Анастасия Никитина – Нечто большее (страница 15)
– Что у тебя в голове?! Тебя просто отвозят домой, а ты свои комплексы показываешь.
– Хватит ржать надо мной! – совсем надулась я.
– А если про коня расскажу, принцесса смилостивится?
Я поёжилась от вкрадчивости интонации, но то диво дивное, что нас везло, и моя любовь к животным… Я осторожно коснулась жёсткой гривы, что нещадно хлестала руки.
«Принцесса, блин, в драной рубахе и мокрых штанах. И штаны-то я тоже не специально, точнее, не я и не в том смысле… Да ёшкин кот!»
– Сначала про себя расскажи, – пробурчала я, заодно продумывая, как завтра будем смотреть с Анной друг другу в глаза при оплате еды и ночёвки. Начало доходить, почему трактирщик настоятельно просил Свата не расстраивать её.
– Нечего рассказывать. Стих ещё разок сама себе прочти! – маньяк совсем не по-маньячески вздохнул, поднял коня выше, тот «поскакал» быстрее, а я попыталась тихонько нагнуться в сторону, чтобы рассмотреть и понять, это животное или всё-таки механизм. Всадник вежливо покашлял. – Сейчас я расскажу кое-что другое. Любишь разыгрывать придурков?
– Какая плавная смена темы! Ясно, ты хочешь использовать меня для какой-то своей забавы, – разочарованно покачала я головой. Он хмыкнул и продолжил рассказ, в то время как мы начали выписывать восьмёрки. При каждом мало-мальски резком повороте мои лёгкие, сердце и прочие внутренности вновь словно проваливались.
– Держи, ты же хочешь сама порулить.
Пребывая в растерянности, я автоматически приняла из чёрных с железными клёпками перчаток управление. Легонько потянула вправо, и конь, кося на меня горящим красным глазом и обдавая ноги паром из ноздрей, согласился повернуть.
– Как ты поняла, я весьма догадлив. И хорош собой. И скромен. И с чувством юмора.
– Да-да, конечно.
«С психами лучше соглашаться…»
Пока он говорил мне на ухо, чтобы звуки не унесло ветром, я осторожно закладывала большие повороты. Потом руки у меня окончательно задубели, и я вернула бразды хозяину.
– Вот такая у меня идейка, считай, отблагодаришь меня таким образом, и я отстал.
– И ты отстал? – с надеждой обернулась я. Тяжкий вздох был ответом, и мы сделали мёртвую петлю. Я чудом сдержалась и не стала материться, чтобы не провоцировать этого пародиста кощеева ещё больше насмехаться надо мной.
В контраст элементам пилотажа мы тихо и осторожно приземлились во дворе. Каким же стоячим казался воздух после полёта, даже спёртым!
– Моё имя ты знаешь – ребята то и дело орали его друг другу и мне, когда спрашивали, что буду есть. А как тебя звать? – монотонно пробурчала я.
– Тебе интересно? – оживлённо спросил маньяк.
– В каком смысле – «интересно»? Мне не кажется, что ты местным таксистом, то есть ямщиком подрабатываешь, всех на чуде-юде своём обалденном катаешь. И, тем более, порулить даёшь.
Он усмехнулся, хотел пошутить и что-то дурацкое ответить, но вдруг сделался серьёзным, осторожно обхватил своими длинными ладонями моё лицо. Оно, круглое и до ужаса простое в сравнении со всем этим пафосом, утонуло в них.
«Что за… Никто себе такого ещё не позволял!»
– Отман, – просто и задумчиво сказал он. – Я ещё приду…
– Н-не, мы же договорились… Ты обещал отстать!
– Ах да, точно. Скажешь спасибо, если подействует! – едва коснувшись коня, он вдруг
– Что значит «если»? – задала я вопрос в темноту. – И за что спасибо?
«Ничего себе, ускорение! Чёрт с тобой, сделаю бессмысленную ерунду твою».
Кстати, о чертях: храпели они знатно, прямо-таки синхронизировались и перебивали даже человеческие рулады с чердака. Я старалась вернуть рациональность разуму – хотя бы под утро надо поспать и потом как-то расчесать колтуны, образовавшиеся от ветра и скорости.
Чувствуя дикую тяжесть усталости и озираясь, доползла до свободного тюфяка в углу чердака и не заметила, как отключилась, думая лишь о том, чтобы крылатые обитатели курятника не разбудили нас слишком рано.
Глава 8. Невкусно – и точка
Утро началось не с петухов. А с безумных воплей и скачек под окном. Хозяин поливал кизяков из ведра, а черти подскакивали, вопили, подхватывали свои расписные атласные одеяния.
«Как же мышцы болят, как же я всё ненавижу…»
Моё обычное состояние по утрам, наверное, было несколько похоже на то, что происходило вчера с Анной. Вспомнив об этом, я поёжилась.
Вокруг весело щебетали девчонки, одеваясь и собираясь спускаться, а внизу, починяя остатки мебели зала, гудело наше мужское сообщество. Как я ни старалась скрыться от всего лицом в грубой ткани тюфяка, Машка-Мышка плюхнулась поперёк меня и попыталась защекотать. Понимая, что от меня не отвяжутся, я, попытавшись привести себя в чувство, спустилась вниз вместе с нашей выспавшейся, блин, женской частью коллектива.
– Чего-то ты выглядишь – неважнец, – заметил Шура, выдавая нам всем по метле.
«Ещё бы. Нева Жнец. Да, ё-моё!..»
Анна сжалилась над всеми и молча готовила нехитрый завтрак, а мы подметали валявшиеся после вчерашнего веселья осколки. Привычка убирать за собой ещё никому не вредила. Я вспоминала вчерашнюю ночь как какой-то сон во время температурного жара. На мгновение показалось лицо Анны и снова скрылось в недрах кухни. Затем она принесла две кружки, одну поставила перед Сватом, многозначительно глянув на него, вторую – передо мной. Разило от моей кружки чем-то ужасным.
– А с чего такой персональный подход? С ним-то понятно, – Шура кивнул на попивающего вкусный чаёк Свата, а затем на меня. – А с ней что?
Анна молча улыбнулась ему, бросила мне:
– Пей, на ноги железно поднимает, – и ушла работать дальше.
– Заболела? С чего бы? Мы нормально вроде… – уже не так громко продолжил Шура, пока Рысь не дёрнула его за рукав.
– Да, нормально, по холодку с мокрой ж… Неважно! – рыкнула я.
Сват вопросительно посмотрел на меня и в сторону кухни. Я почувствовала подвижность в мышцах и облегчение в целом, но повернулась к нему всем корпусом.
– Анна – хорошая женщина. Только это… ну, как бы… понимаешь, идеальных не существует, и иногда у неё бывают такие дни…
«Блин, что я несу, как по-дурацки звучит!»
– …когда лучше не трогать и не подходить, – закончил за меня в два раза более зрелый и самостоятельный человек.
– Точно! – понимая, что Сват думает совсем не о том, что я хочу сказать, но выдаёт правильные ответы, я бросила попытки подобрать слова, да и нормальных не находилось.
– Так они у всех женщин бывают. У некоторых сложно проходят. Нужно закидывать им побольше вкусняшек и отбегать как можно дальше. А когда призовут, совершить «пожалейку» методом заворачивания в одеяло и ненавязчивых поглаживаний. Желательно громко не дышать и никак не пахнуть. Какой-никакой, жизненный опыт-то имеется! – подмигнул Сват.
– Как я рада, что ты освободил меня от подробностей, – выдохнула я, надеясь, что дальше они, взрослые, как-нибудь сами разберутся.
«Если это „как-нибудь“ наступит – мы же из разных миров!»
Хозяин Хрючевни восседал за столом, а вокруг, подлизываясь, суетились черти – кто кружку подавал, кто башмаки чистил, кто столы и окна натирал… Испугались, что не пустит больше сюда пировать. Сват, недолго думая, присоединился к нему с кружкой – пущай молодёжь, у кого голова не болит, поработает. То есть мы.
Пока происходил субботник, моё варево как раз чуть остыло. Безотрывно глядя на суетящуюся на кухне Анну, в то время как она то и дело смотрела оттуда на меня, я зажала нос и осторожно принялась пить горячую гадость из кружки. Лицо у меня и без того было кислым, ещё и это…
– Иммунитет укреплять надо! – авторитетно заявили черти. Я уничтожающе посмотрела на них, таких умных-разумных, допила варево, сдержанно сказала «благодарю» и удалилась на чердак.
«Сейчас я вам покажу иммунитет!»
Пока кизяки не ушли куда-нибудь «охранять трезвость и честь», я решила исполнить то, что попросил недокощей, то есть, если верить собственному вчерашнему экспромту, жнец.
«Жнец чего? Наверняка не урожая с полей!»
Внезапно для всех вниз спустился
От неожиданности у чертей выпало всё, что было в их суетливых лапках и ртах, некоторые сразу попадали в обмороки.
– Он что, тоже здесь ночевал?! – шёпотом спросил Ален и отошёл ближе к Барсу, который уже смотрел исподлобья на незваного гостя. Хозяин харчевни отложил трубку и медленно встал.
– Чего изволите, ваша тёмность? Неужели не понравилось вчерашнее меню? – проблеял Еремей.
Сват продолжал мирно ковырять свою трубочку, а сам просто лучился интересом. Жнец молча повернулся к остальной нашей команде и спросил.
– Вам понравилось?
Бледная Машка-Мышка молча вытянула палец вверх, Анна слегка и напряжённо улыбнулась. Жнец кивнул.
– Путешественники благодарны этому заведению. Что ж, я тоже. Спрошу следующее. Вы знаете, что у них, – он кивнул на кизяков, большая часть из которых уже пребывала без сознания, – есть то, что вам нужно, и они это прекрасно знают?
Все вопросительно воззрились на толпу дрожащих и едва дышащих чертей.