Анастасия Салверис – Белая ворона (страница 10)
– Тебе письмо.
Вынырнув из записей и даже не потрудившись закрыть книгу и прикрыть исписанные свитки, я схватила конверт. Я точно знала, что там. Это был ответ от Джорджа на мое письмо, отданное отцу еще в то первое утро, когда я вернулась из города, полная решимости стать сестрой милосердия.
«Милая моя Магнетта, – начала читать я и опустилась в кресло. – Пишу это письмо уже в пятый раз и не знаю, с чего начать. Все мне кажется таким пустым и бессмысленным. Как описать тебе то, что я сейчас испытываю, и не казаться при этом жалким? Как рассказать тебе о том, что не проходит и часа, чтобы я не вспомнил о тебе, и не напугать тебя своим напором? Я ношу твое кольцо на груди и каждую ночь, засыпая, сжимаю его в руке».
Я невольно сжала ладонь на груди, точно повторяя его движение.
«Его зеленый камушек как будто сохранил в себе травы того луга, где мы скакали с тобой наперегонки. Будто сохранил частичку тех самых счастливых летних дней, что я провел с тобой. Ты мое лето. И лета мне сейчас чертовски не хватает. Как бы я хотел согреться твоими руками, уткнуться в них лицом и вдыхать твой запах».
Мои щеки заалели, стоило мне представить его лицо в своих ладонях.
«Прости, что пишу такие вещи, наверное, я смущаю тебя, однако знай, что мои намерения самые серьезные. И если бы не война, мать бы давно вышила обережное кружево для твоего подвенечного платья. У нас на севере принято дарить его возлюбленным, а после хранить для колыбели своих детей. Опять пишу ерунду! Видишь, как мысли путаются, стоит им только оказаться рядом с тобой. Дождись меня, моя милая Магнетта. И позволь оказаться подле тебя там, где сейчас кружат мои мысли. Навеки твой Джордж».
Далее шло короткое указание, как писать именно ему, которое я тщательно запомнила. Какое-то время просидела, сжимая листок бумаги в руках и перечитывая его. Пока из раздумий меня не вырвала сестра. Она стояла у стола, за которым я работала, и в руках ее была большая невзрачная книга.
– Вот, – сказала она и положила фолиант на стол. – Попробуй вот это вместо той нудятины, что ты сейчас читаешь.
Сильвия мягко улыбнулась, а я подошла прочесть название. «Трактат о травах и кореньях, используемых в медицине на материке Сонрун», автор Мирт Лоран.
– Чем она лучше «Полного собрания о травах» Эрикса Финаля? – спросила я, немного насторожившись участливостью сестры.
– Она более подробная с точки зрения применения и более современная, – начала принцесса. – Да и написана гораздо менее нудным языком. Финалем пытать можно.
С последней шутки я прыснула. Тут она была абсолютно права. Я осилила лишь пару глав, но и от них уже сводило зубы.
– А еще, – продолжила девушка и, повернув к себе фолиант поудобнее, раскрыла разворот на середине книги. Там оказалась большая карта материка с обозначенными местами нахождения трав. – Вот, тут весь Сонрун. Отмечены самые редкие экземпляры или самые большие скопления, а вот тут, – сестра пролистнула дальше и показала на карты поменьше и поподробнее. Для каждого региона отдельно. – Здесь прям кладезь! – с восхищением, укрытым под мягкий плед снисходительности, произнесла Сильвия и посмотрела на меня.
– Спасибо, – улыбнулась я и приняла книгу, закрывая ставшего уже ненавистным Финаля. – Откуда ты все это знаешь? Не знала, что ты интересуешься травами.
Девушка провела рукой по волосам, как будто заправила за ухо прядь, хотя прическа была безупречна, как и всегда.
– Травы – это очень увлекательно, к тому же знать, как помочь кому-либо, может быть очень полезно, ты ведь тоже изучаешь для этого?
Магнетта предпочла не отвечать вовсе. К тому же сестра была недалека от истины. Так началась наша с Сильвией странная связь. Она предлагала мне новые книги и показывала травы, что были у нее в личном пользовании, а я с интересом делилась тем, что находила, тем самым укрепляя свои знания. Мне это было только на пользу.
Прошел еще месяц. Ножи исправно вгонялись в мишени, седло уже стало как родное, а от названий трав рябило в глазах. Но меня все это не устраивало. Я была собой недовольна. Я понимала, что стараюсь, что тяну из себя жилы, но я все еще была недостаточно подготовлена. Все чаще я задумывалась о том, что мне необходимо раздобыть меч и начать тренировки с ним. Если покажу себя хоть сколько-нибудь умелым воином, мои шансы попасть в штаб возрастут в разы. Однако все это приходилось делать втайне от отца. Я прекрасно понимала, что ему докладывают обо всех моих похождениях, но надеялась, что я в его глазах не настолько важная персона, чтобы обращать на меня хоть сколько-нибудь пристальное внимание. Впервые за долгие годы я радовалась тому, что отец меня не замечает.
В конце осени, когда природа уже готовилась ко сну, а пожелтевших листьев было еще в разы больше, чем зеленых, я решила отправиться в лес пособирать травы. Пока это еще было возможно. Это мне посоветовала Сильвия, потому как гравюры и записи – это, конечно, хорошо, но ничто не закрепляет знания лучше, чем практика. Сама она ехать со мной отказалась. О причинах я спрашивать не стала, хотя и сама прекрасно их понимала. Сильвия не из тех принцесс, что бездумно будут класть свое имя на алтарь не пойми чего. Это мне уже было нечего терять. Репутация взбалмошной и зловредной девицы не сильно пострадает, если мне будут приписывать еще и ведьмовство, а вот для идеальной Сильвии такое увлечение могло выйти боком.
Прежде чем отправляться в лес, я тщательно изучила его план. Сравнила с картой из книги Лорана, отметила пару предполагаемых мест скопления трав и только потом двинулась в путь.
Лес был одновременно шумным и очень тихим. Только природа умудряется соединить в себе эти два понятия. Звери заканчивали последние приготовления к зиме, опоздавшие птицы сбивались в стаи, чтобы улететь южнее, а растения… Растения просто медленно умирали. Я подумала, что похожа на них. Мне тоже при своей еще совсем короткой жизни приходилось умирать и возрождаться вновь. Не по-настоящему, конечно, а только сердцем. Когда в мою жизнь вырвалась зимняя стужа, имя которой – смерть. Интересно, если мне вновь будет суждено вот так умереть, сумею ли я проснуться в третий раз?
Тряхнув головой, отгоняя накатившие мрачные мысли, я спешилась возле первой запланированной поляны. В лесу я проторчала весь день. За это время я отметила для себя, что ориентироваться стала лучше, а травы начала замечать еще с седла. Правда, далеко не все и не всегда, но все же.
Уже на закате я добралась до родника, отмеченного на моем плане как предпоследняя точка на сегодня, и, решив, что на последнюю уже не пойду, засобиралась назад. Тут-то я и поняла, что ориентируюсь еще не так хорошо, как казалось, а ночной, точнее пока вечерний, лес сильно отличается от дневного. Темнело быстро. И звуки становились все глуше, точно кутались в пуховое одеяло из пышной кроны деревьев. Справа громко и неожиданно крикнула сова, отчего мой конь резко дернулся влево.
– Тише-тише, – потрепала я его по гриве, наклонившись чуть ближе к мощной лошадиной шее.
Когда стало совсем темно, а плащ перестал согревать от по-осеннему холодного воздуха, я признала, что заблудилась. Паника уже начала тянуть ко мне свои крючковатые пальцы, как вдруг я заметила желтый огонек между деревьев. Опыт, вычитанный из приключенческих романов, конечно, предостерегал меня, что там, у костра, могут сидеть кучка колоритных лесных татей. Однако страх остаться одной в темном лесу оказался сильнее страха перед неизвестными людьми.
Я вышла на источник света довольно быстро. Им оказался небольшой каменный домик. То ли чей-то маленький охотничий домик, то ли большая сторожка. Домик был старым и несколько обветшалым, однако по всем признакам жилым. Недолго думая, я спешилась, привязав коня к сиротливо торчащим столбам у калитки, и направилась к двери. Постучать я так и не успела: дверь распахнулась, едва я подняла руку со сжатым кулаком.
– Ну и чего застыла? – без вступлений и приветствий спросил меня высокий одноногий старик. Несмотря на свое увечье и возраст, он держался прямо и жестко, что явно говорило о его военном прошлом. – Чего застыла, спрашиваю? Заплутала? – повторил он вопрос, немного сведя кустистые седые брови к переносице.
– Да, – только и сумела ответить я, кивнув. – Вы позволите обогреться у вас?
Хозяин дома молча отошел в сторону, впуская меня внутрь.
– И, если не затруднит, укажите дорогу до города.
– Так ты погреться хочешь или домой вернуться? – спросил старик, с гулким ударом закрывая тяжелую дверь. Отчего-то его манера говорить и сведенные брови пугали меня своей строгостью и заставляли внутренне сжиматься.
– А и то и то нельзя? – пересиливая робость, пискнула я.
Мужчина несколько мгновений молчал, а потом разразился громким открытым смехом, разом стирающим все напряжение и страх.
– Ишь какая прыткая! Молодец! – голос его не потерял своей зычности, но теперь звучал одобряюще. – Будет тебе и обогреться, и дорога, и чай с пирогами, если не побрезгуешь простой едой.
– Простая еда мне привычна, – отозвалась я, но он тут же отрезал:
– А вот врать мне не надо. Я же не слепой, вижу, кто меня навестил, принцесса Магнетта.
Едва расслабившись, я снова сжалась. Неизвестно, что потребует этот человек, узнав меня.