаптации. Едим мы здесь два раза в сутки. Утром в начале девятого и днём после двух. Готовить я буду сама, вкусно и полезно, об этом не беспокойтесь. Качество и количество питания контролируются свыше. Вода в кулере не имеет ограничений в пользовании. Пейте, сколько захотите. Душевые закрываются в десять вечера, до семи утра вы туда не попадёте. Постельное бельё и личные вещи, которые затруднительно стирать вручную, сдаёте на стирку раз в неделю по субботам. Труселя и носки после ручной стирки вешайте на батарею, сушилок у нас нет.

Спать поздно не ложимся, после начала учёбы я начну всех будить не позднее восьми. Ответственность за качество сна полностью лежит на вас. Списка "запрещёнки" пока нет, он появится и будет пополнятся в зависимости от вашего поведения. И да, возможно, в скором времени у нас откроется школьная библиотека.

Книжки – это хорошо. Уроки латинского языка… Даже не знаю, звучит так себе. Ничего перспективного эти знания не дадут, я думаю. Тётя Холлис села в более вальяжную позу и продолжила монолог:

– Дети, я каждого очень люблю. Знаю, что все тринадцать учеников у меня очень талантливые и имеют множество достижений вопреки столь юному возрасту. Верю в вас, ребятки. Любой сможет построить в дальнейшем замечательную карьеру. Наша школа гарантирует вам успех в выгодном трудоустройстве после выпуска. Я сделаю всё возможное для вашей подготовки. В четырнадцать тридцать жду всех на кухне, приготовлю вам вкусный сюрприз. Сейчас Ларри, Ширли и Дана идут со мной пить чай, остальные пока свободы.

Тройня послушно отправилась за мадам Холлис. Та по пути игриво трепала им волосы. Ларри, Ширли и Дана. Надо запомнить их имена, а то только одну Патти пока знаю.

Остальные не стали расходиться. Когда "свита" тёти-моти отошла к лестнице, девочка с коньячного цвета косичками, сидевшая возле меня, подскочила, встала прямо в обуви на кресло и вытащила из широких карманов брюк игральные карты.

– Народ, слышали про "запрещёнку"? Устроим одну партию, пока она карты в этот список не успела занести?

Коньячноволосая энергично трясла колодой в ожидании ответа. Я была против её затеи. Нервная девочка со снежной гривой закрыла лицо руками и ответила немногословным отрицанием:

– Н-нет!…

А потом чуть увереннее добавила:

– Я не играю в хрень!

Коньячноволосая не теряла энтузиазма:

– Одна против, остальные согласны?

Да чтоб её! Я ни за что не возьмусь за карты, это далеко не христианская игра! Это ж надо так: первое совместное времяпровождение – и сразу идиотская картëжная игра… Вспомнила икону, завещанную мамой. Теперь точно нет сомнений, никаких азартных развлечений! Пришлось поддержать снежноволосую:

– Я точно не согласна! Вы опупели в первый день такое устраивать? Мы даже не знакомы, какие могут быть карты?

Эта шулерша продолжала махать колодой.

– Азарт объединяет! Двое – мимо. С вами мы тоже сыграем. Потом! В любую игру, какую захотите. Остальные в деле, я правильно понимаю?

Некоторые начали выдавать одобрительные ответы:

– Давайте, конечно.

– Угусь.

– Ура, карточки!

– Я играю!

– Я тоже.

– Какие ставки?

И тут Патти такая:

– Погодьте, я тоже не хочу. Мне нужно к миссис Холлис сходить, покеда.

Она направилась к лестнице. Кто-то крикнул вслед:

– Не упади только!

Коньячноволосая спустилась с кресла.

– Юху! Кто карты хочет перемешать?

– А ты разве сейчас не этим занималась?

Девочка-заика слезла с кресла и пошла к окошку, я решила её догнать. Нечего мне тут сидеть и смотреть, как остальные веселятся. Даст Бог – подружимся потом.

Сейчас в моих силах познакомиться с белогривой заикой. Да, волосы у неё были как из сказки. Белоснежные, цвета летнего облака, свежего молока… Их словно постирали в ледяной воде порошком, плеснув литр отбеливателя. Ровные пряди напоминали сотню тысяч длинных лоскутков зубной нити. У меня кукла дома есть с похожей шевелюрой, её зовут Глаша. Помню, у Глаши позапрошлым летом платье сильно порвалось, мы тогда в лесу гуляли. Пришлось временно завернуть беднягу в носок. Дома я привязала ей вместо пояса красную ленточку, и Глашин прикид казался вполне сносным. Ждёт ли она меня сейчас дома?…