Анастасия Князева – Легенда о Тёмной Принцессе (страница 49)
Я рискнула спросить у него, во время спарринга об этом.
— Просто эти эмоции, другие. Есть эмоции человека. А есть эмоции Тёмной Принцессы. Я не рискну ими питаться, результат может быть непредсказуемым. Они могут дать очень много силы, почти опьяняющей, а могут наоборот поглотить меня самого. Вся твоя аура сейчас во тьме. Очень очаровательно, но как нельзя поглощать полностью светлую ауру, так и с тёмной. Она слишком индивидуальна, любой другой может не справиться с ней, это большой риск. Твоя сила была дана тебе извне и она пытается даже тебя поглотить порой. Но каким-то удивительным образом, этого не происходит. Ты ей этого не даёшь или она сама этого не хочет? Старейшины были правы в одном, эта сила прекрасно подходит тебе, возможно ни один другой человек на земле не смог бы с ней совладать.
Я прекратила спарринг, опустила руки и голову. Мои плечи поникли.
— Я не могу развеять эту тьму. Я боюсь, она поглотит меня.
— Корявая, неужели ты собралась ныть? Прямо тут, при мне? Да ты никак страх потеряла, даже руки опустила, подставляясь под удар.
Я поняла, что глубоко внутри себя улыбаюсь. Мои слова заставили вернуться прежнего Виктора. Возможно потому что я открылась перед ним, показала слабину. Значит не всё потеряно и возвращение памяти, вовсе не значит изменений во всём. Что-то останется прежним.
Тренировки проходили вяло, поскольку нам не хватало для них места, а покидать квартиру было запрещено. Виктор говорил, что любая новая облава может стать последней, особенно теперь, когда я вновь отказалась общаться с Дмитрием.
Мои видения учащались, но все они были больше бессвязными картинками или же воспоминаниями о людях, которых я не знала. Ничего примечательного. Но головная боль с каждым днём усиливалась, не давая покоя. Я стала чаще закрываться в комнате и вновь ставить щит, чтобы меня никто не беспокоил, если новое видение наступит неожиданно. В один из дней, я проснулась от такой звенящей боли, что желудок скрутила тошнота. Я вскочила из постели, рывком открыла дверь и почти падая, дошла до туалета. Меня вывернуло наизнанку, но в этот момент спазматическая боль чуть спала. Я почувствовала, что кто-то взял мою огромную копну рыжих волос и стал поднимать их, убирать от лица. Это была Эви. Она ласково гладила меня по голове:
— Что-то не то съела?
Я отрицательно покачала головой и содержимое моего желудка вновь попросилось наружу. Когда меня отпустило, я ответила:
— Это головная боль. Мигрень.
Минут через десять мне стало легче. Тогда я стала умываться, а Эви принесла мне таблетку. Полуживая я вернулась в комнату, закрыла дверь, поставила щит и уснула крепким сном. Меня вновь затянуло в видения.
Воспоминания. Часть I
Когда картинка стала более чёткой, я поняла, что я вновь нахожусь в академии. На мне были всё те же простые хлопковые рубашка и штаны, и если бы мы не шли по тропинке утопающей в тени, то я бы умерла от жары. Но не это волновало меня сейчас. Я шла следом за графом и угрюмо рассматривала его спину. Мне нравилось каждое его движение: такая была в них сила и уверенность. Он выглядел опасным. Должно быть, он хорошо умел драться. Но я знала, что и сама была не промах, особенно с мечом в руках. Но вот в рукопашной битве мне было его не одолеть, я была в этом уверена. Территория академии была огромной. Пройдя мимо фонтана, мы свернули правее, уходя под огромные ивы. Ветки деревьев были выстрижены таким образом, что ограждали аллею лёгкой вуалью.
— Слева учебные корпуса. Никого нет во дворе, поскольку все сейчас на занятиях. Мы идём к жилому комплексу. Здесь множество корпусов, все они распределены по уровням. Ближе к центру, корпуса самых сильных учеников. Ближе к лесу, самых слабых.
— Отстойники, — угрюмо буркнула я. Мне приходилось играть подростка, что давалось мне с трудом, но я была уверена, что справляюсь, — Вы отправляете таких как я на отшиб.
Он даже не обернулся, хотя мне очень хотелось этого:
— Для того чтобы у таких как ты было больше стимула развивать свои силы и менять образ жизни. Всё как в реальном мире.
Я скрестила руки на груди. Раньше я бы никогда не показала своих эмоций так явно, но не тут. Я была сиротой, диким волчёнком, который ничего не знал о правилах приличия. Сдержанность, не мой конёк. Это заставило меня горько усмехнуться. Моя мама вечно повторяла мне, что у меня не бывает полутонов. Я либо скрытна и холодна, либо крушу всё как ураган. Она часто повторяла, что с таким характером мне никогда не найти мужа. Всё это звучало глупо, я ведь знала, что мужа мне нашли, когда я была ещё совсем ребёнком и вряд ли кто-то стал бы смотреть на мой темперамент.
Дома отличались не только месторасположением. Дома для сильнейших учеников походили на роскошные особняки. Постепенно они становились менее и менее приметными, пока мы не дошли до небольших, трёхэтажных домиков, выкрашеных в светло-салатовый цвет. Стоило отдать должное, пусть здесь не было такого же лоска, но дома выглядели опрятными и уютными. Никто не собирался ущемлять тех, чьи способности оказались слабее.
Я проследовала за ним на третий этаж, по белоснежной, деревянной лестнице и крайняя комната оказалась моим новым пристанищем. Он опустил ручку вниз и дверь поддалась. Это его удивило. Мы зашли в небольшую, светлую комнату. Здесь поместилось две односпальные кровати, над обеими было по окну, между ними, в углу, стояли тумбочки. Единственный письменный стол был завален девичьим хламом, а из шкафа буквально вываливалась разнообразная одежда. Я заметила, что дверь из этой комнаты вела в такую же небольшую ванную комнату, с раковиной, душем и туалетом. На одной из кроватей, на стёганом, лоскутном одеяле, сидела девушка, скрестив ноги. Она красила ногти лаком и замерла, когда кто-то вошёл в комнату. Род приподнял одну бровь:
— Кис? Почему ты не на занятиях?
Внешность девушки была очень занимательной. Её вьющиеся, русые волосы опускались чуть ниже плеч. Некоторые пряди были фиолетовыми, розовыми, синими, но уже почти вымылись. Видимо это были следы подростковых экспериментов. У неё был интересный разрез глаз, словно они были кошачьими. Эффект усиливался от насыщенного зелёного цвета глаз, пожалуй, такие я встречала прежде лишь у себя, но мои были скорее болотными, а её светло-изумрудными. У неё был очаровательный, крохотный носик и чуть полноватые, розовые губы.
На ней самой был короткий топ, настолько короткий, что в этот жаркий летний день, в нём могло бы быть холодно и короткие джинсовые шорты ему под стать. Она красила длинные ногти мятным лаком, но увидев нас, замерла и оправившись от шока, притворно улыбнулась:
— Добрый день, граф, — её улыбка обнажила ровный ряд зубов, среди которых чуть выделялись клыки. Они были немногим длиннее обычных, но вампиршей она точно не была, — Мне стало нехорошо на уроке и я отпросилась.
— В лазарет, — поправил её Род. Его голос звучал угрожающе.
— Конечно, в лазарет. Просто зашла, эээ… взять кое какие вещи, вдруг меня оставили бы там на сутки и некому было бы принести мне сменную одежду. Я же живу одна.
Я не понимала, к чему была столь наглая ложь, ведь было понятно, что она прогуливала. Но к моему удивлению, граф не стал настаивать, видимо посчитав это пустой тратой времени:
— Я надеюсь, мой намёк понят. Теперь у тебя есть соседка, можешь знакомиться. И… — он окинул комнату взглядом, — Приберись тут. Ты же знаешь правила, скажи спасибо, что я молчу за твою одежду. Мне не надо чтобы ты плохо влияла на новенькую.
Он кивнул нам обеим и покинул комнату. Лишь только дверь закрылась за ним, как девушка показала язык ему вслед. Потом рассмеялась. Я ответила ей улыбкой.
— Он ужасный зануда, но мне повезло, что кажется он слишком занят другими делами. Иначе меня бы ждало серьёзное наказание, — она протянула мне руку, — Какис Нослепуман. Но я предпочитаю, когда меня зовут просто Кис.
— Ами Ли, — ответила я девушке рукопожатием.
— У тебя совсем нет вещей.
Она кивнула на мою одежду, которую мне выдали здесь.
— Да. Я, в общем-то, вроде как беспризорница. Я сбежала от своих родителей, которые пытались запихнуть меня в лечебницу.
Она расплылась в улыбке:
— Проблемы с предками, это мне знакомо. На счёт вещей не переживай, думаю мы сможем подобрать тебе что-нибудь подходящее, поскольку местная форма наводит на меня тоску. Раз тебя подселили ко мне, то значит ты тоже слабенькая, — она окинула меня свои кошачьим, изучающим взглядом, — Будешь сидеть рядом со мной.
Картинка быстро сменилась, словно на следующий кадр. Вот я уже сижу с ней за одной партой. Я нахожусь в этой академии уже неделю. Кто-то из моего класса громко перешёптывается. Я ловлю каждое слово:
— Они не уверены, насколько данные ДНК точны. Говорят, они хотят ввести дополнительное тестирование в академии.
— Что, чтобы найти её?
— Да, они предполагают, что Тёмная Принцесса может быть даже среди нас, просто никак не проявляет себя. Говорят все девушки определённого возраста под подозрением.
— А что же они будут делать, если поймают её?
— Ясно что, будут убеждать работать с ними!
— Прикинь, как будет круто, учиться здесь, в одной академии, с Тёмной Принцессой?
— Что, о чём вы, кто это?
Но шёпот прервался, на урок пришёл преподаватель. Я не могла больше слушать внимательно его лекцию. Меня бросило в жар от ужаса. Неужели они догадываются? Но как?