Анастасия Курлянчикова – Подкованная. Или почему не стоит обращаться к ведьмам (страница 5)

Он расседлал её, позволив опустить голову и вытянуть шею. Тело ныло — странно, по-человечески и по-лошадиному одновременно. Она подошла к воде, осторожно ступила копытом. Озеро было прохладным, чистым, пахло камнем и глубиной.

И тут Ингвар начал раздеваться.

Сначала просто снял рубаху.

Шелла застыла.

Не потому, что это было неприлично. А потому что… неожиданно. Он оказался загорелым, жилистым, с чётко очерченными плечами, и выглядел так, будто привык работать телом, а не хвастаться им.

— Сейчас искупаюсь, — сказал он, будто это объясняло всё.

Он скинул сапоги, штаны… и, не оборачиваясь, сиганул в воду.

*Вот так просто.*

Шелла почувствовала, как у неё… нагрелись уши.

— Спокойно, — строго сказала она себе. — Ты — лошадь. Лошадям всё равно.

Лошадям, может, и всё равно.

А вот ей — нет.

Она отвернулась, уставившись на камни у берега, и попыталась сосредоточиться на природе. На воде. На том, как вечерний свет золотит скалу.

Из озера раздался плеск.

— Хорошая вода, — сказал он. — Тёплая.

*Мне безразлично*, — с достоинством подумала Шелла.

*Абсолютно.*

Она всё-таки зашла в воду — осторожно, по грудь. Вода обняла тело, сняла усталость, смыла дорожную пыль. Это было приятно. Почти правильно.

Она старалась не смотреть в его сторону.

Когда Ингвар выбрался на берег, он быстро оделся, будто и сам понял, что переступил какую-то невидимую грань. Потом занялся костром. Дрова трещали, огонь разгорался, от него пахло дымом и теплом.

Наступал вечер.

Он расстелил плащ, устроил место для сна, проверил подпругу на седле, укрыл её попоной.

— Отдыхай, — сказал он тихо.

*Ты бы знал, как я устала*, — ответила она мысленно.

Ночь опускалась медленно. Вода темнела, лес шептал, где-то ухнула сова. Огонь отражался в глазах Ингвара, делая их мягче, чем днём.

Шелла смотрела на него — украдкой, осторожно.

Впервые за всё это время ей стало странно и немного смущённо.

Глава шестая

В которой ночь оказывается слишком честной

Засыпать под открытым небом оказалось странно.

Шелла лежала на боку, слушая, как потрескивают догорающие угли костра, как шуршит трава под ночным ветром, как далеко, за озером, откликается ночная птица. Небо над ней было огромным — без потолка, без стен, без привычного ощущения защищённости.

Раньше ночь всегда была где-то *снаружи*.

Теперь она была везде.

Тело лошади устало быстро — это Шелла поняла ещё вечером. Но сон… сон приходил не сразу. Мысли путались, возвращались, цеплялись друг за друга. День был слишком длинным, слишком насыщенным, слишком невозможным, чтобы просто взять — и уснуть.

*Я — лошадь,* — в который раз напомнила она себе.

*Меня заколдовали. Я сбежала от свадьбы. Меня оседлал незнакомый мужчина. И теперь мы спим у озера.*

От этой мысли захотелось нервно рассмеяться, но вместо этого веки стали тяжелеть.

Огонь почти погас. Мир медленно поплыл.

И всё-таки она задремала.

Ненадолго.

Где-то рядом хрустнула ветка.

Шелла резко распахнула глаза — и тут же поняла, что что-то **не так**.

Земля больше не ощущалась под животом. Хвоста не было. Грива не щекотала шею. Воздух касался кожи иначе — холоднее, острее.

Она судорожно вдохнула.

Руки.

*Руки.*

Шелла медленно, боясь спугнуть ощущение, подняла ладони перед лицом. Тонкие пальцы. Человеческие. Совершенно точно её.

— Я… — беззвучно выдохнула она.

Она была **девушкой**.

Сердце забилось так сильно, что, казалось, разбудит весь лес. Шелла приподнялась, огляделась. Озеро. Скала. Костёр. Всё то же самое.

Ингвар спал неподалёку, укрытый одеялом, спокойно, ровно дыша, ничего не подозревая.

Она опустилась обратно на землю и замерла.

*Так,* — сказала она себе. — *Думаем.*

Ведьма. Заклятие. Лошадь днём — человек ночью?

Мысли выстроились медленно, но логично. Пока её **видели**, она оставалась лошадью. Пока кто-то мог взглянуть — магия держала форму. А сейчас… ночь. Темнота. Никто не смотрит.

— Вредная ведьма, — прошептала Шелла. — Всё-таки с оговорками.

Радость от возвращённого тела быстро сменилась другим ощущением.

Холодом.

Она опустила взгляд и только теперь осознала: на ней было тонкое платье — дневное, лёгкое, совершенно не предназначенное для ночёвки у озера. Кожа покрылась мурашками. Она зябко обняла себя за плечи, стараясь сохранить хоть немного тепла.

*Прекрасно,* — мрачно подумала она. — *Снова человек. И снова проблемы.*

Шелла посмотрела на Ингвара.

Он спал спокойно, укрывшись одеялом, повернувшись на бок. Лицо в полумраке казалось мягче, моложе, чем днём. Ни суровости, ни напряжения — только усталость.

Она долго смотрела.

Смущение поднималось волной. Залезть к незнакомому мужчине под одеяло — даже не по собственной воле, а по необходимости — звучало как идея сомнительная. Очень.

Она мысленно поторговалась сама с собой.