Анастасия Король – Путь к искуплению (страница 51)

Крыши домов все удалялись, сменяясь бескрайними лесами и степями. Мелкий снег бил в бок.

«Унеси меня так далеко, чтобы меня никто не нашел: ни Вивьен, ни гвардейцы, ни журналисты», – молила Нина.

Глава 17

Нежность демона

Самуил продолжал отталкиваться от земли и лететь все дальше и дальше. На край света? Пусть. Нина хотела убежать, скрыться от всех проблем.

Стемнело. Он замедлился. Легкий ветер раздул мантию. Мелкий снег кружился вокруг, подсвеченный сиянием. Зависнув над городом, полным золотых огней, он опустил взгляд на Нину. Она шевельнулась и подняла на него глаза:

– Где мы?

– А это важно? – Низкий тембр его голоса разлил по коже мурашки.

Они начали медленно спускаться. Словно перышко его нога ступила на крышу одного из зданий.

Реклама на баннерах била по глазам. Они точно уже были не на Святой земле. Какие страны рядом? Латвия, Литва? Или он унес ее еще дальше?

Если она просто исчезнет, ее будут искать? Каковы шансы, что ее оставят в покое? И сможет ли она жить спокойно, когда мир погряз в борьбе человечества с демонами, а берегиня была в самом центре этого сражения?

Судьба все же кровожадная тварь…

Самуил так и стоял, не двигаясь, готовый держать ее на руках хоть вечность. Его идеальный профиль подсвечивался фонарями ночного города. Полные звезд глаза смотрели на нее.

Нина выдохнула – пар затмил взор. Она подняла руку и провела замерзшими пальцами по его щеке. Он чуть повернул голову и коснулся губами ее ладони – Нина вздрогнула.

Печальная улыбка ему невероятно шла; он молчал, не сводя с нее глаз. Снежинки запутались в его ресницах и волосах.

Красив до безумия.

Нежен до безобразия.

Высший демон, десница Владыки Тьмы, генерал армии демонов; его имя называли со страхом тысячелетиями.

Но вот он перед ней.

Не было нужды в словах. Нина не должна была ничего объяснять, не надо было оправдываться. Молчание было их разговором.

Самуилу было все равно на ее поступки и решения. Ее счастье было для него главным.

Уже давно и безвозвратно она его любила. Даже если это погубит ее, даже если она пожалеет, врата ее сердца уже распахнулись. Она жила как натянутый нерв всю жизнь, но только рядом с ним становилась настоящей.

Губы Нины приоткрылись в приглашении. Взгляд Самуила опустился на них и потемнел.

– Поцел… – Она не договорила, ведь губы их соприкоснулись.

Прохладный, такой желанный поцелуй отбросил все плохие мысли. Нина прикрыла глаза и почувствовала, как по коже ударил поток воздуха – Самуил вновь подпрыгнул.

Бездонное небо поглотило их и закружило. Крупные хлопья снега посыпались с неба, словно пытаясь скрыть их ото всех.

Губы Самуила ласкали ее губы, а руки крепко сжимали, и не было безопасней места в мире, чем его объятия. Белоснежный снег покрыл все своим покрывалом и тишиной, которая бывает только в снегопад.

Они приземлились на балкон одного из зданий. Краем сознания Нина уловила, что это был отель, вывеска которого горела золотыми буквами. Легко Самуил сломал ручку балконной двери, и они оказались в пустом номере.

Замерзшие пальцы плохо слушались: она с трудом расстегнула застежки мантии – и она упала к ее ногам.

Под мерцающим взглядом Самуила Нина медленно расстегнула камзол. Прохладная рука забралась ей под блузу, вызывая волну желания. Шумный полувздох-полустон вырвался из горла. Губы Самуила приглушили его и, скользя ниже, продолжали покрывать ее шею, грудь поцелуями.

Самуил был демоном. Мог ли он испытывать желание? Она не думала об этом.

Руки Нины расстегнули его рубашку. Пиджак слетел с его широких плеч и растворился в темноте, так и не долетев до пола. Самуил приподнял Нину, не разрывая поцелуй, – она ухватилась за него ногами.

Кто они?

Где они?

Что будет с ними?

Им было все равно.

– Идиотка! За что нам такая берегиня? – прорычал канцлер.

Михаил спокойно зашел за гневным канцлером следом и прикрыл за собой дверь его кабинета. Из пустых оконных проемов сквозило холодом.

Канцлер без сил рухнул в кресло и повернулся к единственному уцелевшему витражу.

Михаил остановился у его стола:

– Что ответили по выделению дополнительной охраны для храмов?

– Большинство стран согласились. Они постараются выделить полицейских, – не оборачиваясь, ответил канцлер.

Михаил кивнул и тоже посмотрел на витраж:

– Я предупреждал, что на Нину нельзя давить.

Канцлер Феофан прикрыл лицо рукой и простонал:

– Откуда тот журналист знал про договор с демоном и про то, что берегини – ключ от врат?

– Он сказал, что утром ему пришло письмо с этой информацией. Мы сейчас пытаемся найти след. Но ничего непоправимого не произошло. То, что Нина четко обозначила, что не собирается никого исцелять, неплохо.

– Ты прав, – поднял канцлер голову. – Это ее личное решение, а не Святой земли, но все же она отбросила тень на нашу репутацию, ведь Эль-Гаар и берегини неотделимы.

– Шум стихнет. Берегиня жива. Она сражается с демонами на нашей стороне. Но мы должны как можно быстрее избавиться от Самуила.

Канцлер мотнул головой и, прокрутившись на кресле, повернулся к Михаилу. Скрестив пальцы, он внимательно посмотрел на него:

– Ты продумал план действий?

В дверь постучали. Михаил обернулся, канцлер перевел взгляд на дверь, в проеме которой показался Азамат:

– Канцлер, главэкзорц, вы меня вызывали?

– Проходи, – произнес Михаил и указал на стул.

В проеме двери также показалась Мария, но она не зашла в кабинет, а зло уставилась на Зорьку, который ждал Михаила. Мария, не тая неприязни, буквально плюнула ему в лицо, когда его помиловали.

Михаил краем уха уловил, как она бросила:

– Ты должен гнить в тюрьме, а не стоять здесь. – Дверь закрылась, и он не услышал, что ответил Зорька.

Михаил, с одной стороны, понимал Марию, но в то же время знал, что все имеют право на второй шанс. Даже Зорька.

Азамат, не скрывая нервозности, сел на указанный стул.

– То, что ты вытворил на площади Очищения, – непозволительно. – Голос Михаила был сосредоточен. – Тебя ждет выговор и штраф. Но пока отложим все… Нам нужна твоя помощь. Мы хотим избавиться от демона, с которым Нина подписала договор.

Раскосые глаза Азамата чуть расширились.

– Разве это возможно? Он же сам десница Самуил.

– Возможно. Один раз его удалось сковать, мы сможем сделать это снова, но ты должен будешь взять на себя Нину.

Он явно был удивлен таким предложением, но сжал кулаки и кивнул.

Вдалеке послышались три удара сигнального колокола:

Доооон… Доооооон… Дооооон…