Ана Тхия – Все люди севера (страница 32)
Ответом ей было долгое молчание. Скалль с интересом сощурился, он ждал реакции людей. И вот наконец зашуршали верёвки, затопали ноги. Ворота медленно закрылись, отделив Ракель от её города. Скалль понял, что дочь ярла теперь имеет ощутимую власть и доверие своих людей. А ещё он понял, что обитатели Урнеса растеряли последние крупицы разума, если позволяют женщине руководить ими. Они в отчаянии.
Девушка облегченно выдохнула, что не скрылось от конунга. Стало ясно, что она не была до конца уверена в своём влиянии, но всё-таки люди теперь были на её стороне.
– Почему ты убила славного ярла Хрута и своих братьев? – хмыкнул конунг, расхаживая перед Ракель.
За его спиной с ноги на ногу переминалось так много воинов, что Ракель не видела им конца. Ей было очень страшно стоять одной перед всеми людьми северных земель.
– Мой отец хотел сразиться с тобой.
– Достойное желание. А ты не хочешь?
– Сначала я хочу поговорить с тобой.
– Я уже посылал к вам гонца с предложением поговорить, – рявкнул Скалль и многозначительно положил руку на топор на своем поясе. – Но вы убили моего друга, как трусы, – он сжал кулаки и сощурился, не отрывая взгляда от лица девушки.
– Его убил мой отец, – Ракель без жалости пнула голову Хрута, и та покатилась по земле. – И я выразила ему своё несогласие.
– Почему ты не выразила его перед убийством Йорана? – крикнул человек из толпы.
Скалль резко обернулся, ища глазами того, кто посмел влезть в его разговор. Ракель подумала, что он не любил, когда его люди переходили границы дозволенного. Скалль долго смотрел на воина, а потом обернулся к Ракель:
– И правда, почему?
Она сглотнула.
– Я до последнего верила в его благоразумие. Я верила, что он откроет город.
– Если ты хочешь именно этого, значит, всё-таки теперь город мой? – Скалль сделал несколько решительных шагов вперёд.
Ракель испуганно выставила перед собой меч и слегка согнула ноги, принимая боевую стойку, готовясь при необходимости кинуться в атаку. Хоть и верила слухам о бессмертии Скалля.
За спиной конунга ощетинилась оружием шеренга воинов, выставивших перед круглыми щитами копья, мечи и топоры. Целое северное полчище против одной Ракель.
– Ещё нет, – громко сказала девушка. Скалль посмотрел на неё с ехидным блеском в глазах, будто испытывал пределы её смелости. Он выглядел очень самоуверенным. – Твои люди накормлены, конунг?
– Да, у нас достаточно еды.
– Почему вы все покинули свои дома? – задала Ракель вопрос, который уже очень давно не давал ей покоя.
– Наступил Рагнарёк. На севере нет ничего живого. Холод слишком быстро нагоняет нас, поэтому мы нуждаемся в кораблях и крепких воинах, – Скалль говорил быстро и чётко, слова слетали с его губ очень уверенно, будто бы даже заученно.
Вероятно, поняла Ракель, он говорил одно и то же в каждом городе, в котором побывал.
Из-за шеренги воинов, раздвинув всех плечами, вышел ярл Хундольф.
– Ракель! – позвал он. – Люди Гаулара, как и я сам, не верили в легенды о Рагнарёке и в то, что конунга Скалля боги избрали для нашего спасения… Но я воочию убедился, что слухи не выдумка! Страшная зима наступила, Ракель. И наша дорога лежит на юг. Эти земли не спасти.
– Да, отец говорил мне, что ты трус, – фыркнула в ответ девушка.
– И вот где он теперь! – хохотнул ярл. – А я здесь. Сыт, согрет и вверяю свою жизнь конунгу, что послан нам богами, – он возвел руки к небесам.
– Почему ты считаешь, что он посланник богов, а не очередной ублюдок, желающий захватить север?
Ракель не знала, что ей делать. Боясь совершить ошибку, она старательно обдумывала всё увиденное и сказанное и никак не могла решиться на отчаянный шаг. Если она примет неверное решение, то люди могут не простить ей этого.
– Что в тебе божественного, северный зверь? Чем ты одурманил разум ярла Хундольфа?
– Лучше один раз увидеть, – улыбнулся Скалль и быстро двинулся в сторону девушки. Он повысил голос для слушающих их людей Урнеса. – Всем вам лучше скорее это увидеть!
– Стой на месте! Не подходи ко мне! – вскрикнув, Ракель сделала несколько шагов назад и, когда её глаза уже наполнились ужасом, конунг занёс над ней топор.
Скалль сделал это, как потом поняла сама воительница, очень медленно, лишь для того, чтобы она успела отреагировать. Ракель вскрикнула и наотмашь ударила конунга по груди.
Ее руки заметно полегчали, словно их и вовсе отрубили. Пройдя будто насквозь свою цель, Ракель полетела дальше, не встретив никакого сопротивления. Ее тело скользнуло мимо конунга, задев того плечом. Ей пришлось сделать несколько неуверенных шагов, чтобы удержаться на ногах.
Ракель резко вскинула голову, не понимая, что произошло. Она уставилась на конунга, которого пыталась разрубить мечом, но на нем не было ни глубоких ран, ни даже царапин. Зато вся грудь была покрыта мелкой металлической пылью. Взглянув на свои руки, дочь ярла увидела, что от меча осталась одна бесполезная рукоять. Ею можно было теперь забивать гвозди или дать поиграть детям.
Когда окровавленное платье стало отливать металлическим блеском, Ракель засверкала на солнце.
– Что это? – выдавила девушка. Её голос дрожал. – Выходит, слухи не врут? Тебе не страшно оружие людей?
– Кто знает, может быть, и оружие богов тоже, – конунг подмигнул ей.
Ракель испуганно подняла глаза на стену, чтобы увидеть, как Фюн и Эта треплют друг друга за плечи, шумно переговариваясь. Люди кричали, их становилось всё больше на стенах города. Они хотели увидеть всё своими глазами.
– Если ты избран богами, то сможешь ли спасти моих людей? – выдохнула тяжело девушка. – Подаришь им весну? Урожай? Ты защитишь нас от любой напасти, что принесёт с собой холод?
– Да. Если, конечно, эти люди пойдут за мной, – Скалль широко улыбнулся, радуясь сам себе.
– Пойдут, если выберут тебя на тинге, – уверенно произнесла Ракель, и конунг удивлённо захлопал глазами.
Видимо, поняла девушка, он уже решил, что получит город быстро и нечестно.
Ракель опасливо подошла к Скаллю так, чтобы больше никто не слышал её слова. Металлический запах крови и пыли, оставшейся от её оружия, сильно ударил в носы обоих. Ракель немного приподнялась на носках, желая дотянуться до ушей конунга.
– Эти люди истощены глупостью своего ярла, – произнесла она тихо. – Сначала накорми их, как я того прошу. Потом расскажи им всё, что знаешь сам.
– Ты заботишься о людях, как мать о своих детях, – улыбнулся Скалль.
– Поверь, конунг, им сейчас больше нужна заботливая мать, чем глупые отцы.
– Вот как? – с улыбкой выдавил Скалль, наклонив голову ниже. – Об этом ты сейчас думаешь? Что можешь занять место Хрута? Ты ведь понимаешь, что ты не можешь быть ярлом, женщина?
Ракель сглотнула и не ответила. Она знала, что конунг прав.
– Обещай, что у каждого будет выбор. Что они присоединятся к твоему походу, только если сами того захотят, – попросила она.
– Зачем мне вообще тратить пищу на тех, кто может отказаться примкнуть ко мне? – шипящим шёпотом спросил Скалль и удивленно вскинул брови.
Ракель не знала, что ему ответить. Она вздрогнула, приоткрыла было рот, но не нашла слов. Сжав губы в тонкую линию, девушка засопела. Скалль же, к удивлению, улыбнулся и вздохнул, а потом пальцем смахнул с её щеки пучок металлической пыли. В этом покровительственном жесте было больше заботы, чем Ракель могла ожидать от сурового северного завоевателя.
– Я накормлю всех твоих людей, Ракель Хрутдоттир, – заверил он. – Только не забудь этого.
– Буду у тебя в долгу.
– Да. Будешь.
Ракель удивлённо моргнула, но не стала медлить, боясь, что бессмертный конунг передумает. Она сделала шаг от него и повернулась к своим людям:
– Конунг Скалль и его люди – наши гости. Они поделятся с нами едой. И расскажут, почему покинули север. К тому же вечером на честном совете люди Урнеса смогут выбрать нового ярла, – выдохнула девушка и с вызовом посмотрела на конунга. – Как того велят законы.
– Вдруг в честном голосовании люди выберут меня? – хитро спросил Скалль так, чтобы его слышала только Ракель.
– Не думай, что у тебя не будет соперников, – тихо прошептала она.
– О-о-о, – протянул Скалль. – Раз боги нас покинули, то и женщина теперь хочет стать ярлом, – хохотнул он. – Я ведь уже сказа…
Ракель прервала его жестом руки:
– На место ярла всегда хватает желающих. Я не единственная из них.
– Кого бы ни выбрали эти люди своим ярлом, но место их матери, кажется, уже занято, Ракель Хрутдоттир, – почтительно наклонил голову Скалль, проявляя уважение. – И значит, они уже спасены, – он подмигнул ей.
Девушка выдохнула, ощутив, что тяжёлый разговор наконец подошел к концу. Скалль скомандовал людям войти в город. Пнув голову своего брата Рауда, который мертвыми запыленными глазами смотрел на неё снизу, Ракель отправилась по улицам. Единственный путь, который она сейчас вспомнила, – дорога к дому братьев Трюггвиссон.
Этот дом показался ей самым безопасным местом. Местом, где её точно не будут искать.