Анастасия Абакумова – Белочка пришла (страница 3)

– Продолжай.

Полночь. Час ночи. Два часа. X-47 по-прежнему сидел неподвижно в центре камеры.

Затем, в 03:42, произошло невозможное.

X-47 просто исчез.

Не растворился постепенно, не превратился в дым, не исчез по частям. В одну секунду был там, в следующую – его не стало. Кто-то выключил проектор.

– Перемотай назад, – хрипло приказал Коннолли. – Покажи еще раз.

Дэйв выполнил просьбу. Они посмотрели этот момент десять раз подряд. Результат был одинаковым – между кадрами 03:42:15 и 03:42:16 X-47 исчезал без следа.

– Это техническая ошибка, – сказал Стоун, хотя в голосе слышалась неуверенность. – Проверь резервные камеры.

Дэйв переключился на записи с других камер, установленных в той же секции. Те же временные отметки показывали абсолютно нормальную картину – пустые коридоры, закрытые двери, никакого движения.

– А внешние камеры? – спросил Коннолли.

– Сейчас проверим, – пробормотал техник, переключаясь на записи с периметра здания.

Внешние камеры показывали тихую ночь. Пустынный ландшафт под звездным небом, освещенную прожекторами территорию комплекса. Ни одной движущейся тени, ни одного подозрительного объекта.

– Мистер Стоун, – раздался голос из рации. – Здесь Хейз. Мы закончили обыск седьмого этажа. Ничего.

– Расширьте поиск на весь комплекс, – ответил Стоун. – Проверить все этажи, включая подвал и технические помещения. Особое внимание – вентиляционным шахтам и кабельным туннелям.

Следующие два часа «Нексус» превратился в улей. Команды безопасности обыскивали каждое помещение, каждый закуток. Технические специалисты проверяли системы вентиляции, водоснабжения и канализации. Даже поднялись на крышу и спустились в подземные коммуникации.

Результат был одинаковым – никаких следов X-47.

В конференц-зале собрались все ключевые сотрудники комплекса. Директор Вашингтон прилетел на вертолете и сидел во главе овального стола, его лысая голова блестела под флуоресцентными лампами. Рядом расположились начальник охраны Стоун, доктор Коннолли, руководитель технического отдела Эмили Чен и старший аналитик Роберт Грейс.

– Итак, господа, – начал Вашингтон характерным низким голосом, – разберемся с ситуацией. Доктор Коннолли, расскажите еще раз, что произошло.

Коннолли коротко пересказал события утра, стараясь не упустить ни одной детали.

– Мистер Стоун, результаты обыска?

– Мы проверили весь комплекс, включая технические помещения, – ответил начальник охраны. – Ни следа. Также проверили периметр на расстоянии до пяти километров. Ничего.

– Доктор Чен, возможны ли технические сбои в системе наблюдения?

Руководитель технического отдела, небольшая азиатка в больших очках, покачала головой:

– Я лично проверила все системы. Камеры работали исправно, записи не редактировались. То, что мы видели на мониторах – реальные события, а не техническая ошибка.

Повисла тяжелая тишина. Вашингтон барабанил пальцами по столу – верный признак глубокой обеспокоенности.

– Версии? – спросил директор.

– Возможно, X-47 обладает способностями, о которых мы не знали, – предположил Грейс. – Телепортация, фазовый переход, что-то в этом роде.

– За три года наблюдений он не демонстрировал никаких сверхъестественных способностей, – возразил Коннолли. – Только базовое разумное поведение и способность к обучению.

– Может быть, скрывал? – предположила Чен. – Изучал наши методы и ждал подходящего момента?

Стоун нахмурился:

– А может, это внешнее вмешательство? Какая-то продвинутая технология, которую мы не можем засечь?

– Но как они проникли в самое защищенное помещение комплекса? – спросил Вашингтон. – И как вынесли объект незамеченными?

Никто не мог ответить.

– Господа, – сказал директор через несколько минут молчания, – ситуация крайне серьезная. X-47 представляет потенциальную угрозу неизвестного масштаба. Мы не знаем его возможностей, намерений, местонахождения.

Вашингтон встал из-за стола и подошел к панорамному окну.

– Я принял решение привлечь внешних экспертов. Свяжусь с Пентагоном и попрошу прислать специальную команду. Также активируем протокол «Красная зона» – полная информационная изоляция происшествия.

– Сэр, – осторожно спросил Коннолли, – а что, если X-47 просто… ушел? Что если он не представляет угрозы?

Вашингтон медленно повернулся к нему. В глазах читалась холодная решимость.

– Доктор, за время работы с X-47 вы изучили его поведение лучше всех. Скажите честно – можете ли гарантировать, что он безопасен?

Коннолли открыл рот, чтобы ответить, но слова не шли. Он вспомнил последний разговор с X-47, вопрос о свободе, странную интонацию в голосе. Вспомнил, как объект изучал охранников, камеры, систему безопасности.

– Нет, – тихо сказал Коннолли. – Я не могу этого гарантировать.

– Тогда мы исходим из худшего сценария, – заключил Вашингтон. – Совещание окончено. Мистер Стоун, удвойте охрану периметра. Доктор Чен, проведите полную диагностику всех систем безопасности. Доктор Коннолли, подготовьте детальный отчет о ваших наблюдениях за X-47.

Люди начали расходиться. Коннолли задержался, глядя в окно на пустынный пейзаж за пределами комплекса. Где-то там, в огромном мире, находился X-47. Существо неизвестной природы, обладающее неизвестными способностями.

И впервые за три года оно было на свободе.

Доктор почувствовал, как холодок пробежал по позвоночнику. Что бы ни произошло дальше, он понимал – их тихая научная работа закончилась. Теперь начиналось что-то совершенно другое.

Что-то, что могло изменить мир навсегда.

Глава 3. Первые улики

Утреннее солнце проникало в спальню косыми лучами, высвечивая мельчайшие частицы пыли в воздухе. Майор Громов стоял на пороге комнаты, пока проницательный взгляд методично сканировал каждый сантиметр пространства. Белая лента полицейского ограждения трепетала на сквозняке.

– Осторожнее с порогом, – негромко проговорил он, обращаясь к эксперту-криминалисту Петровой, которая настраивала фотоаппарат. – Здесь может быть что-то важное.

Анна Петрова кивнула. Движения были точными и выверенными, как у хирурга. Вспышка камеры на мгновение превратила комнату в черно-белый кадр из старого фильма ужасов.

Громов подошёл к кровати, где ещё несколько часов назад лежало тело Марии Волковой. Простыни сброшены на пол, подушки разбросаны. Присев на корточки, он изучал расположение предметов с археологической внимательностью.

– Взгляните сюда, – сказал майор, указывая на прикроватную тумбочку. – Лампа повернута к стене. Женщина пыталась включить свет, но не успела.

Петрова подошла ближе. На столешнице виднелись царапины – следы ногтей жертвы, пытавшейся дотянуться до выключателя в темноте.

– Следов борьбы практически нет, – продолжал Громов отстранённо. – Никаких опрокинутых стульев, разбитых предметов. Словно она просто… сдалась.

Майор поднялся и медленно обошёл комнату по периметру, останавливаясь у каждого предмета мебели. Пальцы едва касались поверхностей.

– Майор, – тихо позвала Петрова от окна. В голосе звучала едва сдерживаемая тревога. – Вам нужно это увидеть.

Громов подошёл к окну, глаза сузились. На белом подоконнике четко выделялись два отпечатка ладоней. Но это были не обычные отпечатки – они были поразительно маленькими.

– Включите дополнительное освещение, – распорядился он, доставая рулетку. Петрова направила луч мощного фонарика на подоконник, и отпечатки стали ещё более отчётливыми.

Громов приложил рулетку к отпечатку. Лицо оставалось невозмутимым, но в глазах мелькнула тень недоумения.

– Двенадцать сантиметров от основания ладони до кончика среднего пальца, – проговорил он медленно. – Размер ладони пятилетнего ребёнка.

Щелчки фотоаппарата эхом отражались от стен, пока Петрова фиксировала находку со всех возможных углов. Каждая вспышка на мгновение превращала комнату в театр теней.

– Но ребёнок не смог бы… – начала Петрова и осеклась.

– Именно, – кивнул Громов. – Физически невозможно.

Коридор многоэтажки был пропитан запахами чужих жизней и застарелой тревоги. Громов стоял перед дверью квартиры напротив, костюм выглядел неуместно строгим на фоне облупившихся стен и затёртого линолеума.

Дверь приоткрыл пожилой мужчина с настороженными глазами. Цепочка натянулась, оставляя узкую щель.