Анастасия Ермакова – Следуй за белой совой. Слушай своё сердце (страница 22)

Митрий Лексеич потянулся за чаем, хохотнул, увидев колбасу.

– Это кто ж на рыбалке колбасу ест?

– Да есть тут у нас один – рыбу не переносит, – Стас мотнул головой на Игоря.

– Ну, вы даете! – усмехнулся Митрий Лексеич и, поднеся к ноздрям кружку с дымящимся чаем, принюхался. – Молодежь, а что это за чай такой у вас ароматный, понять не могу, что за траву добавили?

– Это корица, – улыбнулась Юля, показывая гостю баночку с коричневыми ароматными палочками.

Митрий Лексеич как-то странно изменился в лице.

– Хм-м, – протянул он и, даже не хлебнув чаю, вдруг поднялся. – Ну, пора нам. Засиделись. Удачной вам рыбалки, молодежь. А нам еще далече по реке подниматься. Пора бы и честь знать.

Он повернулся спиной к костру, и, перед тем как он скрылся в темноте, на мгновение отблеск пламени осветил рюкзак, болтающийся у него за спиной.

К одной из лямок, как брелок, были привязаны клочки каких-то трав и листьев. А между ними болталась привязанная за хвост сушеная тушка мыши.

III

Стали готовиться к ночевке. Юля убирала со стола, Стас готовил дрова для костра на ночь.

– Ты видел мышь на рюкзаке? – тихо сказал Игорь Санычу, курившему у кромки воды.

– Не мели чушь, – отмахнулся тот. – Вот что действительно странно – мы не слышали загодя звук мотора. Сам посуди: тут слышимость такая, что за несколько километров услышишь. Значит, они где-то рядом стояли, а как мы к костру уселись, – подъехали.

Игорь промолчал, занятый, видимо, своими мыслями.

– Завтра с утра проверим соседние острова, может, они браконьеры или еще что. Положу-ка я на ночь рядом свою Сайгу, надёжней будет, – рассуждал Саныч, возвращаясь с Игорем в лагерь. 22

Так и решили. Утром Игорь с Санычем взяли моторку и отправились прогуляться по соседним островам и отмелям. Стас с Юлей остались рыбачить у лагеря.

Плыли молча, чтобы не надрывать голос, перекрикивая шум мотора лодки.

– Вот оно! Есть! – победно крикнул Саныч после почти часового блуждания по извилинам реки. – Гляди, Игорек, вон их лодка, видишь?

– А где люди-то? Это ж маленький островок! – ответил с сомнением Игорь, выпрыгивая на берег.

– Найдем! – Саныч бодро зашагал по каменистому берегу вглубь островка.

Однако, обойдя его два или три раза, приятели не нашли ничего, кроме груды здоровых валунов, наваленных друг на друга в центре острова.

– Неужели утонули!? Как сквозь землю провалились! – растерянно бормотал Саныч, озираясь в поисках еще хоть каких-то следов.

– Сквозь землю, – задумчиво повторил Игорь и что-то еще хотел добавить, но его перебил Саныч, замахавший руками куда-то в сторону:

– Гляди! Ешкин кот! Откуда ж он взялся, Игорь? Ведь до ближайшей деревни километров тридцать!

По берегу действительно шел небольшой домашний кот удивительного леопардового окраса.

Саныч двинул в сторону кота, но тот ощерился и бросился бежать вглубь острова.

Приятели бегом направились за ним. У груды валунов кот на секунду остановился и, с опаской глянув на преследователей, сиганул в наваленную у подножия валунов кучу веток.

Подбежав к камням, приятели бросились разгребать ветки и обнаружили, что ими была завалена здоровая щель между валунами, в которую легко мог пройти взрослый человек.

Приятели решили смотаться за Стасом с Юлей, фонариками и на всякий пожарный ружьем Саныча.

Вернувшись обратно все вместе, друзья по очереди протиснулись в щель и увидели узенький проход, вырытый под резким уклоном вниз.

Пошли дальше. Через несколько десятков метров ход расширился, уже можно было идти во весь рост, даже не задевая плечами стены подземелья.

Однако никаких следов людей или животных приятелям за час ходьбы так и не встретилось.

– Ребят, может, хватит, пойдемте обратно! – заныла Юлька. – Я устала, хочу есть, ноги болят уже!

– Слышь, Игорь, а может, ты знал, что тут этот лаз есть, и спецом нас повел, чтоб мы в твои сказки про магогов поверили? – недовольно пробурчал Стас.

– Сказки, говоришь? – Игорь вдруг резко остановился и посветил под ноги. Что-то ярко блеснуло.

Перед компанией на каменистом полу валялся разорванный мешок, из которого вывалилась гора небольших золотых монеток.

Саныч наклонился, взял одну и свистнул:

– Ого! Это что, какие-то индийские рупии? Да тут миллион, не меньше!

– Это не рупии, – помотал головой Игорь. – Судя по всему… это монеты империи Гога и Магога.

В ту же секунду произошло нечто странное. Раздался какой-то чирикающий шорох, и подземелье осветилось ярко-голубым спокойным светом, излучаемым как будто самими стенами.

Перед друзьями стояли вчерашние гости, но их внешний вид изменился до неузнаваемости. Они были одеты словно в сказочные, расшитые золотом и самоцветами кафтаны и в руках держали диковинное оружие, какое показывают в фильмах про будущее.

– Ну, пойдемте, молодежь, – зловеще проговорил Митрий Лексеич, давая своему спутнику знак обойти компанию с тыла.

Делать было нечего, приятели повиновались.

IV

Минут через 40 ходьбы по катакомбам ход начал расширяться, перед путниками открылось огромное и светлое пространство, напоминающее большую пещеру, выдолбленную в толще породы.

Пройдя через ворота, служащие неким подобием контрольно-пропускного пункта, путники и их конвой вошли в город.

Друзья не переставали удивляться, шокированные размахом подземного мира.

Что поражало в первую очередь – то, что здесь было светло как на поверхности земли, причем никаких особенных осветительных приборов видно не было. Свет шел от белесо-голубых кристаллов, покрывающих стены пещеры.

То тут, то там были разбиты большие и маленькие шатры, покрытые прекрасными разноцветными тканями и лоскутами. Дымились бронзовые жаровни искуснейшей кузнечной работы, жарились и шипели ароматные блюда, сверкали наливными бочка́ми горы фруктов, возвышающихся над столами в серебряных резных вазах.

Можно было бы подумать, что попал куда-то на средневековый Восток, если бы не футуристическое оружие в руках конвойных, ведущих друзей к главному шатру, расположенному в центре пещеры.

Возле входа в шатер стояли два механических стража, преградивших подошедшим путь.

– К хану Кадыкчану, – сказал Митрий Лексеич, и стражники расступились.

Вся честна́я компания вошла внутрь шатра. По центру возвышалось некое подобие трона из наваленных подушек, пол был устлан шкурами диких животных. Однако на первый взгляд в комнате никого не было, кроме уже знакомого приятелям леопардового кота, возлегающего, словно падишах, среди подушек.

– Хан, к тебе, – крикнул Лексеич, и откуда-то из-за занавески навстречу вошедшим вышел небольшой пожилой человек, одетый в простой кафтан типа ватника и с очками на носу.

– Да вот, Митя, видишь, всё стул поломанный чиню, вчера мальчишки вздумали черешню воровать и вот залезли, значит, на стул, ну и ножка-то подкосилась.

Игорь не поверил своим глазам. Он не мог ошибиться. Это был его сосед Иван Савелич, с которым Игорев отец дружил долгие годы, ходил вместе на рыбалку и охоту. А лет 20 назад Савелич пропал в лесу без вести.

– Иван Савелич, это вы?! – вымолвил Игорь, во все глаза глядя на «хана».

– Игорек, ты, что ли? – спокойно отозвался Савелич, поправляя очки. – Вырос ты, смотрю, совсем взрослый стал. Как батя?

– Отец умер в прошлом году… Но как? Вы совершенно не изменились! Ведь прошло лет 20!

– Видишь ли, у нас тут время немного по-другому течет: когда нужно, быстрее, чем у вас, а когда и медленнее, – пожевал губами хан Савелич и оглядел друзей Игоря. – Ну садитесь, спрашивайте, чай, ведь много вопросов у вас накопилось?

– Это что, какой-то розыгрыш? – выдал Стас, не найдя больше что спросить, уж больно не вписывалась в реальную картину мира вся эта фантасмагория.

– А почему вы корицу не любите? – добавила Юля и, смутившись глупости своего вопроса, потупила глаза.

– Так вы действительно потомки Гога и Магога? – спросил Игорь. – Ведь этот народ давно исчез с лица земли!

– Вот именно, Игорек, с лица земли исчез. Пришлось уйти под землю, обосноваться здесь много веков назад, когда с запада стала напирать на нас чуждая цивилизация, а с востока – полчища диких варваров – чинайцев. Они втерлись к нам в доверие, торговали с нами. Корицу и другие пряности продавали, а потом предали нас, решив завладеть нашими знаниями и нашими землями. Поэтому корица для нас запретная пряность, символ лживости и коварства. Чинайцы ведь тогда вступили в заговор с западным миром и постепенно загнали нас сюда, в эти подземелья. Они думали, мы давно сгинули, забрав с собой все наши богатства и тайные знания, переписали нашу историю, вычеркнув упоминание о нас из всех летописей, а себе приписав тысячи лет истории. Ну да ладно… Чего пожаловали-то? – свернул хан Савелич разговор.

– А что если мы расскажем о вашем существовании? – брякнул Саныч.