Анастасия Пикина – Таинственное исчезновение шляпы (страница 3)

– Меня не проведёшь. Вчера в кафе ты вёл себя не менее подозрительно, когда барсук снял шляпу, – припомнил енот.

– Ладно, – вздохнул заяц. – Я боюсь шляп. Доволен?

– Шляп? – недоверчиво переспросил Топчегречка. – Как можно бояться шляп? Они не кусаются!

– Дело давнее, – краснея, ответил заяц. – Когда папа сердился, он говорил, что отдаст меня фокуснику и тот будет вытаскивать меня из шляпы за уши. И мои уши станут длинными, как бинты. Ну и что, что я не кролик! С тех пор я боюсь шляп, – чуть не плача, рассказал Тибидон.

– Н-да, ну у твоего папаши и фантазия, – присвистнул енот.

– У него тридцать детей – его можно понять, – попытался оправдать отца заяц.

Детективы подошли к берегу. На середине реки бобры построили хатку. Заметив в окошке друзей, бобриха махнула им лапой и вскоре появилась на суше.

– Здравствуйте! Мы хотим вам кое-что показать, – таинственно прошептал Топчегречка и вытащил из кармана брюк носок. – Узнаёте?

Бобриха Фибер взяла в лапы носок, озадаченно осмотрела и обнюхала его.

– Да, это носок одного из моих сыновей! Но как он попал к вам? Вы знаете вора?

– Нет. Его нашёл барсук на кусте рядом с норой, – объяснил Топчегречка.

– Слышала, что у него украли шляпу, – мимоходом заметила бобриха, – и это неудивительно.

– Почему же? Шапу весьма удивлён! – воскликнул енот.

– Я бы даже сказал: озадачен, поражён, ошеломлён, – дополнил заяц.

– Слушай, а кто тебе подарил словарь синонимов? – Топчегречка строго посмотрел на Тибидона.

– Ну мама, а что?

– А ведь ходят слухи, – перебила друзей Фибер, – что у отца Шапу была тайна.

– Тайна? – прошептал заяц и прижал уши.

– Я мало что знаю. Только то, что говорят. Старый барсук разорился, а потом раз – и торговля наладилась! Не странно ли это? – прищурилась бобриха. – Но мне де́ла нет до богачей, пусть творят что хотят.

– Где вы обычно сушите бельё? – спросил Топчегречка.

– Да вот тут, прямо на берегу. Видите, бельевая верёвка.

– Вы не заметили ничего странного? Подозрительные следы? – поинтересовался Тибидон.

Фибер задумалась.

– Нет, ничего такого.

Топчегречка осмотрел берег и тропинку, ведущую к реке.

– Тут следы от шин, – сказал он, наклоняясь к земле.

– Это Кларисса – мельничиха. Вчера вечером привезла муку. У неё чёрный трёхколёсный мотоцикл с люлькой. Уверена, вы её знаете. Её сложно не заметить, – усмехнулась бобриха. – Ладно, мне пора к детям. Как найдёте носки, приходите.

И она зашагала к хатке, где её ждали шестеро весёлых бобрят без носков.

– Что ты знаешь о мельничихе? – спросил напарника Топчегречка, наблюдая, как бобриха Фибер добирается до хатки по плотине.

– Давай обсудим это в кафе? У меня в животе урчит от голода, – предложил заяц, поглаживая брюшко.

Всем нужен детектив

– Табличка с названием агентства – удобная вещь: не надо всем объяснять, кто мы, – одобрительно сказал Тибидон, рассматривая свежую вывеску.

На серванте красовалась надпись «Детективное агентство».

– А куда делось слово «кафе»? – воскликнул енот.

– Что же получается – мы детективное агентство «Сахарный пончик»? – ужаснулся заяц.

Напарники заволновались и поспешили к Ракете. Кафе было забито посетителями, белочка и её помощники разрывались между клиентами. Они бегали с подносами между столиками, то и дело выкрикивая: «Два лимонада к столику у северного окна» или «Яблочный штрудель белке из Заречья».

– Хорошо, что вы пришли. Я не успеваю записывать новые дела! – Ракета вынырнула к друзьям из-за стойки и шлёпнула на стол блокнот. – Вот, изучайте!

В этот миг в кафе ворвался старый лис и завопил:

– Где тут детективное агентство «Сахарный пончик»?!

– Какой позор, – прошептал заяц и закрыл морду ушами.

– Как раз это мы и хотели с тобой обсудить, – процедил Топчегречка, наклонившись к уху Ракеты. – Куда делось слово «кафе»?

– А что с ним? – не поняла белочка.

– Оно исчезло, – отодвинув ухо, сказал заяц.

– Я-то думаю, почему вас называют «Сахарный пончик»! – прыснула от смеха белочка.

Топчегречка закатил глаза и вздохнул. Старый лис пробрался к ним сквозь заполненный зал и недовольно покосился на сыщиков.

– Это вы, значится, детективы? – недоверчиво спросил он.

– Здравствуйте! Да, мы, – несмело ответил Тибидон и встал, чтобы пожать лапу лису.

– Не похоже что-то, – презрительно пробормотал лис. – У меня для вас дело. Кто-то побывал в моём погребе и погрыз сыр и колбасу.

– У вас есть предположения, кто бы это мог быть? – вздохнув, спросил Топчегречка.

– Если бы они у меня были, я бы сюда не пришёл, – раздражённо бросил лис. – Вы детективы, вот и займитесь этим.

– Хорошо-хорошо, мы вас записали, – примирительно закивала Ракета. – Вы лучше сядьте. Малиновый лимонад и шарлотка за счёт заведения.

Лис одобрительно закивал и уселся за стол.

– Понаоткрывают агентств, а работать никто не хочет, – проворчал он.

Топчегречка схватил зайца за лапу и, взяв синий блокнот Ракеты, потащил его в кабинет.

Они спустились на нижний этаж, где оборудовали помещение под детективное агентство. Топчегречка закрыл уши лапами и плюхнулся в кресло.

– Этот шум сводит меня с ума, – простонал он.

– Так-так-так, – сказал Тибидон, листая блокнот. – Судя по записям Ракеты, у нас не лес, а криминальный район. Пятнадцать нераскрытых дел за одно утро!

– Вот это повезло! Не успели начать работу, как навалилась куча преступлений. Да ещё и название это – детективное агентство «Сахарный пончик»! Разве можно с таким названием работать?

– Да уж, вот так казус вышел! – закивал Тибидон.

– Ты опять? Какой такой казус? – устало спросил енот.

– Казус, оказия, курьёз, инцидент, или попросту случай, происшествие, – снисходительно объяснил заяц.

– Давай к делу, – махнул лапой Топчегречка. – Что там с нераскрытыми преступлениями?

– Пока ты ворчал, я раскрыл все преступления, – усмехнулся заяц.

Топчегречка удивлённо уставился на Тибидона.

– Ну вот, слушай: «Дятел жалуется на таинственное исчезновение жуков с дерева». Не такое уж и таинственное это исчезновение, если всех жуков он съел сам. А вот ещё! «Бельчиха оставила на столе вазочку с конфетами, а через пару часов они исчезли. Бельчата утверждают, что ничего не трогали, а фантики, найденные под их подушками, им подбросили».