Ана Тихая – Идеальный ассистент для монстра (страница 7)
Я тихо выдохнула. Слава богу. Обычная корпоративная процедура. Никаких драм.
— И как наш уральский барон? — усмехнулся Руслан, садясь в кресло. — Подписал?
— Поторговался для приличия, покричал, но когда ему показали собранную Кирой Владимировной папку с номерами счетов — сломался. Подписал всё, включая передачу своих долей в местном рекламном агентстве в счет погашения долга. Сейчас он собирает личные вещи под присмотром охраны холдинга. К вечеру уральский офис будет полностью очищен от его людей.
— Отлично, — кивнул Воронцов. — Сафонов свободен. Пусть катится на все четыре стороны, в нашем бизнесе он больше и собачьей будки не возглавит с такой волчьей меткой.
Глеб кивнул, поднялся и, вежливо попрощавшись, вышел. Тема с Сафоновым была закрыта за какие-то пятнадцать минут. Тихо, буднично, без единого выстрела и громких заголовков в прессе.
Я перевела взгляд на Руслана. Напряжение, которое искрило между нами до прихода начальника СБ, никуда не делось, но теперь оно сменилось легкой усталостью после тяжелого дня.
— Ну вот и всё, Романова, — негромко произнес он, глядя на меня уставшими, но всё еще проницательными глазами. — Твое первое боевое крещение окончено. Уральский филиал обезглавлен.
— Рада, что всё закончилось цивилизованно, Руслан Дмитриевич, — я улыбнулась, чувствуя, как с плеч свалился огромный груз. — Раз вопросов больше нет, я пойду в приемную? Мой рабочий день, вообще-то, близится к концу.
— Куда это ты собралась? — Руслан выгнул бровь, и в его глазах снова промелькнул тот самый дразнящий, «монструозный» огонек. — Сафонов-то уволен, но Екатеринбург теперь под моим прямым управлением. Там зависли контракты пятисот моделей, тридцать текущих съемок и бухгалтерия, которую нужно переоформить на московский офис до завтрашнего утра.
Я замерла у двери.
— Хотите сказать?..
— Хочу сказать, Романова, что из-за твоей утренней инициативы мы оба сегодня застряли здесь очень надолго, — он выразительно посмотрел на часы. — Юристы пришлют первую партию документов на подпись через полчаса. Так что снимай пальто, возвращайся за стол и закажи нам в кабинет какой-нибудь приличный ужин. Работы у нас до полуночи минимум.
Я посмотрела на стопку папок, которую уже готовил к распечатке принтер, потом на Руслана, который расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и устало потер переносицу.
Остаться с ним один на один в пустом ночном офисе, разгребая последствия нашей маленькой победы — это было совсем не то же самое, что прятаться в его охраняемом пентхаусе. Это было гораздо более... интимно. И, признаться честно, пугало меня куда сильнее любого Сафонова.
— Будет сделано, Руслан Дмитриевич, — ответила я, возвращаясь к своему планшету. — Стейки или суши?
— Стейки, — не глядя на меня, отозвался он, но я отчетливо увидела, как губ Воронцова коснулась легкая, довольная ухмылка. — И побольше кофе, Кира. Ночь будет долгой.
Глава 11
Утро следующего дня началось с двойной порции эспрессо и тяжелой гудящей головы. Ночь мы провели за изучением уральских архивов, и к рассвету папка Сафонова была окончательно закрыта. Я думала, что заслужила хотя бы спокойный день в приемной, но у Воронцова на этот счет всегда были свои планы.
Около полудня на его рабочем планшете, который лежал на моем столе, глухо звякнуло оповещение. Особый, приоритетный сигнал. Я заглянула в экран и увидела всплывшее приглашение с золотым тиснением в цифровом формате.
«Закрытый показ весенней коллекции бренда “Арно & Ко”. Завтра в 19:00. VIP-ложа».
Я взяла планшет и вошла в кабинет Руслана. Он уже был на ногах — свежий, собранный, словно и не он спал сегодня всего три часа на диване в перерывах между проверками аудит-отчетов.
— Руслан Дмитриевич, пришло официальное приглашение от Жана-Поля Арно. Показ завтра вечером, — я положила планшет перед ним. — Вносить в календарь? Вы пойдете?
Воронцов мазнул взглядом по экрану, а затем поднял глаза на меня. В его взгляде промелькнула странная, оценивающая искра.
— Пойду, — коротко бросил он. — И ты идешь со мной.
Я замерла, решив, что мне послышалось.
— Простите? Зачем мне идти? Моя работа — обеспечивать ваш график здесь, в офисе. Сопровождение на светских раутах не входит в обязанности ассистента.
— Романова, не спорь, — Руслан откинулся на спинку кресла. — Завтра на показе Арно соберутся все представители LVMH, с которыми мы вчера подписали контракт. Там будет пресса, будут наши конкуренты из Милана. После уральского инцидента мне нужно показать рынку абсолютную стабильность. Ты — мое новое доверенное лицо. Твое присутствие рядом со мной на официальном вечере закроет все вопросы у прессы раз и навсегда.
— Но я… — я попыталась найти хоть один весомый аргумент, понимая, что появление на таком мероприятии под ручку с Воронцовым — это прямой шаг в эпицентр сплетен.
— Купи себе приличное вечернее платье, счет закроешь за счет компании, — перебил он, возвращаясь к бумагам. — Глеб отвезет тебя в шоурум. Завтра в шесть вечера ты должна быть готова. Свободна.
Я вышла из кабинета, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение пополам с непонятной, тревожной дрожью. Монстр забирал себе не только мое рабочее время. Он медленно, шаг за шагом, втягивал меня в свой личный мир.
Атмосфера закрытого показа душила своей роскошью. Огромный павильон старой фабрики переоборудовали в футуристический подиум. Повсюду вспыхивали софиты, шуршал дорогой шелк, а запах селективного парфюма смешивался с ароматом шампанского.
На мне было простое, но идеально скроенное темно-изумрудное платье в пол с открытыми плечами, которое Глеб помог выбрать в шоуруме. Руслан, шедший рядом в безупречном смокинге, приковывал к себе взгляды всех женщин в радиусе ста метров. Я чувствовала себя так, словно шла рядом с опасным, хищным леопардом — красиво, но в любую секунду может перегрызть горло.
Мы только успели поздороваться с парой французских инвесторов, как к нам со стороны бэкстейджа подбежала бледная, растрепанная девушка-организатор. Из её рации доносились панические крики.
— Руслан Дмитриевич! Слава богу, вы здесь! — она едва не плакала, хватая Воронцова за рукав. — У нас ЧП. На бэкстейдже катастрофа!
Руслан нахмурился, его аура мгновенно потяжелела.
— Что случилось? Сбавь тон и говори внятно.
— Лина Коваль… ваша топ-модель, которая должна закрывать показ в главном платье коллекции… Она только что упала на лестнице за кулисами! Подвернула лодыжку, нога мгновенно опухла, она ходить не может, не то что на шпильках! Жан-Поль в истерике, он грозится отменить финальный выход!
Воронцов жестко выругался сквозь зубы. Финальный выход в платье от Арно — это были центральные кадры для всех модных журналов мира, под которые холдинг уже заложил миллионные рекламные бюджеты. Срыв показа означал колоссальные убытки и репутационный удар.
— Ищите замену, — ледяным тоном приказал Руслан. — В холдинге мало вешалок её роста? Ткните в любую из первой десятки.
— В том-то и дело, что платье! — девушка всплеснула руками. — Это эксклюзивный кутюр, сшитый строго под параметры Лины. Корсет жесткий, его невозможно перешить за пять минут! У нас есть девочки её роста, но они либо слишком худые, либо шире в бедрах, корсет просто висит или не застегивается! Мы примерили на троих — всё мимо! Жан-Поль орет, что шоу сорвано!
Я стояла рядом, слушая этот хаос, и искренне сочувствовала бедной девушке. Вдруг Руслан замолчал. Его тяжелый, сканирующий взгляд медленно переместился с организатора на меня.
Он окинул меня взглядом сверху вниз — от прически до подола изумрудного платья. В его глазах загорелся тот самый опасный, просчетливый огонь, который я научилась панически бояться.
— Романова, — тихо произнес он.
У меня внутри всё оборвалось.
— Нет. Даже не думайте, Руслан Дмитриевич.
— Твой рост — метр семьдесят восемь. Объем груди и талии один в один как у Коваль, я видел твои медицинские карты при приеме на работу, — его голос звучал как приговор. Он схватил меня за локоть и буквально потащил за кулисы. — У нас нет времени. Ты идешь на подиум.
— Вы с ума сошли?! — я попыталась вырваться, но его хватка была стальной. Мы влетели в душный, сумасшедший мир бэкстейджа, где повсюду бегали полуголые модели и кричали стилисты. — Я ассистент! Я сижу с таблицами Excel! Руслан, отпустите меня, я без понятия, как это делать! Я никогда в жизни не ходила по подиуму!
Глава 12
Безумие бэкстейджа обрушилось на меня оглушительной волной. Здесь, за кулисами роскошного футуристического подиума, глянцевый лоск высокой моды мгновенно испарялся, уступая место концентрированному хаосу. Пахло лаком для волос, обжигающим утюгом, дорогим парфюмом и чистым, дистиллированным страхом. Полуголые топ-модели метались между вешалками, стилисты с пучками шпилек в зубах с корнем вырывали молнии из одежды, а координаторы шоу кричали в рации так, словно от этого зависела судьба человечества.
И посреди всего этого ада меня, не сбавляя шага, тащил за собой Воронцов. Его хватка на моем локте была железной — не вырваться, не повернуться назад. Его смокинг сидел на нем безупречно даже в этой суматохе, а лицо выражало ту самую ледяную, бульдожью решимость, перед которой пасовали международные суды.
— Руслан Дмитриевич, пустите меня! Это абсурд! — я попыталась упереться каблуками в бетонный пол, но он даже не заметил моего сопротивления, увлекая меня за ширму, где у зеркала сидела заплаканная Лина Коваль.