Анастасия Князева – Легенда о Тёмной Принцессе (страница 47)

Я поняла, что молчание затянулось. Дмитрий с грустью изучал моё лицо. Он протянул ко мне руку, как тогда, в камере, но я внезапно отступила назад, уходя глубже за щит.

— Спасибо, что зашёл. Но надо продолжать бойкот.

Я закрыла дверь прямо перед ним. Сделала два шага в сторону кровати и рухнула на пол, потеряв сознание.

Перед моим лицом проявлялся образ. Я не могла сфокусироваться до конца на картинке, но спустя время она всё же стала чёткой. Я сидела в небольшом тёмном кабинете. Чёрный строгий цвет мебели на удивление успокаивал. Здесь не было ничего яркого, ни в кожаном кресле к которому я была привязана ремнями, ни в комнатных цветах тускнеющих на фоне серых стен, ни в жалюзи, которые затемняли яркий утренний свет. Яркими здесь были только его глаза.

Я внезапно осознала, что вновь попала во власть видений. Мои руки были скованы, я сидела с воинственным видом, а напротив, с улыбкой, меня изучал он. Он смахнул тёмные волосы с лица, открывая стальные, серые глаза.

— Ну же, давайте знакомиться, — с добродушной улыбкой сказал он, — Поймите, из моего кабинета уходят либо на перевоспитание, либо почти свободным человеком. Я вижу, что вы разумный человек, так давайте же поговорим?

— Мне не о чем с вами разговаривать. Родители всё же смогли запихнуть меня в эту чёртову лечебницу. Но я вам не подопытный кролик! — я огрызалась, изо всех сил изображая из себя затравленного подростка.

Он встал со своего кресла, обошёл стол и присел на него, так, чтобы быть поближе ко мне. Но теперь он смотрел на меня сверху вниз. Это был такой психологический ход?

— Клиника? Ами, вы вовсе не в клинике. Я бы давно вам это объяснил, если бы вы захотели слушать.

Я саркастически усмехнулась, взглянув на него исподлобья:

— Что ж, валяйте, я слушаю.

Он устало закатил глаза:

— Я работал и с более проблемными подростками, но в ваших же интересах, работать со мной, а не с моими коллегами. Меня зовут Род де Левир. Если точнее, граф Род де Левир. Но вам я позволю звать меня просто Род, если будете послушной.

Что-то в его словах заставило мурашки пробежать по моей спине. От страха? Нет, скорее от волнения. Моя безупречная игра немного запнулась, я поняла что…нахожу его привлекательным?

— Граф? Это так… старомодно.

Он улыбнулся:

— Что поделаешь. К тому же, я горжусь своим происхождением.

— Хорошо, я слушаю вас.

Он довольно кивнул, поняв, что нашёл наконец-таки контакт со мной:

— Мы вовсе не знаем ничего о…можно я буду обращаться на ты? При нашей разнице в возрасте, мне кажется это вполне допустимым.

Я кивнула.

— Отлично. Мы вовсе ничего не знаем, о твоих родителях, Ами. Мы, академия, которая обучает таких детей, как ты. Очень жаль, что ты попала к нам так поздно. Анализы показали, что твои способности очень-очень слабые, но думаю, мы сможем их развить. Мы помогаем, обрести контроль над силой, которая у тебя есть. В мире для тебя слишком опасно. Ты должна научиться управлять своей силой. Здесь мы дадим тебе дом, еду, образование. Отсюда ты выйдешь человеком с перспективами и возможностями. Но мы не сможем тебя отпустить, пока ты не пройдёшь обучение. Это риск и для тебя, и для людей вроде тебя, быть раскрытыми. Мы не хотим, чтобы ты попала в плохие руки.

Больше всего на свете мне хотелось сказать, да, конечно, я со всем согласна и приступить к заданию. Но прикрытие обязывало меня вести себя иначе:

— Как сладко всё звучит в ваших устах, граф, только вот сейчас я сижу напротив вас, молодая, беззащитная девушка, привязанной ко стулу. Меня похитили с улицы, ничего не сказав, затолкали в автомобиль. И теперь ещё говорят, что пока я не обучусь всему, меня отсюда не выпустят, словно из колонии, где я должна отбыть наказание за то, какой я родилась.

Он устало прикрыл глаза. Повисло молчание. Потом он продолжил:

— Скажи, ну зачем ты сейчас споришь? Я же вижу в твоих глазах любопытство. Тебе разве не хочется научиться своему дару? Не хочется перестать жить на улице, найти друзей? Поверь, я могу вести эту полемику часами и вёл её с другими. Но я вижу по тебе, что ты хочешь остаться здесь, а не на улице. Но споришь из-за какого-то внутреннего упрямства. Не лучше ли уже принять всё, как есть, а если тебя не устроит, то прийти, заявить мне об этом и мы отправим тебя в закрытую комнату, на перевоспитание, где будем ломать тебя, пока от тебя, как личности, ничего не останется.

У меня перехватило дыхание. Он говорил легко и уверенно, как о чём-то обыденном. Он угрожал мне. А потом с усмешкой добавил:

— Или же ты даже сможешь исследовать всё это место и попытаться сбежать. Так у тебя будет по крайней мере больше шансов.

Я недовольно поджала губы, показывая, что у меня не было других аргументов, но мне якобы отчаянно сильно не хотелось сдаваться. Он понял это, подошёл и стал расстёгивать один из затянутых ремешков. Его пальцы коснулись моего запястья и меня обожгло от этого прикосновения. Во многом это было вызвано тем, что меня ранее никто из мужчин не касался, кроме отца и брата…Брата? Эта мысль была настолько пронизывающей, что моё настоящее сознание очнулось, вырвав меня из видения. Я медленно встала с ковра, прикладывая холодную руку к голове. У меня был брат?

Искра.

Глава XXIV

Я пыталась ухватиться за эту мысль, пыталась вернуться обратно в видение, покопаться в своей старой памяти, но всё тщетно. Ничего, пусто. Как будто бы только что и не было никакого видения. Как же это может быть и почему мне никто не сказал? Хотя, если я была убита, то возможно и он тоже. Никто попросту не захотел травмировать меня. Но я не могла даже вспомнить его лица и это отчаянно бесило. Будто бы пытаешься вспомнить, что тебе снилось ночью и ничего не выходит.

Я не стала говорить о своих видениях Максу. Он мог знать правду, но я почему-то не хотела, чтобы вообще кто-то знал о том, что память возвращается ко мне. Не хотела, чтобы кто-то пытался на это повлиять.

Но более того. Теперь я знала настоящее имя Джо, поскольку это был он. Род де Левир. В моём видении. Похоже, что именно так мы столкнулись с ним впервые. В академии. Я обманывала его, выдавая себя за другого человека. Что ж, кажется теперь мы квиты. Выходит, что и тогда, и сейчас, его целью было уговорить меня присоединиться к академии. Могу ли я доверять ему в таком случае? Возможно всё время он обманывал меня лишь с этой целью?

“Но я не буду этого делать. Но чёрт побери, Ками, только попробуй это забыть и забыть то, что я сейчас делаю для тебя” — эхом раздалось в моей голове. Это могла быть очень ловкая игра. Но зачем так усложнять, если можно было просто сделать всё тогда? Я понимала, что где-то в глубине души верила ему.

Мысли о нём стали опять сводить меня с ума. Как будто бы теперь ко всему этому примешивалось что-то, из моего прошлого. Когда он коснулся моего запястья…

Я замотала головой пытаясь избавиться от этих мыслей. Всё своё свободное время я тратила на наблюдение за стоянкой. Третий этаж, мало что можно было увидеть, но некоторые из паркующихся вызывали настоящий интерес.

В дверь постучали. Я вздрогнула, настолько неожиданным это было, отошла от подоконника и двинулась к двери. В этот момент мои ноги подкосились. Я успела негромко выругаться и вновь упала на ковёр без сознания.

В моём видении ничего не было. Я находилась в абсолютной пустоте. После послышались голоса.

— Вы не смеете обрекать её на подобное!

— Дмитрий, она уже мертва. Так, мы вернём её к жизни. Она прекрасно подойдёт на эту роль.

— Да, но она больше никогда не сможет обрести покой! Тело умрёт, а душа так и зависнет в этом мире навсегда!

— Дмитрий, измени свой тон, я тебя не узнаю…

— Я могу сделать для вас эту работу, только оставьте её в покое!

— Мы не вмешиваемся и ты прекрасно знаешь об этом! Если ты хочешь стать одним из нас, то должен следовать этим законам!

— Может быть больше не хочу.

— Это всё эта девчонка! Тебе говорили держаться подальше от простых смертных! Подобное поведение с твоей стороны попросту не простительно! Ты будешь наказан и изгнан, до тех пор, пока не осознаешь всю тяжесть своей вины!

Меня ослепил яркий свет и я закричала. Всё прекратилось.

Резко я оказалась в лесу. Судя по всему было лето, жара стояла невыносимая, повсюду было множество зелени, пели птицы. Недалеко от меня журчал небольшой ручей, я нагнулась к нему и умыла своё лицо. На мне вновь было длинное, струящееся белое платье, но уже другого покроя. Сзади раздались шаги. Я обернулась.

— Дмитрий, как я рада тебя видеть! — я кажется не обращала внимание на то, как мрачен он был, а кинулась к нему в объятия. Он прижал меня к себе, медленно гладя по волосам. Я продолжила, как ни в чём ни бывало, — Как хорошо, что ты здесь. Я совершенно растеряна и сбита с толку, я надеялась, хотя бы ты мне поможешь. Они не сказали, что мне делать, говоря, что я сама должна делать выбор и они не могут вмешиваться. Но я совершенно потеряна, я не знаю куда мне идти, кого искать, я знаю всё об этой организации, но даже не знаю как именно я должна с ними справиться.

Я напоминала ребёнка, заточённого в тело юной девушки. Я светилась от надежды, будучи полностью уверенной, что Дмитрий мне поможет.

— Камелия, тебе вовсе не нужно ничего делать.

— Что? О чём это ты таком говоришь? — я отошла от него, вырываясь из его рук. Я чувствовала, что мне давалось это с трудом, в его объятиях я чувствовала себя защищённой, умиротворённой.