Анастасия Бондаренко – Под солнцем правды (страница 14)

Женщина выходит из машины, и я спешно иду следом. Из дома нам навстречу выходит сухой пожилой мужчина в ковбойской шляпе. Клетчатая рубашка болталась на острых плечах, темно-синие штаны собирались на коленках. Неужели он и правда справлялся со всем в одиночку?

– Джуд, привет, – он широко улыбается и машет женщине, бодро спускаясь по ступенькам поближе к нам.

– Здравствуй, Энди, – Джуд кивает более сдержанно, но всё так же приветливо. Я гадала, связывали ли их только соседские, или же более теплые, дружеские отношения.

– А это кто у нас тут? – мужчина переводит на меня взгляд своих внимательных зеленых глаз и упирается руками в бока. – Не могу припомнить, кого она мне так напоминает.

– Это Эмберли, моя внучка, – женщина покровительственно обнимает меня за плечи, чересчур нервно сжимая их. – Дочь Кэрол.

– Кэрол, точно, – он часто кивает, словно наконец вспомнил имя моей мамы, и долго на меня смотрит. Изучающе, с интересом. – На лето приехала?

– Да, на всё лето, – отвечает за меня Джуд и я с интересом перевожу на неё глаза. Хоть кто-то за меня это решил.

– Пойдёмте в дом, поболтаем. Я попрошу Кэйдена разгрузить багажник.

Джуд одобрительно кивает мне, и мы направляемся в дом вслед за мужчиной. Дом темный, дубовые стены были покрыты свежим лаком. Внутри всё было выполнено добротно и на совесть – вся мебель деревянная, крепкая, ручной работы, однако ощущение старости всё равно скрыть не удалось. Мы проходим на кухню – темнее и меньше, чем кухня Джуд, совсем без декора и такого необходимого ей уюта. Окна были настежь распахнуты, вдалеке я могла различить дом Кларков.

– Садитесь, не стесняйтесь, – мужчина указывает на широкий стол, застеленный синей клетчатой скатертью.

Я опускаюсь на край стула по примеру Джуд и складываю руки перед собой. Энди же спешит занять место во главе стола. Мужчина плюхается на стул, тот отвечает ему недовольным треском. Со стороны коридора слышатся тяжелые шаги.

– Внучок, поприветствуй наших гостей.

Я тут же поднимаю глаза. В дверях стоит он – бритый парень из закусочной. Тот самый, которого я встретила у машины. В растянутой белой майке, обнажающей его подкачанные бледные руки, и спущенных спортивках серого цвета. Он тоже меня узнал – я вижу это по проблеску самодовольства и насмешки в его глазах. Он держался ровно и отстраненно, но интерес в его взгляде скрыть удавалось плохо.

– Миссис Кларк, – он наконец отворачивается от меня и сдержанно кивает Джуд. Его голос глубокий, тягучий, уверенный.

Бабушка морщится и без особо энтузиазма отвечает ему тем же. Скрывать свои истинные чувства у женщины не получается. Ещё одна схожесть с мамой.

– Здравствуй, Кэйден, – с пренебрежением выдавливает она и поворачивается ко мне. Взгляд её был брезгливый, недружелюбный.

– Кэйден, это Эмберли, внучка Джуд и Пола, – Энди откидывается на спинку стула и заводит руки за голову.

Парень смотрит мне в глаза и медленно кивает. Я киваю в ответ. Мне интересно, о чем он думает – в этот раз отводить взгляд он даже не собирается. Глаза его были такие мягкие, такие светлые, что взгляд, который они хранили, сразу распознать не удалось. Отнюдь не злой и не холодный – притягательный и таинственный.

– Кэйден, поухаживай за дамами, а потом разгрузи багажник миссис Кларк, – Энди кивает на графин холодного чая на столе.

Кэйден послушно берет из шкафа стаканы и разливает в них чай, добавляя в каждый стакан по паре кусочков льда. Медленно, неторопливо, растягивая движения словно томные слова.

– Да ладно, Энди, не гоняй мальчика, – Джуд недобро прищуривается, глядя на парня. Я в очередной раз убеждаюсь в том, что он ей совсем не нравится.

– Прошу, – еле слышно произносит он, со стуком опуская передо мной стакан. Я вздрагиваю и резко отстраняюсь.

– Рассказывайте, мисс Кларк, – Энди смотрит на меня с вежливым, соседским интересом. – Где вы живёте?

– В Чикаго.

– Чарльстон город маленький по сравнению с мегаполисом?

– Довольно, – я перевожу взгляд на свои пальцы.

– Кэйден, почему бы тебе не показать Эмбер конюшню?

Парень окидывает меня заинтересованным, настороженным взглядом и якобы безучастно пожимает плечами.

– Пошли.

Я, не успев поразмыслить, тут же поднимаюсь из-за стола. Джуд крепко берёт меня за запястье и многозначительно смотрит мне в глаза. Её взгляд серьезный, недовольный, с легким оттенком беспокойства.

– Аккуратнее, Эмбер, хорошо? – почти одними губами шепчет женщина.

Я безразлично киваю и следую за Кэйденом, который уже успел покинуть кухню. Он идёт впереди, я чуть поодаль. Ни взгляда, ни слова, ни жеста. Парень резко останавливается около старой деревянной постройки, и я едва не врезаюсь в его спину. Распахивает двери. Внутри было больше десятка голов. Я восторженно осматриваюсь, а потом внимательнее вглядываюсь в их благородные морды. Страсть, мечта, которая так и не стала реальностью.

– Спасибо за вчерашнее, – шепотом выдавливаю я, не в силах оторвать взгляд от лошадей.

– Посмотрела? – хмуро спрашивает Кэйден, игнорируя мой вопрос.

Ему не нравилось со мной нянчиться, а мне было не очень комфортно в его компании. Вольный. Меня передергивает от его вчерашней жестокости по отношению к парню около машины. Я молча подхожу к ближайшему вольеру. Глажу черную бархатную голову и слабо улыбаюсь. Он единственный, на котором была амуниция.

– Ты катаешься? – продолжая гладить горячую голову, я поворачиваюсь к парню.

– Уроки не даю, – хмыкает он и облокачивается на стену конюшни. Я всё ещё вижу взгляд. Любопытный, пытающий.

Я качаю головой и медленно открываю вольер. Пугаясь своей собственной смелости, я бросаю на Кэйдена неуверенный вопрошающий взгляд.

– Что ты делаешь? – раздраженно интересуется он, поглядывая на меня с недоумением.

Это было беспардонно, но я была очарована призрачной возможностью прыгнуть в седло. Кожаные поводья холодят кожу, я несмело вывожу лошадь из конюшни.

– Это не смешно. Не делай вид, что умеешь обращаться с лошадью, – Кэйден качает головой и следует за мной.

Я жду, что он схватит меня за руку или одернет лошадь, но этого не происходит. Его голос и правда звучит угрожающе, но даже когда я ловко, вспоминая былые навыки, запрыгиваю на лошадь и сжимаю поводья, он ничего не делает.

– Давай, милый, пошли, – я глажу лошадь по шее, и конь начинает медленно идти.

– Слезай, Кларк, – Кэйден бодро следует за нами.

Я отрицательно качаю головой и, натянув поводья, начинаю ехать быстрее. Я мимолетно оглядываюсь – Кэйден идёт обратно в конюшню. Через пару минут он догоняет меня на другой лошади – светло-серой, стройной, молодой.

– Я тебя недооценивал, – кричит он и я вижу, как на его некогда хмуром лице начинает пробиваться лукавая улыбка.

– Я шесть лет занималась ездой, мы с мамой периодически выезжаем покататься, – я пожимаю плечами и сильнее натягиваю поводья.

– Я не советую на нём разгоняться, он резвый малый.

Но я лишь еду ещё быстрее. Адреналин. Скорость. Эйфория. Возможно, если бы не мои проблемы, я бы занималась этим профессионально, но не всем мечтам суждено сбываться. Поводья трут кожу, солнце яростно обжигает и мою голову, и темную гриву лошади. Я вновь натягиваю поводья и сжимаю его бедра. Быстрее. Размеренный стук копыт, свист тёплого ветра в ушах и вздымающаяся по обеим сторонам от меня пыль. Сердце колотится с бешеной скоростью, тонкие пальцы с силой сжимают поводья. Делаю глубокий вдох и ощущаю внутри своих легких медленно оседающий тёплый сладковато-тягучий запах. Запах искреннего счастья. Вымученного и точно заслуженного мной счастья. Я описываю большой круг по протоптанной копытами дорожке и возвращаюсь обратно к конюшне. Конь тормозит резко, неожиданно, я чудом удерживаюсь на лошади. Кэйден догоняет меня и спрыгивает с седла. Его вид больше не казался таким безмятежным, парень явно был раздражён. Он резко вырывает поводья из моих рук, оставляя на внутренней стороне ладони багровый след, и заводит лошадь в конюшню.

– Больше не вздумай так делать, – сквозь зубы цедит он и задумчиво смотрит в сторону дома.

Я слежу за его взглядом. Джуд и Энди стоят на крыльце. Бабушка энергично машет руками, подзывая меня к себе. Я перевожу глаза на Кэйдена. Шрам на шее, густые темные брови над голубыми глазами, короткий ежик на голове. Он выглядел старше своего возраста, хотя, разумеется, я даже не знала, сколько ему лет. Если бы не слова ребят, я бы обязательно подумала, что он не первый год служит в армии. Бледное тело, в прошлом явно худощавое и хилое, было довольно неплохо подкачано. Вблизи он совсем не казался таким страшным, как вчера.

– Я хорошо катаюсь, – я холодно пожимаю плечами, гадая, способна ли вывести его на эмоции.

Я ожидаю улыбки или хотя бы усмешки, но ни того, ни другого он из себя не выдавливает.

Ты безбашенная, Кларк, – недовольно выплевывает он. – А ещё беспардонная.

Я пожимаю плечами. Моя эйфория тает так же быстро, как и некогда закрепившаяся на моем лице улыбка. Что я творю? Почему я позволила себе вести себя так глупо, так опрометчиво?

– Ты была бы не последней на местных скачках, – парень скрещивает руки на груди и прислоняется к деревянной стене амбара.

– На местных скачках? – мой голос не сквозит какимилибо эмоциями, хотя сам факт подобных развлечений здесь казался удивительным.