Анастасия Король – Путь к искуплению (страница 71)

У подножия статуй стояли два уродливых толстых демона. Они были настолько безобразно фиолетовы, покрыты бугристой кожей, похожей на сотни волдырей, заполненных жидкостью, что к горлу Нины подкатила тошнота. Фифа заурчала и начала тереться о ее ноги, требуя ласки.

– Ты же с ними справишься? – погладила она ее по голове и посмотрела на красивое лицо Самуила, лишь бы не видеть устрашающих демонов.

– Если мы их убьем, то Вивьен узнает, что мы уже здесь.

– И что ты предлагаешь?

Самуил повел плечами:

– Доверься мне.

Его одежды начали меняться: на голове выросла шляпа, алый цвет потемнел до черноты, а на красивом лице появились уродливые бородавки.

– Теперь с вами.

Он снял с себя почерневшее пальто и накинул ей на плечи; наклонившись, он зачерпнул то ли пепла, то ли угля, покрывающего скалы плотным слоем, и нежно провел по ее лицу рукой и взъерошил ей волосы.

– Спрячь кошку под мое пальто, оно должно скрыть аромат ваших душ.

Нина кивнула и, наклонившись, подняла Фифу на руки. Кошка довольно мяукнула.

Так необычно было следовать указам Самуила. Здесь, в Аду, где она ничего не знала, он стал ее проводником. Долгое время он был вторым демоном в Царстве Тьмы, и это ощущалось: он словно стал сильнее; самоуверенности в нем было всегда предостаточно, но здесь она только укрепилась.

Это его владения. А Нина здесь лишь гость. И она доверилась ему, как делала это последний год.

– Следуй за мной и не поднимай глаз, смотри себе под ноги, – шепнул он, и они вышли из-за скал.

Спокойствие Самуила передалось ей, и они подошли к вратам. Чудища смерили их острыми как лезвие взглядами восьми глаз и открыли свои рты; как они могли говорить с такими огромными бивнями, оставалось загадкой:

– Кто вы? Назовитесь.

– Я – Геордер.

– А этот? – подал голос второй.

Нина не удержалась и чуть приподняла лицо, чтобы увидеть монстров.

– Он мой слуга.

Они оценивающе вперили в них паучьи глаза. Нина торопливо опустила голову и посмотрела на свои кроссовки, выглядывающие из-под длинного пальто Самуила, и чуть шевельнула плечами, чтобы скрыть их. Монстры, по-видимому, не придумав причин для отказа, разошлись, и огромные врата до кровавых небес щелкнули и неторопливо открылись.

Она изумленно подняла голову – жар ударил в лицо, – но рука Самуила бескомпромиссно легла на ее затылок и надавила. Она послушно опустила голову и посеменила за ним, прижимая к себе Фифу. Отойдя от врат на приличное расстояние, Нина наконец осмотрелась. Фифа покрутилась на руках, спрыгнула на землю и пошла за ними своими лапами.

Каменные улицы были заполнены шикарными разноперыми особняками. Под багряным небом они казались красноватыми. Дворцы в готическом стиле стояли в ряд, зажатые меж других эпох: в соседних домах угадывалась древнегреческая архитектура, в некоторых читались элементы Древнего Египта.

– Ого, – присвистнула Нина. – Ад я представляла по-другому.

Но здания объединяло одно: темный цвет стен, словно все они были покрыты одной и той же темной краской.

Самуил схватил ее за предплечье и дернул в сторону. За спиной, стуча колесами по брусчатке, проехала телега-клетка, запряженная огромными борзыми; из их глаз изливалось пламя. Внутри клетки сидели испуганные люди. Современная одежда, обреченные взгляды, мужчины, женщины, дети…

Нина проводила их взглядом и схватила идущего чуть впереди Самуила за рукав, заставляя его наклониться, и прошептала:

– Кто это? Души людей?

Самуил поднял лицо, провожая колесницу взглядом:

– Это еще живые люди.

– Живые? Как те девушки, которые пропадали после рок-концертов?

Самуил внимательно посмотрел на нее и, придвинувшись ближе, тихо произнес:

– Да. Не все демоны горят желанием отправляться в мир живых. Для таких и открыли рынки, где можно купить людей.

Его слова жгучими дротиками вонзились в ее сердце, и оно заныло. Она обернулась и в этот раз различила по периметру фасадов зданий сотни клеток. Внутри всех сидели люди. Хмурые, перепуганные, они исподлобья смотрели на прохожих. Многие из них были похожи на скелет, обтянутый кожей.

– Вы заинтересовались товаром? – подошел к ним демон с высохшим лицом, от этого он казался живой мумией. Его впалые глаза болтались в полупустых глазницах и проворачивались на триста шестьдесят градусов. Вид этого поражал и отторгал одновременно.

– Нет, – отрезал Самуил и, положив свою руку Нине на плечо, направился дальше по улице.

Как только они отошли на приличное расстояние, она не удержалась и, обернувшись, посмотрела на бедолаг.

– Им можно как-то помочь?

– Их уже не спасти, – тихо озвучил их приговор он.

– Но как же? – задохнулась она. Даже ее черствое сердце обливалось кровью при виде сотен людей в клетках.

– Ничто, ни Проводники, ни сила экзорцистов, не смогло вытащить отсюда ни одного живого человека.

Они ступили на брусчатку моста. Демоны, похожие на зубастых тварей, прошли мимо, не обращая на них никакого внимания, – они были очередными демонами в Демоническом городе.

Нина обняла себя и посмотрела на Фифу, которая крутилась у ног. От обреченности их судеб стало зябко. Она посмотрела вниз за перила моста и обомлела: бурлящая кроваво-красная река была полна душ; лица, объятые страданиями, застыли в безмолвном крике, а окровавленные руки тянулись к ним; удушающе-зловонный аромат ударил в нос.

Отпрянув от перил, она врезалась спиной в Самуила и закрыла нос и рот ладонью. Он поймал ее за плечи.

– Прости, – шепнула она и развернулась.

Он поправил пальто на ней, и они пошли дальше. Меч в ножнах бил по ягодице, а сумку оттягивал тяжелый стеклянный шар с силой Тьмы.

Нина нервно глянула на Самуила – он выглядел, как всегда, самоуверенным и всезнающим, в своей стихии, и это придавало сил.

Тут над головой прогремел гром. Алая капля, пролетев через все небо, упала на щеку Нины. Она вздрогнула и, стерев ее, уставилась на окровавленную ладонь.

– Кровавый дождь?

Вспыхнула алая молния, и в секундном промедлении гром сотряс пространство Преисподней.

– Здесь только такой и льет, – пояснил Самуил.

Кап.

Кап-кап.

Мелкая кровавая морось посыпалась с неба. Нина посмотрела вверх на бордовое небо, полное алых туч, и прищурилась от мелких теплых капель, осыпавших лицо и волосы. Аромат железа ударил в нос. Все здесь было как в кошмаре… Только это все была явь. Крупные капли начали падать с неба на брусчатку, наполняя расщелины.

– Зайдем в Дом удовольствия.

Нина стерла с губ кровь и посмотрела на Самуила, указывающего на здание:

– Дом чего?

– Удовольствия, – терпеливо повторил он.

Вновь вспыхнула молния, ослепляя.

Полы пальто от торопливых шагов Нины раскрывались и цеплялись за брусчатку. Они остановились у очередного темного здания. Шум дождя наполнял улицу. Она обернулась и увидела, как стена из красного дождя бежала к ним, угрожающе шипя сотнями змей. Она запрыгнула на ступень крыльца под крышей, и алый занавес отрезал их от остальной улицы. Нина изумленно уставилась на дождь. Протянув руку, она погрузила ее в плотные алые струи, через которые ничего не было видно.

– Теплая.

Самуил взялся за круглый дверной молоток в виде черепа и ударил несколько раз. Фасад здания был «украшен» черепами и костями людей. Глазницы светились, словно фонари. Нина поежилась и схватилась за ворот пальто Самуила, прикрывая им лицо. Фифа подняла лапу и начала вылизывать ее. От брезгливости Нина поморщилась.

Дверь открылась – и кошка проскользнула внутрь между ногами выходящего демона. На котов здесь, по-видимому, не обращали внимания. Как Самуил и сказал: они входили куда хотели и выходили, когда им заблагорассудится.

– Назовитесь, – произнес грозного вида демон с крысиной мордой.

Самуил протянул руку и вложил в когтистую ладонь демона алый камень.