Ана Жен – Империя добра (страница 4)
Цесаревич покосился на бутылку – забористое. Если продолжит налегать, наверняка матушка заметит или того хуже – отец. Хотя, едва ли государь снизойдет до таких мелочей, как его единственный сын! Алек вновь приложился к бутылке. Проходя мимо одного из залов подвала, молодой человек что-то приметил. Краем глаза. Он сперва прошел мимо, намереваясь оставить бутылку под лестницей и выскользнуть в зал, через один из служебных ходов.
Мысли в его голове неслись так стремительно, что он вначале не осознал, что именно заметил, а осознав, резко остановился, развернулся по-военному и тихо, словно боясь спугнуть видение, вернулся к проему. В полумраке подвала, около окна стояла девушка. Голая девушка, если быть точным. Алек еще раз покосился на бутылку, а затем, не веря своим же глазам, на незнакомку.
Невысокая барышня с плоским животом и мускулистыми руками. Мускулистые руки бросились ему в глаза раньше, чем голая грудь этого чудесного создания. Она создавала впечатление какой-то гимнастки. Не той, которая скачет с шаром, а циркачки. Алек живо представил, как эта акробатка ходит по канату под куполом цирка. Удивительная картина.
А тем временем девушка, совершенно не замечая наблюдателя, влезла в прекрасное бальное платье и застегнула молнию. Как завороженный Алек не мог отвести взгляда от нее. Из неплотно убранной прически выпала прядь и заманчивой тропой скользнула вдоль тонкой шеи. Вероятно, человеку достаточно мгновения, чтобы понять… Алек запретил себе додумывать эту мысль.
Незнакомка поправила лиф, установила персональный аппарат на полке и начала позировать. Поразительная непосредственность. Алек сделал глоток, надеясь движениями привлечь ее внимание. Куда там. Увлеченная своими мыслями, она с чего-то начала цитировать «Руслана и Людмилу». Девушка вела себя так естественно, будто ей полагалось быть в подвале дворца. А может и правда полагалось?
Она дотронулась до молнии, Алек понял, что сейчас вновь увидит голую грудь незнакомки. Зрелище несомненно приятное, но все же, Алек будущий наследник престола и, вопреки мнению Августа Аристарховича, какое-то воспитание в нем есть. Поэтому, прежде, чем барышня дернула за молнию, он громко продекламировал:
Незнакомка вздрогнула и отпрянула, словно хотела раствориться в стене. Вероятно, ей как и Алеку все же не полагалось быть в подвале, поблизости от винного погреба.
– Вы заблудились, сударыня? – Алек постарался собраться и перестать подпирать косяк, поза его все равно оставалась неприятно вальяжной.
– Заблудилась? – удивилась девушка, но тут же, словно ухватилась за подсказку, уверенно кивнула: – Именно так! Искала где можно поправить туалет, а забрела сюда! Поразительно огромное здание, не находите?
Говоря это с видом полнейшей невозмутимости, она ловким движением ноги отправила какое-то тряпье под стеллаж.
– Соглашусь, – кивнул Алек, отчего-то решив ей подыграть. – Разрешите представиться, Александр Павлович Романов. Мы с вами, как вижу не имели удовольствия быть познакомленными.
– Ваше Высочество, – девушка сделала изящный реверанс, так спокойно словно не смутилась от встречи с будущим императором.
Алек на шестьдесят процентов был уверен, что незнакомка оказалась в подвале случайно. Но то, как она держалась, кланялась и улыбалась, составило сорок процентов. Что если она и в самом деле какая-нибудь графинька из Коряжмы. Каждому известно, что на этот бал приглашают бог весть кого со всех окраин империи!
– Позволите узнать ваше имя? – цесаревич не любил допускать неловких пауз в общение с прекрасным полом.
Она внимательно смотрела на юношу, которого никогда не должна была увидеть в живую. Возможно, оттого, что Регина до конца не осознавала реальности происходящего, она все еще могла сохранять самообладанием. Пока Алек на шестьдесят процентов был уверен в ее принадлежности к аристократии, она на те же шестьдесят процентов верила, что спит.
– Не думаю, нас должны представить подобающим образом, а разговор с вами наедине может стоить мне репутации.
Алек не стал расстраивать незнакомку тем, что уже успел достаточно близко познакомиться с ее телом и если она в самом деле тревожилась из-за репутации, переодевания посреди подвала – не самое разумное решение.
– Позвольте, в таком случае узнать с кем именно вы прибыли на бал. – Цесаревичу однозначно нравилось играть с гостьей.
– Разумеется, я прибыла с княгиней Ададуровой, – не соврала Регина.
– С самой Анной Петровной? Поразительно! – в самом деле удивился Алек.
Княгине Ададурова ненавидела подобные мероприятия и не бывала в свете почти четыре года, с самой кончины сына, если точнее. Ее сегодняшнее появление – сюрприз для всех. Даже для императрицы, а они ведь когда-то были лучшими подругами.
– Да, мы ехали отдельно от князя, не знаю, прибыл ли он уже.
– А у вас влиятельные друзья, – одобрительно кивнул Алек. – Вероятно, вы хотите вернуться к ним? Я сочту за честь, проводить вас в зал.
– Я думаю, что найду дорогу сама, как-то же я сюда попала, – уверенно отказалась Регина, словно говорила не с самим великим князем.
– Знаете, наши подвалы – сущий лабиринт, заблудиться здесь – дело абсолютно простое! Поэтому, я все же настаиваю.
Регина тоже это подозревала. Также, как и то, что если она сейчас уйдет от знакомого окна, сама уже дорогу не отыщет. Вместе с тем, инстинкт самосохранения подсказывал, что если ее увидят наверху, непременно раскроют в ней самозванку. Отвратительная ситуация!
– Пойдемте же, сударыня, вы ведь не хотите пропустить кадриль или вальс? – Вечно скучающему Алеку доставляло удовольствие это знакомство.
– Премного благодарна, Ваше Высочество, – сдалась Регина, опасаясь, что дальнейшее отпирательство вызовет еще больше вопросов у наследника престола.
– И все же, позвольте настоять, как я могу к вам обращаться?
– Рина, – она выбрала наиболее непривычную форму своего имени.
– Так вы из прибалтийской аристократии! – наконец у Алека сложилась картина.
Все знают о странностях прибалтийской знати! Если она оттуда, то вполне может оказаться и какой-нибудь княгиней. И тогда становится ясно почему хорошенькая Рина переодевалась посреди подвала! Прибалтийская княжна, что с нее взять?
– А вы, Ваше Высочество, я погляжу в подвал тоже не просто так ходили? – взглядом она указала на бутылку у него в руках.
Регина не знала, как еще мягче осадить внезапного спутника. Шутки про прибалтийскую аристократию она знала хорошо и ненавидела. Преимущественно из-за дружбы с Диной. До седьмого класса графиню Гирс дразнил всякий. Даже Гена, который Генрих. А все из-за дурацких стереотипов. Дине повезло, в восьмом классе из ребенка она превратилась в прекрасную барышню, но как же невыносимо выслушивать подобное. Регише стало любопытно, что сказал бы великий князь, узнай он, что провожает купеческую дочь.
– Уповаю на вашу милость! Не рассказывайте ничего родителям! – он отменно играл легкомысленность.
Немного демонстративно Алек вновь приложился к бутылке, словно так оно и предполагалось.
– Будете мне должны! – подхватила Регина, которая знала только одно: если сейчас потеряет самообладание, начнет нервничать, точно не сможет спастись.
В ее голове созрел план. Простой и очевидный. Сейчас Александр Павлович проводит ее до бального зала, она осторожно по стеночке сбежит к выходу, выйдет через главную дверь и залезет через окно. Оставит платье, заберет несчастный аттестат и пойдет вымаливать маманино прощение.
– В таком случае, позволите пригласить вас на вальс?
– Что? – Регина увлеклась мыслями о том, как сбежит, поэтому растерялась, услышав вопрос.
– Одолжение, я ваш должник и готов отплатить танцем! – Он недопустимо дерзко подмигнул.
Если бы Регина и в самом деле была прибалтийской аристократкой, подобный жест сделал бы ей честь, но при подобных обстоятельствах, лишнее внимание виделось ей чем-то совершенно лишним.
– Буду ждать с нетерпение, – солгала она, прикидывая, как бы отделаться от ненужного конвоя.
Алек, в свою очередь ловко оставил бутылку на ступенях и галантно распахнул дверь перед Риной. Девушка обомлела. Она стояла посередине анфилады, дверь, которой они воспользовались, маскировалась под один из отсеков стены и, если бы Региша не знала, что минуту назад находилась за этой стеной, потайной дверцы никогда бы не приметила. Она так впечатлилась, что на короткое время позабыла о своей несчастной сумке.
– Впечатляет, правда? – Алек самодовольно улыбнулся, будто лично занимался строительством, будто жил в этом доме.
– Правда, – кивнула Рина.
Алека удивила ее бесхитростность. При дворе редко встретишь подобное.
– Вы, Рина, воистину, так говорите, словно в нашем дворце впервые, – резонно заметил Алек.
– Вовсе нет, – справедливо заметила Региша, которая, как и все, бывала на экскурсии в общественных залах. – Но вы, Ваше Высочество, еще не видели, как я дивлюсь на парадной лестнице.
Алеку нравилось общаться с ней. Рина словно не боялась выглядеть глупо, а для этого нужна недюжая смелость.
– Ваше Высочество, вы проводите меня в зал или мы продолжим находиться наедине и рисковать репутацией нас обоих? – она немного приподняла подбородок, поскольку Александр Павлович был многим выше ее самой. Да и вообще, цесаревич так на нее смотрел, что Регише, не привыкшей к мужскому вниманию, стало не по себе.