Анастасия Мамзер – Белый Дракон. Пепел Идеалов (страница 4)

— Не вой. Придётся перетерпеть, иначе раны загниют, — строго осадила его Мира. Она осторожно приподняла его голову и поднесла к губам чашу с тёмным отваром. Юноша жадно заглотил жидкость. Она была тошнотворно горькой, но тепло быстро разлилось по телу, притупляя острые уколы боли.

— Спасибо, — прошептал он, и его голос надломился. — Тот господин, что сжёг нас. Это ведь он приходил утром? Мне почудилось, будто за моей душой явился змей.

— При таком жаре и не такое привидится, — ответила Мира, стараясь скрыть дрожь в пальцах.

Парень надолго замолчал, его веки отяжелели, но через минуту он сделал над собой усилие и заговорил снова, с трудом выталкивая слова:

— Я могу поговорить с ним? Мне нужно рассказать, как найти этих душегубов.

Мира нахмурилась. На её лице отразилось недоверие.

— С чего вдруг ты решил заговорить?

— Наверное, дурман из головы выходит, — выдохнул парень.

— Какой ещё дурман?

— Командир поил нас чем-то вроде вина, но со странным осадком. Там были кусочки сушёного гриба.

— Вот как, — Мира задумчиво прикусила губу.

— Мы жили у входа в искусственную пещеру. Это совсем близко отсюда.

Мира закрепила последний узел на повязке. В этот момент в сарай заглянул Терен.

— Нужна помощь? Я слышал про пещеру, но господин уже далеко. Могу отправить ему вдогонку сокола.

Мира обернулась к дверному проёму, где ещё минуту назад маячил тонкий силуэт девочки. Проход был пуст.

— Боюсь, сокол долетит позже, чем нужно, — вздохнула Мира, глядя на пустую улицу. — Лира всё-таки убежала.

Глава 5

Лира бежала со всех ног, задыхаясь и не разбирая дороги. Вскоре показалась развилка, но она, не раздумывая, бросилась напрямик — сквозь густой подлесок. Хлёсткие ветви били по лицу, колючки впивались в ткань платья и путались в волосах. С каждым вдохом грудь горела всё сильнее, ноги то и дело цеплялись за узловатые корни, но она упорно продиралась вперёд.

Спустя несколько минут отчаянной борьбы с зарослями она выскочила на небольшую прогалину и замерла. Перед ней возвышался массивный замшелый валун, на котором в странной, неподвижной позе восседал Малкиэль. Его глаза были закрыты, а всё тело замерло в глубоком сосредоточении. Как будто он полностью растворился в окружающем лесу.

— Напомни мне, что именно я тебе велел? — спросил он, даже не шелохнувшись.

— Остаться с Тереном и Мирой, — выдохнула Лира, пытаясь унять дрожь в коленях. — Но у меня новости. Важные.

— Слушаю.

— Тот парень из сарая. Он заговорил. Сказал, что их банда прячется в какой-то искусственной пещере. И ещё — командир поил их вином с тёмными грибами.

— Ты молодец, — наконец произнёс Малкиэль, но веки его даже не дрогнули. — Теперь возвращайся.

— Нет. Я принесла ценные сведения, я заслужила пойти с тобой!

— Ладно, — он заметно выдохнул, решив не тратить силы на бессмысленный спор.

— А что ты делаешь? Зачем так сидишь?

— Раз уж ты претендуешь на роль моей спутницы, попробуй догадаться сама.

Лира прищурилась, вспоминая утренний разговор:

— Терен поминал какого-то духа шахты. Ты пытаешься его выследить? Почувствовать?

— Верно. Но пока безрезультатно. Дух кажется оторванным от остального мира. В любом случае, нам нужно договориться. Как только мы подойдём к зеву шахты, ты затаишься в кустах. Никакой самодеятельности и никакого геройства. Поняла?

— А что значит «оторванный от мира»?

— Сперва — договор.

— Хорошо-хорошо, договор! — нетерпеливо воскликнула она.

Малкиэль наконец открыл глаза. Лире на мгновение показалось, что его зрачки неестественно вытянулись, став узкими, как у хищного зверя, но в следующее мгновение они снова стали человеческими.

— Оторванный дух способен искажать свою первоначальную суть, — заговорил мужчина. — Обычно это последствие ритуала призыва. Люди призывают их ради разных целей, порой заключая честный союз, а порой — порабощая их волю насильно.

— Как я сейчас поработила твою? — ввернула Лира с ехидной искрой в глазах.

Малкиэль посмотрел на неё так пристально, будто надеялся увидеть саму её душу.

— Но ты меня не призывала.

— Я бы на твоём месте в этом не сомневалась, — тихо пробормотала она.

Он резко поднялся, обрывая разговор:

— Нам пора.

Спустя час пути они остановились у подножия угрюмой скалы. Из глубины леса донеслись странные, почти звериные крики, от которых по спине пробежал холодок. Лира невольно сжалась, чувствуя, как лесная прохлада сменяется тяжёлым, затхлым дыханием подземелий. Мужчина повернулся к ней, опустился на одно колено и заглянул прямо в глаза.

— Мы у самого логова. Помни о нашем уговоре, — произнёс он, и в его голосе впервые прозвучало нечто похожее на заботу. — Если увидишь что-то страшное — просто закрой глаза. И не смей стыдиться своего страха. Сейчас он твой единственный союзник.

Лира лишь молча кивнула и нырнула в густую тень кустарника. Малкиэль же двинулся прямо в сторону шум. Его черные одежды хищно поблескивали шелком под лучами высокого солнца.

Выйдя к расщелине, Малкиэль увидел дюжину парней, окруживших высокого мужчину. Голову вожака венчал волчий скальп, а лицо было густо измазано бурой кровью. Завидев чужака, предводитель дико завых, подражая зверю, чей мех носил. Люди вокруг подхватили этот вой, неохотно расступаясь и образуя круг.

— Кто ты: воин или безумец, ищущий смерти? — прохрипел Волчья Голова. Его голос резонировал, обретая звериное рычание.

— Воин. А ты? — бросил Малкиэль, не сводя с него глаз.

— А по мне не видно? — Вожак оскалился в грубом, похожем на скрежет камней смехе.

Бандиты зашлись в рваном хохоте, который гулким эхом заметался по камням.

— Раз ты воин — прими вызов на дуэль.

— Зачем мне это? — усмехнулся Волчья Голова.

— Настоящие воины таких вопросов не задают. Или ты больше не чтишь законы стаи?

— Что известно жалкой собаке о наших законах?

— То, что любой может бросить вызов вожаку. И занять его место, если тот окажется слаб.

Крепкие парни из круга переглянулись, их взгляды метнулись от Малкиэля к лидеру. Вожак заметно напрягся, на его шее вздулись жилы.

— Хорошо. Я принимаю вызов.

Малкиэль отступил на шаг, освобождая пространство. Из-за голенища сапога он достал короткий изогнутый клинок. Лезвие хищно блеснуло на свету.

— Вижу, ты не владеешь искусством магии, — негромко произнес он. — Я уравняю шансы и обойдусь лишь сталью.

— Мне не нужны твои подачки, дохляк! — прорычал вожак, выпячивая грудь.

Он совершил резкий, звериный рывок. Малкиэль качнулся навстречу, чуть смещаясь в сторону, словно заранее знал траекторию прыжка. Точный удар кулаком в живот заставил вожака согнуться, и в то же мгновение нож полоснул его по горлу.

Лира, наблюдавшая из кустов, зажмурилась. Она открыла глаза лишь тогда, когда Волчья Голова рухнул на колени, судорожно пытаясь зажать рану, из которой вырывался лишь клокочущий хрип. Бандиты в ужасе попятились. Их зрачки были расширены, а кожа пылала от адреналинового жара.

— Сидеть! — хлестко приказал Малкиэль.

Они подчинились мгновенно, опустившись на землю у входа. Их взгляды, полные животной жажды, были прикованы к каждому движению нового вожака. Малкиэль подошел к бурлящему на огне котелку. В красном вареве плавали темные ошметки, похожие на губчатые грибы. Воздух пропитался острым, землистым запахом с отчетливой горечью.

Малкиэль обернулся и подал знак. Из кустов робко вышла Лира. Стая зашипела, но мужчина снова коротко бросил: