Анастасия Король – Путь к искуплению (страница 73)

Он поднял руку, и в ней появилась коса, блеснувшая черной сталью.

– С чего ты решил, что она твоя? – поднялся с места демон, подобный слизняку.

Крысоголовый блеснул глазами и бросил косу. Она, прокрутившись, долетела до того и срубила ему голову.

Света заголосила, прикрывая лицо руками. Нина бросилась вперед и схватила ее за предплечье, поднимая:

– Уходим!

Демоны повскакивали со своих мест. Самуил медленно выпрямился вместе с остальными. Крысоголовый схватил вернувшуюся косу за рукоять и, вцепившись зенками в Нину, вновь прокрутил косу и пустил в ее сторону.

Бах! – коса столкнулась с мечом Самуила. Столкновение стали и черной тьмы меча было подобно взрыву. Всполохи тьмы и энергии разбросало столики и демонов.

Девушки закричали.

Тут откуда ни возьмись вновь появилась алая крупная снежинка. Она в панике начала летать возле Нины, как надоедливый жук, и ткнулась в рукоять меча, словно напоминая ей о нем.

А ведь она и правда забыла о нем.

И в этот момент меч выскочил из ножен. Меч был ее продолжением – третьей рукой. Он просвистел над головами демонов и пронзил крысоголового прямо там, где у него когда-то было сердце. Демон изумленно уставился на свою грудь, покачнулся и вмиг рассыпался, словно все это время состоял из черного песка.

Другой демон кинулся к Нине, и тут она услышала отчетливый голос: «Нина, обернись!»

Меч развернулся, просвистел над головой и пронзил демона, намеревавшегося атаковать ее со спины. Не успели остальные демоны опомниться, как Самуил, подобно алой смерти, появился перед ней. Его одежды горели огнем, глаза изливали лаву, а демонический меч полыхал чернотой. Искры его подавляющей энергии ни у кого не оставили сомнений: перед демонами предстал сам бывший десница Ада, а ныне предатель…

– Самуил! – со страхом и благоговением произнес кто-то из демонов его имя, и они в панике хлынули из Дома удовольствия.

Но Самуил был быстрее. Он пронзил демонов одного за другим.

Демонический меч, как верный пес, вернулся к Нине и замер подле ее. Его черное нутро расползалось дымкой и растворялось. Он был похож на демонический меч, но все же отличался: лезвие Самуила было живым черным огнем, тогда как меч Тьмы быль соткан из черного тумана.

Нина протянула руку и обхватила его рукоять. Меч пульсировал. Прикрыв глаза, она ощущала его нутро, переполненное энергией.

Часть Нины.

Часть Тьмы.

Ее часть.

И здесь, в Аду, где человеческое тело не могло умереть, его энергия взбаламутила и подогрела кровь – она чувствовала, как энергия переполняла ее. Меч, подчиняясь ее желанию, нырнул в ножны, но он до сих пор был готов выскочить при малейшей опасности.

Она открыла глаза и повернулась к Свете. Та вместе с другими девушками в ужасе забилась в угол, а люди в клетке схватились за прутья и не сводили с нее глаз.

– Вы берегиня?

– Ты пришла спасти нас?

Нина оглянулась: взгляды, полные надежды, были устремлены к ней. Что бы она ни делала, она не сможет вернуть их в человеческий мир, но иногда надежда лучше правды.

– Я пришла, чтобы убить Владыку Ада, – произнесла она.

– Это правда, что демоны захватили человеческий мир, уничтожили все храмы и глав государств?

– Правда.

– Демоны говорили, что Владыка Ада объявила экзорцистов вне закона и в ближайшее время их всех перебьют.

– Это тоже правда.

Самуил подошел к ней со спины.

– Просил же вас не снимать пальто и не привлекать внимания, – послышался его недовольный голос.

– По-твоему, я должна была смотреть, как он ее разорвет на моих глазах и поглотит душу? Или думаешь, я не поняла, откуда здесь так много крови и кишки над головой?

Приставучая снежинка вновь замельтешила перед глазами. Казалось, она стала еще крупнее, чем была. Нина отмахнулась от нее в который раз, но вдруг Самуил поднял руку и, схватив ее двумя пальцами – снежинка забилась, пытаясь вырваться из его пальцев – и притянул ее к лицу.

Нина нахмурилась:

– Что случилось?

– Эта снежинка не просто так крутится вокруг вас.

– Что ты хочешь сказать?

Самуил отпустил ее, и, освободившись, алая снежинка опять полетела к ней и испуганно приземлилась на волосы, словно ища защиту. Нина поймала ее и, опустив руки, раскрыла ладони. Пульсирующая снежинка смиренно сидела в ее руках.

– Она ничего нам не сделает?

Самуил покачал головой:

– Это всего лишь маленький дух.

– Знаешь, когда демоны начали нападать, я услышала свое имя. – Нина присмотрелась к снежинке в ладонях, и сердце предательски сжалось. – Могла ли она произнести его?

Самуил тоже опустил свой взгляд. Снежинка, перебирая своими лучами, переползла с ладоней на запястье Нины и, подпрыгнув, схватилась за ее волосы.

– Она явно привязана к вам, словно знала вас при жизни.

Горло словно сковал железный обруч.

«Не может этого быть», – забилась отчаянная мысль. Нина схватила ее, поднесла ее к лицу и выдохнула:

– Азамат?

Снежинка на миг замерла и радостно запрыгала на ее ладони.

С ресниц сорвалась слеза и, покатившись вниз, потерялась в расщелине губ. Соленый привкус собственных слез раскрыл пучину ее души: Азамат не был плохим человеком, но он стал демоном! Демоном…

Самуил сделал шаг и, коснувшись ее щеки, стер слезу большим пальцем. Нина с трудом отвела взгляд от снежинки и, подняв взгляд, посмотрела в его прекрасное лицо и с горечью произнесла:

– Еще один человек стал из-за меня демоном…

Снежинка подпрыгнула и, забравшись по ее волосам, уселась на макушку.

– Не плачь. – Сиплый голос и нежные руки окутали ее.

Нина уткнулась в его грудь, зарываясь в его рубашку.

Ее жизнь не прошла, а пробежала в вечных ошибках и сожалениях. Она пыталась поступать правильно, но это не часто получалось… Азамат стал демоном? Он подписал договор с одним из них, уничтожил Священную яблоню. Его горе и вина были настолько сильными, что его душа после смерти не смогла обрести покой! О, Господи, почему ты так жесток?

Руки Самуила сжали ее сильнее.

– Как ему помочь? – подняла она лицо.

Алые глаза чуть прищурились, улыбка слегка коснулась губ. Он провел пальцами по ее волосам – снежинка вновь подпрыгнула и закружилась вокруг них – и подцепил одну из прядей.

– Дайте ему смысл существования, тогда его демоническая жизнь скрасится.

Нина долго всматривалась в лицо Самуила, словно пытаясь разглядеть хоть толику разочарования или сомнения. Но его взгляд был нежен как никогда. Нина моргнула, смахивая остатки слез.

– Что вы намерены делать? – вышла вперед Света, и они повернули головы. – Мы можем как-то помочь?

Но Нина не успела ответить.

– Можете, – произнес Самуил. – Освободите как можно больше людей.

– И что мы должны будем делать?