Ана Тихая – Кара для Громова (страница 1)

Кара для Громова

Пролог

Красный диплом юридического факультета лежал в моей сумочке, но праздновать триумф почему-то не хотелось. Мой покойный отец, который с самого детства таскал меня с собой на судебные заседания и влюбил в адвокатское дело, точно бы мной гордился. Я знала кодексы наизусть, обладала феноменальной памятью и всегда, абсолютно всегда слушала свою интуицию. Но суровая реальность Сити быстро щелкнула меня по носу: без опыта работы молодая девчонка не была нужна ни одной приличной конторе. Вариантов стажировки не было вообще.

— Ада, завязывай киснуть! Мы четыре года пахали ради этого дня! — девчонки с потока буквально силой затащили меня в самый дорогой и пафосный клуб столицы — «Облака».

Я решила: была не была. Если уж моя карьера катится к чертям, эту ночь я проведу так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые студенческие годы. Я обожала красиво одеваться, поэтому для вечеринки вытащила из гардероба свое лучшее оружие: неприлично короткое, облегающее изумрудное платье из тяжелого шелка. Мои огненно-рыжие волосы пылали под неоновыми лучами стробоскопов дикой, растрепанной копной, а карие глаза лихорадочно блестели от выпитого шампанского.

Я танцевала в толпе, полностью растворяясь в оглушительном бите, пока моя хваленая интуиция, которая никогда меня не подводила, резко не забила в набат. Кожу на шее опалило жаром.

Я обернулась в сторону VIP-логи и едва не забыла, как дышать.

На меня смотрели. Нагло, хищно, не отрываясь. Мужчина, сидевший на кожаном диване в окружении еще двоих респектабельных парней, буквально прожигал во мне дыру.

Когда он поднялся и направился к танцполу, у меня пересохло в горле. Он был невероятно, запредельно сексуален. Высокий, с литыми мышцами, которые угадывались под безупречным темно-серым костюмом, с порочным лицом и легкой щетиной. Он двигался сквозь толпу как хозяин жизни, и толпа послушно расступалась перед ним.

Он остановился непозволительно близко. Я со своим небольшим ростом едва доставала ему до груди. От него пахло крышесносным парфюмом, дорогим виски и чистой, концентрированной опасностью.

— Привет, рыжая, — его голос, низкий, бархатный, с интимной хрипотцой, ударил мне прямо в низ живота. Он бесстыдно окинул взглядом мои открытые плечи и ноги. — Твои волосы горят так ярко, что я побоялся, как бы тут не включилась пожарная тревога.

— А вы, я смотрю, профессиональный спасатель? — я упрямо вскинула подбородок, изо всех сил стараясь скрыть, как бешено колотится сердце. Нападение — лучшая защита, папа всегда так говорил.

Мужчина сыто, опасно усмехнулся. Его большая, горячая ладонь без лишних церемоний легла мне на талию, мгновенно притягивая к своему жесткому, атлетичному телу.

— Хуже, — шепнул он мне прямо в губы, обжигая дыханием. — Я тот, кто этот пожар сейчас раздует. Как насчет того, чтобы переместить наше… заседание в более приватную обстановку? Обещаю, подзащитная останется довольна. Каждым сантиметром процесса.

В моей голове закружился вихрь мыслей. За всю мою жизнь мной ни разу не интересовался настолько красивый, уверенный в себе и порочный мужчина. Я видела по его глазам — он абсолютный скептик, собственник и эгоист, но то, как он держал меня, заставляло коленки подкашиваться.

«Москва огромна. Он явно из этих, элиты из VIP-кабин. Я вижу его первый и последний раз в жизни. Каковы шансы встретить его снова? Ноль», — уговаривал меня внутренний голос. А интуиция просто орала: «Иди за ним!»

— Ладно, спасатель, — выдохнула я, смело посмотрев в его карие, затуманенные желанием глаза. — Посмотрим на твои аргументы в суде.

В VIP-номере отеля на верхнем этаже, прежде чем сорвать с меня остатки одежды, он прижал меня спиной к закрытой двери. Его тяжелое дыхание обжигало мою кожу, а в темно-карих глазах горел такой первобытный голод, что у меня перехватило дыхание.

Но вместо того чтобы сразу поцеловать меня, он зафиксировал мои запястья одной рукой над моей головкой и внимательно посмотрел в лицо.

— Давай сразу проясним правила игры, рыжая, — его голос стал еще ниже, вибрируя от сдерживаемой страсти. — Никаких имён. Никаких номеров телефонов и глупых расспросов о жизни. Эта ночь — чистый импульс. Завтра мы проснемся, разойдемся в разные стороны и сделаем вид, что никогда не были знакомы. Мы больше никогда не встретимся. Согласна на такие условия сделки?

Я судорожно сглотнула, чувствуя, как его бедро бесстыдно вжимается между моих ног сквозь тонкий шелк изумрудного платья. Гордость на секунду уколола изнутри, но безумное желание, охватившее всё моё тело, было сильнее.

— Согласна, — выдохнула я ему прямо в губы, упрямо приподнимаясь на цыпочки. — Никаких имён. Всего одна ночь — и мы чужие люди.

— Отлично, — хищно оскалился он. — Контракт подписан.

И в ту же секунду все барьеры рухнули. Этот мужчина не собирался играть в джентльмена. Его губы накрыли мои сокрушительным, голодным поцелуем. Я судорожно всхлипнула, чувствуя, как его язык сплетается с моим, а пальцы с силой сжимают мои бедра. Он легко, словно я была невесомой пушинкой, подхватил меня, заставляя обвить его талию ногами, и перенес на огромную кровать.

То, что произошло дальше, было за гранью реальности. Он брал меня жестко, глубоко, уверенно, заставляя меня выгибаться на шелковых простынях и срываться на прерывистые, громкие стоны. Я отдавалась ему без остатка, кусая его за крепкие плечи, забывая обо всем на свете.

...Под утро я засыпала на его плече, чувствуя, как его сильная рука по-прежнему крепко удерживает меня за талию. Я закрывала глаза с улыбкой, абсолютно уверенная в том, что наша «сделка» закрыта раз и навсегда.

Как же сильно я ошибалась.

Глава 1

Неделю спустя.

— Ада Сергеевна! Ну сколько можно ждать? Где копии документов по делу Самойлова? — над моим ухом раздался противный, дребезжащий голос Бориса Альбертовича, ведущего адвоката гражданского департамента.

— Уже готовы, Борис Альбертович, — я натянула на лицо самую вежливую улыбку, на которую была способна, и протянула ему пухлую папку. — Здесь всё. Оригиналы, три копии, и на всякий случай я сделала выписку из реестра за прошлый год. Номер дела 44-У/2025, слушание назначено на одиннадцать утра в третьем зале.

Адвокат удивленно моргнул, забирая папки.

— Ты что, помнишь номер дела наизусть? Мы же только вчера его открыли.

— У меня феноменальная память, — скромно пожала я плечами.

— Ладно, хорошо. И принеси мне кофе. Две ложки сахара, без молока, — буркнул он и скрылся в своем кабинете.

Я со вздохом опустилась на свой рабочий стул в приемной «Громов и Партнёры».

Когда неделю назад мне чудом перезвонили из этой топовой юридической конторы и сказали, что готовы взять меня на стажировку помощником адвоката, я едва не прыгала от радости до потолка. Это же «Громов и Партнёры»! Самая крутая фирма в Сити. Я думала, что буду засиживаться над интересными кейсами, искать лазейки в законах, помогать на допросах — в общем, делать всё то, чему меня учил отец.

По факту же за эту неделю я превратилась в высокотехнологичного робота по варке кофе, распечатке бумаг и уничтожению документов в шредере. Мой непосредственный начальник, Борис Альбертович, относился ко мне как к пустому месту. К самому главному владельцу фирмы — легендарному Максиму Громову — меня, разумеется, даже близко не подпускали. Его кабинет находился на самом верхнем этаже за бронированными дверями, а обычные помощники видели его только в профиль на обложках бизнес-журналов. Настоящий юридический хищник.

Дождавшись, пока Борис Альбертович изучит копии, я решительно постучала в его дверь и вошла, держа в руках свежую чашку кофе.

— Ваш кофе, Борис Альбертович, — я аккуратно поставила чашку на стол и не ушла, как обычно, а осталась стоять, упрямо скрестив руки на груди.

— Что-то еще, Ада? — не поднимая головы от бумаг, спросил он.

— Да. Борис Альбертович, я работаю здесь уже неделю. Я наизусть помню все статьи Гражданского и Уголовного кодексов, могу по памяти цитировать прецеденты за последние пять лет. Пожалуйста… дайте мне почитать какое-нибудь настоящее, интересное дело! Хоть какое-нибудь запущенное, сложное производство. Я хочу практиковаться, а не просто переводить бумагу на ксероксе. Пожалуйста.

Адвокат наконец оторвался от бумаг, устало потер переносицу и посмотрел на меня как на назойливую муху:

— Караева, ты всего лишь стажер. Твоя задача — обеспечивать мне тыл и не лезть в дела старших. Какие тебе сложные производства? Иди работай.

В этот момент моя интуиция, дремавшая всю неделю среди офисной скуки, вдруг резко проснулась и бешено заколотила в набат. Кожа на шее покрылась мурашками, а по спине пробежала странная, горячая волна. Сердце ухнуло куда-то вниз еще до того, как за моей спиной открылась дверь.

Дверь в кабинет Бориса Альбертовича без стука распахнулась.

— Борис, у тебя готовы материалы по холдингу Воронцова? Мне нужны они прямо сейчас, — раздался от порога низкий, бархатный голос с легкой хрипотцой.

Этот голос… Я бы узнала его из тысяч. Он снился мне всю неделю.

Я резко обернулась, едва не опрокинув чашку с кофе, и замерла. В проёме стоял он. Тот самый высокий, атлетичный мужчина из ночного клуба «Облака». На нем был безупречный черный костюм-тройка, а верхняя пуговица рубашки была застегнута наглухо, скрывая ту самую шею, которую я неделю назад искусала в порыве страсти.