Анастасия Салверис – Белая ворона (страница 2)
Растянув начатый рисунок на пяльцах, я принялась за узор. «Солнечное плетение» – особый вид южной национальной вышивки – был крайне символичен. Каждый цветок и листик что-то означал. Важно было все: количество, направление, оттенки. И составлять эти узоры было даже интересно. Узор был честен в своей завуалированности. Но вот дальше… процесс методичного протыкания иглой ткани утомлял меня уже минуте на десятой. Поэтому я начинала торопиться, чтобы поскорее закончить, отчего стежки выходили кривыми, и приходилось переделывать. Увы, это только увеличивало время работы.
– Отчего же ты так торопишься, сестренка? – сладким тоном проговорила Джина, подошедшая ко мне из-за спины. – Неужели держать иголку тебе так же трудно, как язык за зубами?
– Судя по тебе, Джина, это не взаимосвязанные вещи, – ответила я, не отрываясь от работы. – Ты же умеешь держать иголку.
– Но ваша сестра права, – поддержала свою любимицу наш надзиратель в шали. – Вы слишком затягиваете нить, и на ткани остаются волны. Вам бы прислушаться к совету старших.
Я, стиснув зубы до скрипа, по-прежнему не отрывалась от вышивки.
– Зато у Магнетты всегда необычные и вдумчивые сюжеты, – подала голос Сильвия, сидящая за столом у окна.
Все вокруг нее было завалено книгами, и сама она что-то писала не отрываясь. Я знала, что она изучает законодательство – мельком видела названия книг, когда проходила мимо, – но то, с каким усердием она это делала, вызывало уважение.
– Мастерство приходит с опытом, и если сестрица того пожелает, она добьется успеха.
Я коротко кивнула Сильвии, благодаря за заступничество, но она, как оказалось, даже не поднимала головы от книг. Джина на миг дернула верхней губой, как всегда делала, когда была сильно раздражена, и отправилась обратно вышивать свое приданое. Мадам Блефор предпочла отойти к ней и, присев рядом на оттоманку, иногда удовлетворенно цокала языком, становясь мягкой и нежной.
По комнате разлилось нежное пение арфы. За инструмент села Юнара, и ее ловкие пальцы, вновь, были выше всяких похвал. Она играла лучше всех из нас. Она буквально чувствовала каждую струну и позволяла ей звучать именно тогда и столько, сколько было нужно. Так, за приятной музыкой, мы проработали еще какое-то время, как вдруг я поняла, что мелодия изменилась, став очень знакомой. Я подняла глаза и встретилась с улыбающимся взглядом сестры именно тогда, когда она запела.
начала она «Легенду о Белой Птице». Я улыбнулась. Эта сказка напоминала мне о маме, о том, как она пела ее для нас с Юнарой, и сразу возвращала в детство.
арфа прозвенела изящным переливом, и сестра вновь посмотрела на меня, приглашая вступить.
я усмехнулась ее настойчивости и, сдавшись, вступила вторым голосом.
Арфа и Юнара продолжили петь несчастную сказку о любви и предательстве, а я, поклонившись, вышла из зала. Мне необходимо было проветриться. Что-то щемящее коснулось души, и я не хотела этого показывать.
Я хотела проехаться верхом до тополя, или, может, даже до озера, но нужно было попросить кого-нибудь, чтобы подготовили коня. Сделать это оказалось сложнее, чем обычно. Слуги суетились, как пчелы в зной, и вскоре я узнала причину, случайно подслушав разговор двух служанок.
– Я слышала, молодой князь хорош собой, – полушепотом говорила одна из девушек. – Он честен и прямолинеен, а еще никогда не чурался простой работы.
– Как думаешь, какая из наших принцесс ему приглянется? – голосом, полным любопытства, вторила другая.
Я уже хотела пройти, но, услышав собственное имя, замерла, прислушиваясь.
– Я думаю, любая из леди подойдет, но уж точно не Магнетта, – категорично заявила первая служанка. Какая наглость…
– Отчего ж? Ей-то как раз его правдивость точно будет по душе.
– Ага, но только оценит ли он ее характер? – ее голос показался мне знакомым, кажется, эта служанка часто оказывается рядом с Джиной. – Говорю тебе, она вздорная и взбалмошная девица, которая совершенно не умеет вести себя в обществе, – почти слово в слово повторяя слова сестры, сказала девица.
Нахалка! Я, конечно, привыкла к сплетням за спиной, но приятнее они от этого не становились. Тем более, не собираюсь терпеть подобного отношения от дворни. Я уже собиралась вмешаться, но вдруг вторая девушка встала на мою сторону.
– Ну, не знаю. Лично мне леди Магнетта не сделала ничего плохого. Она всегда вежлива, спокойна. Никогда не видела, чтобы леди ругалась на слуг.
Еще мгновение назад эта девушка могла бы стать свидетелем такой ругани. Выдохнув, я пошла дальше, решив, что найду кого-нибудь еще для своей тривиальной задачи. В конце концов, не хочу, чтобы эта сплетница получила повод думать, что я их подслушивала.
Служанка нашлась, и конь для меня был оседлан. Удобный костюм для верховой езды был не так изящен, как платье, зато и надевать его можно было самой, а к тому же в нем были предусмотрены ножны для моих метательных ножей. Мое увлечение с детских лет, которое совсем не соответствовало леди, но пока мне не запретили метать ножи, я не могла отказать себе в этой маленькой радости.
Вонзая в тополь один за другим, я размышляла о сцене, свидетелем которой стала. То, что к нам собирался приехать Северный наследный князь, я знала, не знала только, что уже завтра. Ну да мне до этого дела не было. По красоте я никогда не выйду вперед Сильвии или Джины. А из приданого… В общем, впечатлять наследника мне было нечем. К тому же я уверена, что он наслышан о моем дурном характере. А даже если и каким-то чудом слухи обошли его, наши служанки, как я сегодня успела убедиться, обязательно об этом позаботятся.
Однако, красив собой, честен, не чурается труда – звучит как сказка. Даже немного любопытно. Хотя я почти уверена, что все это лишь сплетни. Придуманный образ о прекрасном принце. И все же какая-то часть меня сгорала от любопытства, думаю, та самая часть, которая просто начиталась романов.
Утро приезда князя было суетливым и сумбурным. Все куда-то бегают, что-то подготавливают. Самой активной, конечно же, была Джина. Она несколько раз уходила к себе, чтобы что-то поправить во время завтрака. А ее служанка буквально сбивалась с ног, принося и унося варианты украшений, аксессуаров и прочих мелочей, которые, по мнению сестры, должны были помочь ей быть неотразимой.
Сильвия тоже нервничала, но выдавали ее только руки. Она бесконечно что-то теребила в руках: то платок, то столовые приборы, то просто сжимала пальцы. Даже Юнара заразилась общими настроениями, но ей это удивительно шло. Она мило переживала, заливаясь румянцем, что делало ее красивое личико еще прелестнее и невиннее. И я подумала, что если слухи о князе правдивы, было бы здорово, выбери он именно ее. Юнара заслужила хорошего мужа.
После завтрака девушки изящной стайкой упорхнули из трапезной встречать высокого гостя, а я же спокойно завернула в библиотеку, понимая, что меня точно никто не будет искать. Даже если отец и вспомнит про меня, мне там все равно делать нечего. Кто в здравом уме выберет принцессу с такой репутацией, как у меня?
Прикрыв за собой дверь, я уселась в свое любимое кресло и уплыла в мир удивительного приключенческого романа, который я читала. Я даже толком и не знаю, сколько прошло времени с того момента, как я нырнула в эту выдуманную историю, до того, как в комнату вошел красивый молодой человек.
– Вы кого-то ищете? – дочитывая последние строки в абзаце, поинтересовалась я.
– Наверное, я ошибся, – поспешил уйти парень.
– Вам помочь? – еще раз спросила я, захлопывая книгу и поднимаясь из кресла.
– Да, пожалуй. Джордж, – парень щелкнул каблуками и коротко склонил голову. Движения четкие, резкие, по-военному отточенные до идеала. – Единственный сын князя Карлоса и наследный князь Великого Северного княжества. А могу я узнать, с кем имею честь?
– Магнетта де Элуэт фон Грандор, пятая дочь короля Сильвиуса, к вашим услугам, – я сделала реверанс, глядя прямо в холодные серые глаза собеседника. – Но к чему эта официальность?
– Принцесса Магнетта… Наверное, я к вам.
– Что? – смутилась я, судорожно перебирая в голове, в какой момент и где я умудрилась назначить встречу с этим человеком. – Ах да! – наконец вспомнила я. – Смотрины! Так вам в соседнюю залу. Сестры уже, верно, вас заждались, – направила я заплутавшего и с чувством выполненного долга отправилась к своему креслу.
– Странно, ваш слуга направил меня сюда, – растерянно проговорил парень, он явно не привык оказываться в подобных ситуациях.
– Вероятно, ошибся или не понял вас, – пожала я плечами.
– А вы не пойдете? – растерянно спросил князь.
– Нет. Зачем?
– Ну как же… – совсем уж растерялся от такого пренебрежения князь. – Смотрины… вы… должны произвести впечатление, – торопливо нашелся с ответом Джордж.
– На вас или на сестер? – в шутку поинтересовалась я.
– На меня, – скромно промямлил князь.
Его брови на миг сдвинулись к переносице, придавая ему вид не то удивленный, не то раздраженный. Как будто он сам сомневался в том, что говорил. Но тряхнув головой, будто собираясь с мыслями, князь набрал силу в голос и сказал: