Анастасия Котельникова – Сомнамбула. Глобальная Перезагрузка (страница 8)

– Слушай, Димон, всё, что происходит в системе, остаётся в папке «Архив». Особенно если ты просыпаешься в одной позе с плюшевым медведем.

– Говорю же – это была она. Она говорила как она, смотрела как она…

– …и сняла с тебя боксеры, как твоя фантазия. Ты веришь, что баба, которая тебя послала, внезапно: «Ой, привет, я горячая, бери меня»? И ты повелся…

Я потёр лицо ладонью.

– Да, блин, повелся. А ты бы не повелся, если бы твоя Кристина пришла?

– Заткнись…

– Ну вот и ты заткнись тогда.

– Да, Димончик, по-крупному ты залип на эту девчонку – кивнул он, нажимая на мышку, глядя в монитор.

Я посмотрел на него.

– Ты думаешь, я схожу с ума?

– Не-не.

Ты просто…

Он сделал драматическую паузу.

…стал ходячей метафорой.

Это твой мозг такой: «я в стрессе, дай мне хоть что-нибудь родное».

Вот он тебе и выдал – ВАРЮ.

На блюде. С бонус-сценой.

– Значит, я сам себе устроил весь этот сюжет?

– Конечно.

Либо ты, либо кто-то, кто знает, как устроен твой мозг.

Он снова защёлкал мышкой.

– Подсказка: второй вариант страшнее.

Я сидел молча. Думал. Скреб себя изнутри.

– Слушай, ты же у нас «зеркало, в которое не хочется смотреть», – сказал я. – Ну посмотри на меня. Скажи, что мне делать?

– Ты серьёзно?

– Да.

– Забудь её. Удали.

Из памяти. Из системы. Из истории запросов.

– …и потом?

– Потом?

Он широко ухмыльнулся.

– Потом пойдём и спасём мир, конечно.

И вот я сижу рядом с ним.

Маратик увлечённо рубится в КС: на экране кровь, пыль, выстрелы, всё гремит и мельтешит.

Он поворачивается ко мне, ухмыляется и бросает:

– Лучше возьми мышку и клаву, давай оторвёмся. Я тебя сто лет не видел.

А внутри меня зучала полная тишина.

Я не знаю, что это было.

Но точно знаю – это ещё не конец.

И кажется, кто-то только что сделал хедшот по моей реальности.

Глава 8. Пароль для своих

-ВАРЯ-

Мы с Сашей сидели за столом в полутёмном зале старого театра. «Маска сна» хранила запах пыли, дерева и чего-то старого, забытого. Где-то наверху поскрипывали балки, а тишина казалась густой, как кулиса перед началом представления.

В стороне, опершись на перила, стоял Джо. На нём был терракотовый костюм и коричневая рубашка, непривычное сочетание, которое почему-то шло ему идеально. Короткие каштановые волосы лежали ровно, как будто он и не думал о них, а светло-карие глаза смотрели вдаль, мягкие по цвету, но полные глубины.

Лицо казалось добрым, даже располагающим, но выражение оставалось сдержанным, сосредоточенным. В этом спокойствии ощущалась сила: он будто держал на плечах наш общий хаос. Джо медленно прокручивал в пальцах свою любимую монету, взглядом словно проверяя, кто из нас первый сорвётся.

Влад устроился у стены ближе к выходу, нервно возился со шнурком от толстовки, завязывая и развязывая узлы.

Мы ждали Диму. Когда он наконец появился, шаги его звучали размеренно, уверенно. Он обошёл стол по широкой дуге и опустился в кресло подальше от нас с Сашей, словно заранее выбрал это расстояние.

Я взглянула на Диму – уверенного, собранного, будто он всё ещё играл свою привычную роль человека, у которого всегда всё под контролем. Улыбка, уголки губ чуть приподняты, спина прямая, взгляд твёрдый. Но я слишком хорошо знала: за этой маской всегда скрывался вулкан.

В груди что-то дрогнуло. Сколько времени прошло с нашей последней встречи? Казалось, вечность. И вдруг в этом полумраке, среди тревожных разговоров, мне захотелось подойти ближе. Прижаться к нему, хотя бы на секунду. Словно этим я могла стереть всё то, что лежало между нами.

Но я одёрнула себя. Неправильно. Нельзя.

Я смотрела на него и чувствовала, что он тоже держит себя в руках. В его взгляде было слишком много невыраженного: желание, злость, воспоминания. Он хотел подойти, я знала это так же отчётливо, как знала ритм собственного дыхания. Но взгляд скользнул к Саше. Он сидел рядом, спокоен и отстранён. И этого оказалось достаточно, чтобы Дима сдержался.

Он первым нарушил молчание. Чуть наклонился вперёд, положил локти на стол и усмехнулся, будто разговор был для него развлечением:

– Ну, что нужно от меня? Я весь внимание.

Джо медленно оторвал ладони от подлокотников, посмотрел на него в упор и ответил:

– Скажем так… – его голос прозвучал твёрдо, почти деловито. – Это тот случай, когда даже ты захочешь узнать, что происходит. И это не одноразовый сбой.

Дима вскинул брови, но промолчал. В зале повисла тишина, и только где-то наверху, на пустых балконах, скрипела пыльная лепнина, будто сама «Маска сна» вслушивалась в их диалог.

Я кивнула, но внутри всё ещё звенело от невысказанного.

Он усмехнулся, откинулся на спинку кресла, будто это был не разговор, а допрос.

– Я не знаю, нужно ли мне всё это снова. Я больше не часть вашей команды, Джо. У меня теперь своя реальность… вместо спектакля.

Влад хмыкнул, всё так же глядя на шнурок в руках:

– В реальности ты как раз и сбежал.

Джо бросил на него хмурый взгляд и слегка щёлкнул монетой:

– Заткнись, Влад.

Я не сдержалась:

– Но ты всё ещё эмпат, и ты нужен нам.