Анастасия Коваленкова – Там в городе (страница 4)

Через час он вернулся, отдуваясь и еле таща за собой рюкзак, полный ягод.

Медведь Василий сидел у кострища, сонно почёсываясь.

А на сосновой ветке, прямо над ним, пристроились две белки. Они свесились вниз, разглядывали Василия и тихо переговаривались:

– Не-е, этот не наш. Наш сердитый, а у этого, гляди, морда добрая.

– Ага, даже глуповатая…

– И никакая не глуповатая, – громко сказал Там, задрав голову. – Просто хорошая морда, приветливая.

Белки обернулись, и мышонок узнал тех двух подружек, что подсказали ему дорогу этим летом, в грозу.

– А-а-а, это ты, это ты! – затараторили они. – Опять заблудился?

– Я-то не заблудился. Я даже наоборот – вот его нашёл. Это он у нас потерялся. – Там указал на медведя.

Белки кубарем слетели с сосны и запрыгали вокруг Василия.

– Это он, это он, точно он, точно он! – верещали они.

– Конечно, я. Я – Василий. Я – медведь! – прогудел Василий, да так, что обе белки замерли.

– Ты – по-те-ряшка… – выговорила та, что поменьше, спрятавшись за подругу.

– Вот-вот, – пролепетала вторая. – Потеряшка, тебя ищут…

– Да не бойтесь вы, – сказал Там, развязывая рюкзачок, – он добрый. Давайте лучше завтракать.

За завтраком белки рассказали, что по всему лесу ходят охотники, ищут медведя, который потерялся.

– Их какой-то дядя послал.

– Да, дядя Ваня какой-то.

– Вот они и ищут!

– Только не найдут никак!

– А мы нашли, мы нашли! – Белки всё время перебивали друг друга.

– Не тараторьте вы так! – не выдержал Там.

Белки стихли.

– Это мой дядя Ваня, – грустно вздохнул Василий. – Только что же теперь делать?

– Охотников, охотников искать! – зашумели белки.

– Нет, – Там замотал головой, – ерунда получится: они его ищут, он – их. Так и будут все по лесу бродить друг за другом, без конца. Не годится.

Там встал, задумался. И вдруг начал яростно чесать за левым ухом.

– Так-так… Все ищут… А в деревнях про Василия знают?

Белки переглянулись:

– Должны знать.

– Вот в деревню-то мы и пойдём. У твоего дяди Вани телефон есть?

– Есть, конечно. С музыкой, шумный такой, – закивал Василий.

– Во-о-от. Мы в деревню придём, ты к людям выйдешь. Они как увидят, что ты ручной, так и позвонят дяде Ване. Вот ты и найдёшься, мишка-потеряшка! – рассмеялся Там.

– А в какую деревню пойдём? – Медведь доверчиво заглянул мышонку в глаза.

– Это лучше их спросить, – кивнул Там на белок. – Вы же знаете, какая деревня тут поближе? Моё-то Лунёво далековато…

– Есть тут рядом деревня, хорошая, большая, – заспешили белки. – Круглово называется. Мы покажем, покажем!

– Вот туда и пойдём.

Мышонок, вытряхнув из рюкзачка последние размокшие ягоды, стал складывать туда свои вещи. Когда всё было уложено, Там поднял из травы маленький бубенчик, покрутил его в лапах и бережно запрятал вглубь рюкзака.

– А бубенчик этот тебе зачем? – спросила одна из белок.

– Бубенчик? На случай беды, – серьёзно ответил Там.

Утро совсем разгулялось. В воздухе теперь было тепло, тихо и прозрачно. Прозрачно так, как бывает в первые осенние деньки, когда лето ушло, но ещё недалеко, а осень только осторожно вступает в мир.

Вся компания шла вдоль опушек, по самому краешку леса. В глубине было полно кустарников, а сквозь них медведю продираться сложно, вот белки и повели опушками.

Сами они не шли, а летели по деревьям друг за другом, как рыжая лента. Перепархивали с ветки на ветку, иногда совсем скрывались, потом возвращались к Василию и Таму.

Мышонок старался не отставать от медведя, но всё заглядывался на осеннюю красоту и замирал.

Поля переливались с холма на холм, то зелёные, то уже серебристые, пустынные.

«Убрали всё, скосили…» – думал Там.

Под ногами чуть шуршали первые сухие листики. Иногда они, кружась, медленно проплывали сверху вниз, отрываясь от берёзовых веток. Там задрал голову: берёзы в вышине круглились жёлтыми кронами, а между ними было небо.

– Ох, какое… – прошептал Там.

Небо было такое прозрачное, такое голубое-преголубое… И никак не верилось, что из него когда-нибудь пойдёт дождь.

– Ну что ты застрял опять?! – запищали белки, нетерпеливо подпрыгивая в ветвях.

– Да иду, иду! – спохватился мышонок.

– А ты на спину ко мне садись, – предложил Василий, – и разглядывай всё, что душе угодно.

Теперь компания двинулась побыстрее. Медведь старался поспевать за белками, ему уже очень хотелось, чтобы его наконец нашли. А Там сидел верхом на Василии и всё глазел по сторонам. «Не всегда же так будет, – думалось ему. – Обязательно поменяется. Уж запомню, про запас».

Деревня, в которую они пришли, была совершенно круглой.

– Как интересно устроено, – заметил Там, – в центре лужайка, а дома по кругу.

– Ну да, ну да, – закивали белки, – потому и называется – Круглово! Круглое, значит. Так мы уже побежим, вы сами, сами дальше, ладно? Справитесь, сможете?

– Ну, наверное… – потупился Василий.

– Милые белки, – сказал Там, – вам огромное спасибо. А мы справимся. Вы уж бегите, у вас ведь дел много?

– Ой, много! Целая куча и целая туча! Куча-туча дел! Куча-туча! Счастливо вам найтись!

Обе белки, тараторя, взлетели на самые верхушки сосен и умчались.

– Хорошие они, – улыбнулся медведь. – Но шумные.

– Ага, – согласился Там.

Медведь и мышонок сидели в лопухах, на краю круглой лужайки и разглядывали деревню.

– Вот даже хорошо, что она такая круглая, – заметил Там, – ты на лужайку выйдешь, тебя сразу из всех домов и увидят.

А медведь Василий послушно вернулся в заросли.