Ана Тхия – Все люди севера (страница 46)

– Иди, – только и произнёс Скалль, кивая на Уллу. – Она согласится.

– Вот уж не уверен, – пробормотал Торгни, но послушно встал со стула и двинулся к Улле, которая нервно теребила края своих рукавов, изредка поглядывая в их сторону.

Скалль неотрывно смотрел на неё, но их зрительный контакт прервал Торгни, подошедший к девушке очень близко.

– Потанцуешь со мной?

– Что? – фыркнула Улла. – Нет.

– Да брось, – мужчина потянул её за руки.

Девушка отчаянно сопротивлялась, но перечить Торгни было очень сложно. Не только из-за его обаяния, но и из-за немалой силы. Провидица начала махать белокурой головой, а потом бросила взгляд на конунга. Скалль уже видел, как Торгни целовал её на берегу. Но ничего не сказал, когда она попыталась поговорить и буквально зажала конунга в углу, перепуганная тем, что теперь он не простит ей этой маленькой измены. Скалль лишь улыбался и молчал.

Сейчас он смотрел на вёльву неотрывно, будто напоминая ей, что всё видит. Он знал, что обладает над Уллой большой властью, которую она сама вложила в его руки, хоть и не разобрался ещё, что ему с этой властью делать. Сейчас Улла с ужасом смотрела на конунга, пытаясь понять, какие чувства он испытывал, глядя, как её приглашает на танец другой.

Скалль еле заметно кивнул, позволяя потанцевать с Торгни.

Но Улле этого было мало. Она продолжала упираться, хотя оказалась в самом центре залы, где кружились пьяные танцоры. Торгни уже вовсю ловил ритм барабанов и флейт. Он оказался очень проворным: двигался пусть и не плавно, но ритмично и быстро. Тяжелые сапоги отбивали ритм по деревянному полу, а скамьи и столы тряслись, когда Торгни подпрыгивал.

– В чём дело, провидица? Ты не умеешь танцевать?

Улла гневно вскинула на него взгляд. Этот вопрос её очень задел.

Скалль наблюдал за ними и хитро улыбался в ладонь, поднесённую к губам. С каждым днём сил становилось меньше, поэтому поддаться словам Уллы становилось гораздо легче. И чем больше конунг слушал её, тем больше ощущал преданность и страстное желание вёльвы. Она была готова на всё ради разделения с ним власти над людьми. И чем дальше, тем больше Скалль ощущал собственную власть над ней.

Он мог заставить её обратиться к богам, позволить танцевать с Торгни, даже приказать или запретить спать с ним. Он мог поставить её на колени и заставить лаять по сигналу. Улла была юной, а поэтому не обладала хитростью мудрых женщин. Она была горячей и так сильно жаждала его внимания, что Скалль мог управлять её жизнью, а она бы думала, что управляет им сама.

Забавно.

– Да что ты знаешь о танцах, мальчишка! – расхохоталась Улла в лицо Торгни. – Я танцую так, что боги оборачиваются!

– Так докажи, – улыбнулся он.

Это была неслыханная наглость! По девушке было видно, как она вспыхнула от гнева, сразу забыв обо всём на свете. Даже про Скалля, который продолжал за ней следить. Она была увлечена движениями Торгни, явно находя их смешными.

– Ты всё делаешь не так, – Улла закатила глаза. – Но я покажу только один раз, а потом ты оставишь меня в покое, тупоголовый баран!

– Заносчивая девчонка! – фыркнул в ответ Торгни.

– Вонючий великан!

Торгни остановился, сощурился, слегка наклонился к девушке и, улыбнувшись, произнёс так, словно выплёвывал яд:

– Ведьма.

Улла окончательно потеряла терпение, теперь она была обязана стереть ухмылку с его лица. Она слегка подтянула юбку своего яркого жёлтого платья с десятком тонких поясков на талии и звенящими при каждом движении металлическими оберегами и украшениями. Зажав юбку в руках, Улла дождалась нужного музыкального такта, и начала кружиться вокруг Торгни, чудаковато выплясывая.

В зале мгновенно раздались громкие аплодисменты и свист, но лицо Уллы не выражало радости. Казалось, что она стремилась втоптать Торгни в землю своим танцем. Она так яростно кружилась, размахивала руками, что рыжему воину пришлось наконец поймать её, чтобы притянуть к себе и остановить.

– Довольна? – улыбнулся он.

Улла с трудом дышала, но всё-таки нашла в себе силы, чтобы оттолкнуть его. Но Торгни позволил ей лишь сделать шаг назад, продолжая держать её ладонь в своей руке.

– Нет, – с вызовом процедила Улла.

И они закружились в новом танце. Торгни смеялся от души, а Улла была в ярости. Понадобилось очень много времени – по меркам танцев, – чтобы её настроение сменилось на противоположное. Музыканты ускорили ритм, а танцоры один за другим валились на пол, путаясь в своих ногах. Но только не Улла с Торгни. Они танцевали до безумия, хлопали в ладоши, хватались друг за друга, синхронно отбивали ногами по полу. Прыгали, вскрикивали, хохотали.

Скалль молчаливо наблюдал и думал, удастся ли однажды Торгни затмить его, бессмертного конунга, в глазах Уллы. Возможно ли вообще что-то подобное?

Конечно, он желал Торгни счастья с женщиной, которую тот полюбит, но всё-таки Улла не годилась на эту роль. Конунгу было даже немного жаль друга, ведь ничто не могло заставить прорицательницу, верящую в предназначение, перестать пылать к Скаллю безумной страстью. Даже если сейчас Улла и Торгни так увлечённо танцуют вдвоём и кажутся со стороны очень счастливыми, держась за руки.

Музыканты сдались первыми. Они резко прервали игру, а Улла и Торгни практически рухнули на пол. Он помог ей заползти на скамью. Их лица были пурпурными, волосы прилипли ко лбу. Какое-то время они хрипло дышали.

– Не зови меня ведьмой, – наконец выдохнула Улла.

Торгни только улыбнулся и стер ладонью пот со своего лица.

– Но ты ведьма, – пожал он плечами.

Улла тяжело вздохнула и промолчала, пытаясь восстановить дыхание.

– Ничего не ответишь? – удивился Торгни. – Неужели я нашёл предел твоей язвительности? Берега твоего высокомерия? И…

– Думаю, ты нашёл в Улле то, что не сумел ни один из нас, – к ним подошёл Скалль. Улла нахмурилась. – Её доброе сердце.

– Если найду, то никому не скажу, что оно существует, – Торгни подмигнул девушке, но та в мгновение ока переменилась в лице.

Улла вскочила со скамьи, не отрывая взгляда от Скалля. Ноздри её раздувались от гнева, а страх вызвал улыбку на лице конунга.

– Танцуешь ты так же плохо, как шутишь. И советую больше не обсуждать моё сердце. Оно наполнено голосами богов, в то время как твоё собственное, как и голова, полно соломой, – она вскинула голову, а потом развернулась и кинулась прочь.

Торгни помрачнел и поднял глаза на возвышающегося над ним Скалля.

– Эй, – он выражал свои эмоции одними глазами.

– Что? – Скалль улыбался уголками своих губ. – Женщины изменчивы…

– Да, – холодно ответил Торгни и, взяв со стола кубок, отправился налить себе ещё выпивки.

Интересно, Торгни тоже уже понял, что Скалль способен легко управлять Уллой? Её настроением, поведением, мыслями. Конунг ощущал, как могущественная сила, которую боги даровали вёльве, покалывает ему пальцы. Всё принадлежало ему одному.

Осталось понять, как это использовать.

Глава 2

Улла знала, что всё произойдет сегодня, чувствовала это. Но Скаллю ничего не сказала. Уже прошло два дня, как Тор погиб. Продолжалась подготовка кораблей к путешествию в темноте, которая неизбежно наступит, когда волк проглотит солнце. Скалль с опытными мореходами продумывал, как им пройти сразу к Борре.

Конунг практически не разговаривал с Уллой. И с Торгни он не говорил.

Напряжение царило вокруг Скалля. Люди были подавлены последними событиями, которые рушились на них, словно проклятья. Тело погибшего Тора всё ещё лежало на горизонте. Люди смиренно ждали конца, становясь печальнее с каждым днём, проведённым в Ставангре.

– Теперь каждую ночь море покрывается тонким льдом. Может нам уже пора выдвигаться в путь, пока оно не замёрзло окончательно? – вздохнула Ракель, оказавшись рядом со Скаллем.

Он рубил дрова за длинным домом, со всех сторон окруженный поленьями. По их количеству было ясно, что Скалль занимается этим уже давно. Его тёплая чёрная рубаха прилипла к телу, а пояс практически развязался и упал под ноги. Волосы конунга были взъерошены. Он до сих пор носил косички, которые Ракель крепко заплела ему в Урнесе. Но взгляд Скалля изменился, казался сильно измождённым.

– Может, – буркнул он.

– Кто знает, когда солнце погаснет, – вздохнула воительница. – Может, мы бы успели добраться до Агдира и расположиться там, если люди уже покинули его…

– Мы идём в Борре.

– Зачем тебе Борре?

– Хочу забрать его у Хальвдана, – Скалль поставил большое полено перед собой на пень и, замахнувшись, опустил топор. Полено раскололось на две равные половинки.

– Серьёзно? – удивилась Ракель и встала перед конунгом, стараясь заглянуть в его глаза.

На ней было то самое платье небесного цвета, которое Скалль запомнил особенно хорошо. Не только цвет, но и ткань, которую сминал своими пальцами. Правда, сейчас платье практически полностью скрывалось под плотной накидкой, доходившей Ракель до колена. Скалль уставился на торчащий подол, на мгновение погрузившись в воспоминания.

– А что тебя не устраивает? – тяжело дыша, он бросил быстрый взгляд на Ракель и сразу отвёл глаза.

– Армия, которая будет нас ждать.

– Я уже видел армии. Все без исключения сдались мне.

– Скалль! – Ракель повысила голос, взывая к разуму своего вождя. – Да что с тобой? Ты ведь собирался спасти всех людей севера, но теперь готов пожертвовать ими, лишь бы взять Борре. У нас и так никого не осталось, скоро будет некого спасать!