Анастасия Флейтинг-Данн – Первая раса. Не убоюсь зла (страница 5)
– Я, между прочим, пытался с тобой связаться, – поспешил перевести тему Винни.
– Прости, – виновато произнёс Эль, – я не услышал звонка.
– Да нет, я пытался связаться мысленно.
Мальчик недоверчиво глянул на Винни.
– То есть как? Как телепаты делают?
– Именно так, – кивнул тот. – Я передаю мысль на расстоянии, ты её получаешь и передаёшь мне свою. Всё просто, только без проявлений типа слов и жестов. Странно только, что ты не уловил…
Эль смотрел на Винни абсолютно безэмоциональным взглядом, не понимая, что тот имеет в виду. Винни уже понадеялся, что смог отвлечь мальчика от неприятной темы, но мальчик совсем сник.
– Риса тоже так умела?
Мушлам открыл было рот, но подобрать слов утешения так и не смог. Эль потупил взгляд,
– Да, парень, Риса тоже так умела, – кивнул Винни, и после краткой паузы добавил: – И я хочу, чтобы и ты этому научился.
Эль молча глянул на мушлама.
– Попробуй настроиться на меня и попытаться уловить то, что я тебе хочу передать, – Винни поудобнее устроился на кровати. – Как будто я говорю, но очень-очень тихо. Услышь это.
Мальчик послушно сел напротив мушлама. Винни изо всех сил старался думать о чём-то хорошем, но как назло ни одной позитивной мысли не осталось.
Потом из воспоминаний невесомым облачком выплыл смех Рисы, а следом ласковый голос Люмы. Винни тряхнул головой, отгоняя воспоминания прочь. Но на смену тут же всплыла темнота подвала и мерзкий вкус во рту. Мушлама снова затошнило.
Теперь он увидел маленькую девочку с сиреневыми кудряшками, восседающую верхом на белом волке как на пони. Обхватив его шею руками, она пела: «Скачи, скачи всадник».
Винни зацепился за эту песню. «
Эль терпеливо ждал. Некоторое время он смотрел на Винни, а затем взгляд мальчика стал блуждать по комнате. Неудивительно: сложно держать зрительный контакт, когда пытаешься скрыть то, что на душе.
– Эй, парень.
Винни встал с кровати, подошёл к мальчику и опустился перед ним на корточки.
– Я понимаю, что ты чувствуешь, – негромко, глядя Элю прямо в глаза, произнёс мушлам. – Понимаю, как это больно. Я тоже потерял любимых. Но мы с тобой мужчины. Нужно держаться, жить дальше и помнить, – Винни кулаком коснулся груди мальчика. – Они вот здесь. И всегда будут с нами. Понимаешь?
Мальчик кивнул, оттёр нос тыльной стороной кисти. Мушлам похлопал его по плечам:
– Попробуем ещё раз?
Эль кивнул, и Винни вновь сосредоточился на глупом всаднике. На этот раз строчки пошли гладко, и мушлам уже дошёл до момента, где того съедают улитки, как Эль вдруг встрепенулся, будто что-то услышав.
– Что? Что-то есть? – возбуждённо подскочил Винни.
– Да, кажется.
Мальчик пожал плечами, не уверенный, что правильно понял. Мушлам жестом велел говорить, и тот, чуть шмыгнув, пробормотал:
– Ты говорил, что… всё будет хорошо.
В первый момент Винни огорчился, потому что это отличалось от его всадника как Бог от черепахи. Но через миг взгляд чёрных глаз потеплел.
– Верно, Тамагочи. Всё будет хорошо.
Губы Эля тронула хоть и грустная, но всё же улыбка.
聞かざる
(не слышу зла)
Окна были закрыты тяжёлыми оранжевыми шторами, от чего в комнате витало ощущение тепла. На раскладном диване, зарывшись лицом в подушку, спал беловолосый мужчина. На широкой подкачанной спине алели свежие царапины от ногтей.
Тишину нарушила громкая трель телефонного звонка. Винни, не поднимая головы, взял лежавший на подлокотнике дивана телефон.
– Слушаю, – промямлил он в полудрёме.
– Здравствуйте, герр Вульф, – раздался в трубке женский голос. – Фрау Зоман беспокоит.
Винни наконец оторвался от подушки, поднимаясь на локте. Вот что называется «утро не задалось». Мужчина провёл рукой по волосам, откидывая длинные пряди от лица. Звонок из секретариата не предвещал ничего хорошего.
– Доброе утро, Конни, – Винни встал с дивана, поправил пижамные штаны. – То есть, прошу прощения, фрау Зоман. Опять какие-то проблемы?
– Добрый
Винни сдвинул в сторону занавеску и зажмурился от яркого света. Который вообще час?
– Винсент, мне только что сообщила медсестра, – вполголоса заговорила секретарша, воспользовавшись тем, что прямое начальство вышло из кабинета. – Тео в медпункте. Фрау Мальте хотела отправить его в больницу, но он не согласился.
Винни бросил трубку, так и не узнав, что ещё сказала женщина. Через минуту из подъезда выскочил белый волк и галопом помчался в направлении школы. «Да что же на этот раз?», подумал он, когда пострадавший не ответил на его ментальный зов.
– Как же ты так быстро? – удивилась секретарша Зоман, когда Винни возник в дверях всего лишь семь минут спустя.
– На светофорах был зелёный коридор, – едва заметно перевёл дух Винни. – Где у вас медпункт?
Урок был в самом разгаре, и Винни пронёсся по пустым коридорам. Медсестра фрау Мальте ждала его у дверей, и при появлении мужчины быстро заговорила:
– Умоляю, герр Вульф, не беспокойтесь! С Теодором всё хорошо, мы остановили кровотечение.
– Какое ещё кровотечение? – опешил Винни. Он ещё раз попытался установить связь, но тщетно. – Что вообще произошло?
– Я не знаю, как это вышло, – тараторила фрау Мальте, заводя Винни в кабинет. – Фриц Фельзенхаймер, который привёл Тео, не ответил, а сам Тео не хочет говорить. Я хотела вызвать скорую, но он сказал, вы бывший военврач, и сами всё сделаете…
Фрау Мальте открыла дверь лазарета, пропуская мужчину. Тот буквально влетел в комнату, едва не сбив медсестру с ног.
– Какого чёрта?
Полусидящий на кровати Эль улыбнулся во все тридцать два. Вернее, тридцать один – не хватало правого клыка. На чёрной футболке блестели пятна спёкшейся крови.
– Привет, Винс, – слишком беспечно для пострадавшего приветствовал Эль.
– Твою ж мать, Теодор, – Винни стиснул зубы, стараясь сдержать гнев.
Через полчаса разговора с директором они вышли из школы. Винни казалось, что достаточно будет одного лишнего слова, чтобы он взорвался. Это был уже третий вызов за две недели, и это не только порядком надоело – это подрывало репутацию мальчишки.
Эль же шёл, как ни в чём не бывало. Ветер трепал его золотистые вихры, некоторые пряди которых были выкрашены в малиновый. Почему именно этот цвет, Винни не понимал. На лице мальчишки не было ни капли сожаления или раскаяния, в то время как Винни надеялся на обратное.
– Ну и что в этот раз произошло? – спросил он после неудачной попытки влезть в воспоминания Эля.
– Ничего.
– Директору вашему будешь рассказывать. Я не настолько лох, чтобы поверить в историю про «упал на лестнице». – Эль не ответил, и Винни вполголоса добавил: – Ты, конечно, можешь не говорить. Но тогда я спрошу у Фельзенхаймера.
Эль бросил на него яростный взгляд.
– Уж мне-то он точно расскажет, – заверил его Винни.
– Ладно, – вздохнул Эль, и после небольшой паузы ответил: – Это из-за Фалько.
Винни поджал губы. Фалько Кнехт учился в параллельном классе. Про таких, как он, говорили: «Варежка большая, а толку ноль». До появления Эля он был главным объектом обожания девчонок: ещё бы, самый успешный футболист в местном клубе. А с приходом новенького его рейтинг несколько упал.
Эль, конечно, вырос вполне симпатичным пареньком: светловолосым, с красивыми глазами-аметистами. В тринадцать у него и вовсе случился скачок роста, и теперь он был почти на голову выше одноклассников. Интересно, знай девчонки, что Эль на самом деле обладатель совсем уж «экзотической» внешности, относились бы к нему так же? Но дело-то было вовсе не во внешности, хорошеньких парней пруд пруди. Эля любили за харизму и острый язык.
Фалько, кажется, так и не смог смириться, что какой-то там Теодор Вульф – имя, под которым жил Эль – самым наглым образом отобрал у него часть поклонниц, да ещё и не пожелал прогнуться под авторитет. За это Эль частенько подвергался оскорблениям с его стороны. До рукоприкладства дело до сих пор не доходило.
– Что ему было нужно? – сдвинул брови Винни.