Anastasia Ponamareva – Я - Зло по Призванию (страница 4)

Отец же не издал ни звука. Он не кричал, не ругался. Он просто смотрел на маленький, идеально сложенный скелетик, и в его широко открытых глазах я прочитала окончательное, бесповоротное, ничем не смягчённое понимание. Понимание того, что его дочь не просто обладает тёмным, неподконтрольным даром. Она — некромант. Та самая скверна, против которой наш род веками воевал. Та самая тьма, которую он, Аларик лин Ванесса, клялся изгонять с лица земли. И теперь эта тьма смотрела на него из чемодана его собственной дочери.

Он медленно, очень медленно выпрямился во весь свой внушительный рост. Его лицо, обычно такое живое и выразительное, стало каменной маской, за которой бушевала буря. Все эмоции схлынули, оставив после себя только холодную, безжалостную решимость.

— Капитан, — сказал он, не поворачиваясь к трясущемуся от страха стражнику. — Оцепить эти покои. Выставить у дверей постоянную охрану. Два человека. Смену каждые шесть часов. Никому не входить. Ей, — он кивнул в мою сторону, — не выходить. Ни под каким предлогом. Даже если ей покажется, что замок горит. Особенно если ей покажется.

— А... а это... это чудовище? — выдавил из себя стражник, с опаской указывая на Сейта, который сидел, не шелохнувшись, демонстрируя образцовую выдержку.

Отец на секунду задумался, его взгляд скользнул по мне, полный чего-то сложного и тяжёлого — отчуждения, боли, гнева и какой-то странной, почти отеческой жалости.

— Оно... остаётся с ней, — тихо, с усилием произнёс он, словно слова давили ему на грудь. — Пока что. Наблюдать. И доложить, если... если оно начнёт расти, размножаться или изучать тактику ведения боя.

Он наклонился, подхватил на руки обессилевшую, рыдающую мать, которая безучастно обвисла в его объятиях, и, не глядя на меня, не сказав больше ни слова, вынес её из комнаты. Дверь захлопнулась с таким звуком, будто захлопнулся гроб. Я услышала, как снаружи щёлкнул магический замок, а затем — тяжёлое, нервное дыхание двух стражников, вставших в караул по обе стороны от входа. Мои первые личные охранники. Уже прогресс.

Я осталась стоять посреди комнаты. Та же комната, те же светлые стены, тот же узор на ковре. Но теперь это была не обитель непослушной дочери, не детская капризной аристократки. Это была первая крепость, первая цитадель нарождающейся Властительницы Тьмы. И враг уже знал о моём существовании. Более того, он выставил вокруг меня оцепление. Лестно.

Я медленно подошла к чемодану, бережно достала Сейта и посадила его себе на плечо. Его костяные лапки цепко впились в ткань моего платья. Затем я набросила свой верный, тёмный, самодельный плащ, пахнущий нафталином и тайнами. Образ был завершён. В зеркале на меня смотрела не Лавинета Таянна. Смотрела Тая. И с её плеча на отражение взирали два красных, неумолимых огонька.

— Ну что же, — прошептала я, ловя в зеркале отражение своих зелено-серых глаз, горевших холодным огнём, — похоже, официальное знакомство состоялось. Приятно не было, судя по всему. — Я повернулась к запертой двери и сказала громче, нарочито сладким, язвительным голосом: — Не беспокойтесь, я никуда не спешу. У меня здесь... много работы. Нужно составить планы, провести инвентаризацию ресурсов... и, возможно, навести порядок в этом светлом безумии.

Мне не нужно было никуда уходить. Пока что. Всё, что мне было нужно для старта, уже было здесь, в этой комнате. Моя пробудившаяся сила, мой верный, бесшумный слуга и безграничное, волнующее поле для будущих экспериментов. А ещё запертая дверь, дарующая столь необходимое уединение.

Игра, настоящая игра, только начиналась. И моя карта, похоже, была самой интересной за столом.

Вкладка 3

Глава 3.

Следующее утро началось не с идиллического пения птиц за окном, а с громкого, властного щелчка магического замка, прозвучавшего как приговор. Дверь приоткрылась, и в проём, словно одуванчик на ветру, робко просунулась знакомая физиономия. Это была Элси, одна из младших служанок. Девушка с глазами-блюдцами и языком, который был пришит, кажется, не совсем правильно, ибо болтал он без умолку, но в моём присутствии почему-то цепенел.

Она внесла поднос с завтраком – скромным, но всё же едой, что уже было достижением. Каша без масла, кусок чёрствого хлеба, бледное яблоко. Видимо, роскошные пиры с паштетами и безе для «исчадия тьмы» отменили, перейдя на режим строжайшей экономии и, возможно, надеясь уморить меня голодом.

— Доброе утро, мисс Тая, — прошептала она, ставя поднос на прикроватный столик так, будто он был раскалённым, и бросивла испуганный взгляд на Сейта, который сидел у меня на изголовье, словно готический декор, призванный отпугивать не только мух, но и служанок.

— Элси, — кивнула я, приподнимаясь на локте с театральной неспешностью. — Рада, что обо мне не забыли. А то собиралась начать воскрешать тараканов для компании. Говорят, они неплохие собеседники, если привыкнуть к шести лапкам.

Она побледнела так, что её веснушки стали похожи на рассыпанный перец на снегу, и я на мгновение задумалась, не является ли это новой формой искусства.

— О, мисс, не шутите так! — она оглянулась на дверь, за которой маячили угрожающие тени стражников, и наклонилась ко мне, понизив голос до доверительного шепота, пахнущего свежим хлебом и страхом. — У них тут... такие планы! Я слышала, как лорд Аларик с кем-то говорил за дверью... Из столицы, кажись, маг какой-то важный приехал. С бородой до пояса и взглядом, которым, говорят, можно гвозди забивать!

Я подняла бровь, делая вид, что мне просто любопытно, как будто она рассказывает о новой коллекции кружев.

— И что же мой обожаемый папинька замышляет в компании этого гвоздезабивателя?

Элси переступила с ноги на ногу, мучаясь между страхом и непреодолимым желанием поделиться самой сочной сплетней сезона.

— Говорили... о том, чтобы... лишить вас дара. Очистить, значит. Ритуал такой, с хрустальными шарами, святой водой и... и ладаном! — она произнесла это слово с таким ужасом, будто речь шла о расплавленном свинце. — И... и чтобы потом поскорее замуж. В дальние земли, к какому-нибудь старому барону, который плохо видит и ещё хуже слышит, чтобы вы... ну, чтобы срам от греха подальше спрятать. В общем, чтобы вас и не видно, и не слышно было.

«Шустрые какие», — беззвучно усмехнулась я про себя. Не прошло и суток, а они уже решили, как избавиться от дочери-неудачницы. Вернее, от дочери, которая слишком преуспела не в том деле. Их эффективность в вопросах моего устранения была бы поразительной, если бы не была так оскорбительна.

— Понятно, — сказала я вслух, сохраняя невозмутимость скалы, на которую вот-вот обрушится шторм. — Благодарю за информацию, Элси. Сообщение доставлено. Можешь отступать, пока не начался обстрел.

Она кивнула с такой готовностью, что, казалось, вот-вот оторвёт голову, и пулей вылетела из комнаты, словно боялась, что я воткну ей в спину костяную шпильку или, что ещё хуже, попрошу принести ещё один поднос с этой блевотной кашей.

Дверь снова захлопнулась с тем же финальным щелчком. Я отодвинула поднос с едой – аппетит напрочь пропал, вытесненный холодной яростью. Лишить дара? Выдать замуж за какого-то полуслепого старпера? О, нет, мои дорогие родители, этот поезд уже ушёл. Поезд под названием «Тьма», и билет у него – в один конец. А вы остались на перроне с своими святой водой и ладаном.

Я встала и подошла к окну, глядя на простиравшиеся за замком до тошноты солнечные долины и лаковые рощицы. В голове тут же всплыли обрывки прошлых разговоров, которые я когда-то слушала с отвращением, а теперь – с надеждой. Отец, негодующий за ужином: «Этот проклятый Неорон снова засылает своих шпионов! У них там, представляешь, три академии тёмных искусств! Три! Как будто одной мало для развращения умов! И все они носят чёрное! Сплошное траурное шествие!»

Три академии... Звучало как рай на земле. Вернее, как ад, но именно тот, уютный и гостеприимный, в котором я мечтала оказаться. Страна тёмных магов, Неорон, где мои способности будут не проклятием, а предметом гордости, где чёрный цвет в моде, а захват мира входит в учебную программу. Вот куда мне нужно.

Но для побега нужны ресурсы. Сила у меня была, но сырую, необученную магию в звонкие монеты не перечеканишь. Нужно было золото. И здесь на помощь приходил мой верный Сейт, мой миниатюрный рыцарь без страха и упрёка.

Я повернулась к крысе, которая внимательно наблюдала за мной своими алыми огоньками, словно два крошечных прожектора, высвечивающих путь во тьме.

— Ну что, мой полководец, первая боевая задача. Нужно провести разведку и добыть трофеи. Война, как известно, дело дорогое.

Я подошла к комоду, где в потайном отделении, за задней стенкой, я много лет с маниакальным упорством копила разные безделушки – не из скупости, а из врождённой любви ко всему блестящему и потенциально полезному. Там лежала старая, но массивная золотая брошь в виде аиста, подаренная крёстной (ирония судьбы, символ семьи), и несколько золотых монет, которые я когда-то выиграла у кузена в карты, обыграв его на все его карманные деньги. Идеальный начальный капитал для начала апокалипсиса.

Но этого было мало. Мне нужно было настоящее, серьёзное золото. И я знала, где его взять. Годы наблюдений за отцом и его странной привычкой исчезать в кабинете на полчаса перед крупными покупками не прошли даром.