Ана Кор – Печать демона (страница 12)

— Потому что боится, — Азазель откинулся на спинку кресла. — Боится, что если имя станет известно, убийца уничтожит всех, кто его знает. Как уничтожил Серену.

— А вы? — она посмотрела на него. — Вы боитесь?

— Я боюсь только одного, — он помолчал. — Что не успею защитить тебя.

Он поднялся и подошёл к стене, где висела карта — огромное полотно, испещрённое линиями и символами. Алиса не сразу поняла, что это карта мира. Не Земли, а Арантира. Пять континентов, соединённых магическими мостами, и в центре — огромное пустое пространство, отмеченное черепом.

— Это Разлом, — сказал Азазель, указывая на пустоту. — Место, где когда-то был портал на Землю. Теперь там ничего нет. Пустота. Но недавно… — он помолчал, — недавно там начали происходить странные вещи.

— Какие?

— Исчезают маги. Те, кто пытается исследовать Разлом. Пятеро за последний год. Совет скрывает это, но я знаю, — он повернулся к ней. — И я знаю, что это связано с убийствами в академии.

— Вы думаете, убийца связан с Разломом?

— Я думаю, что убийца пытается открыть портал. Туда. Или оттуда, — он вернулся к столу и сел. — Для этого нужны жертвы. Много жертв. Серена была первой. Потом были другие. И если мы не остановим его, будут новые.

— Почему вы рассказываете мне это сейчас?

— Потому что сегодня ты показала, что можешь защитить себя, — он посмотрел на неё в упор. — И потому что я хочу, чтобы ты знала: ты не просто приманка. Ты — ключ. И если мы найдём убийцу, ты сможешь снять проклятие.

— Как?

— Своей волей, — он встал и подошёл к ящику стола. — Своим светом. Тем, что ты носишь в себе.

Он открыл ящик и достал портрет в тяжёлой деревянной раме. Поставил его на стол перед Алисой.

На портрете была девушка. Тёмные волосы, светлые глаза, тонкие черты лица. Она улыбалась, и в этой улыбке было что-то, что заставило сердце Алисы сжаться.

— Серена, — прошептала она.

— Серена, — подтвердил Азазель. — Ты очень похожа на неё. Но ты не она. Ты сильнее.

— Почему вы так думаете?

— Потому что она боялась, — он убрал портрет в ящик. — А ты идёшь вперёд, даже когда страшно.

Он закрыл ящик и посмотрел на неё. В его глазах, алых как всегда, она увидела то, чего не видела раньше. Не холод. Не боль. Надежду.

— Иди, — сказал он. — Завтрак скоро закончится. Иди, ешь, отдыхай. Завтра будет новый урок.

Алиса встала. У порога она обернулась.

— Азазель, — сказала она. — Вы верите, что мы найдём убийцу?

— Верю, — ответил он. — Потому что теперь у меня есть ты.

Она вышла, и дверь за ней закрылась. В коридоре её ждала Лира.

— Ну как? — спросила она. — Ты жива?

— Жива, — Алиса улыбнулась, и в этой улыбке было что-то, чего Лира не видела раньше. Решимость.

— Тогда пойдём, — Лира потянула её к столовой. — Завтрак. А потом я покажу тебе академию. Там есть места, о которых ты даже не подозреваешь.

Они пошли по коридору, и Алиса чувствовала, как внутри неё, там, где горела холодная искра контракта, зажигается что-то новое. Не надежда — уверенность. Она справится. Она выживет. Она найдёт убийцу. И вернётся домой.

Завтрак в большом зале был в разгаре, когда Алиса и Лира вошли под высокие своды. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь стрельчатые окна, падал на длинные столы, и скатерти — алая, синяя, зелёная, жёлтая — горели яркими красками. За жёлтым столом факультета духа уже сидели Финн, Эйлин и ещё несколько человек, которых Алиса не запомнила. Финн махал ей рукой, приглашая сесть рядом.

— Алиса! — крикнул он, когда они подошли. — Лира, ты булочки припрятала?

— Не сегодня, — Лира села напротив. — Сегодня ты сам будешь добывать себе еду.

— Жестоко, — Финн вздохнул, но подвинулся, освобождая место для Алисы. — Как прошло первое занятие? Азазель не слишком тебя нагружал?

— Нормально, — ответила Алиса, чувствуя на себе взгляд Эйлин. Та сидела во главе стола, сложив руки на груди, и смотрела на неё с тем же холодным любопытством, что и вчера.

— Нормально? — переспросила Эйлин, и в её голосе прозвучала насмешка. — Ректор занимается с тобой лично, ты строишь щит с первого раза, а ты говоришь «нормально». Скромность — это хорошо, но не переигрывай.

— Я не переигрываю, — Алиса взяла с подноса кусок хлеба и налила себе чай. — Мне ещё многому нужно научиться.

— Научишься, — Эйлин усмехнулась. — Если выживешь.

— Эйлин, — осадил её Финн. — Хватит. Человек первый день в академии.

— Я просто напоминаю, — Эйлин пожала плечами. — У нас на факультете духа не любят слабых. Если новенькая не вытянет, её быстро сожрут. Не демоны — свои же.

Алиса почувствовала, как внутри неё, там, где горела холодная искра, что-то шевельнулось. Не гнев — скорее, вызов.

— Я вытяну, — сказала она, глядя Эйлин прямо в глаза. — Не беспокойтесь.

Эйлин хотела ответить, но в этот момент за алым столом напротив поднялся шум. Алиса повернула голову и увидела высокого блондина в мантии факультета огня. Он стоял, опершись руками о стол, и смотрел прямо на неё. Его лицо было красивым — острые скулы, хищный разрез глаз, самоуверенная улыбка. Он был из тех, кто привык получать всё без борьбы.

— Кто это? — спросила Алиса, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

— Дориан, — ответил Финн, и в его голосе прозвучало предостережение. — Глава факультета огня. И главный задира академии. Не смотри на него.

Алиса не послушалась. Она смотрела прямо на Дориана, и он смотрел на неё. Потом он улыбнулся — медленно, хищно — и направился к их столу.

— Так вот она, новенькая с факультета духа, — сказал он, останавливаясь напротив Алисы. Голос у него был низким, с хрипотцой, и говорил он нараспев, явно наслаждаясь вниманием. — Алиса фон Эйзен, последняя из вымершего рода. Говорят, ректор лично взял тебя под опеку. Это большая честь для такой… неопытной.

— Мне повезло, — ответила Алиса, не отводя взгляда. — Ректор считает, что у меня есть потенциал.

— Потенциал, — Дориан усмехнулся. — У нас на факультете огня есть традиция: проверять новеньких на прочность. Показывать, что такое настоящая магия, а не эти ваши душевные игры.

Он щёлкнул пальцами, и на его ладони вспыхнул огонь. Не чёрный, как у Азазеля, а ярко-красный, почти оранжевый. Он рос, пульсировал, и Алиса почувствовала жар даже на расстоянии.

— Дориан, оставь, — Финн встал. — Она первый день. Не лезь.

— Я не лезу, — Дориан пожал плечами, но огонь не погасил. — Я просто предлагаю дружеское состязание. Самую малость. Пусть покажет, на что способна. Или боится?

Вокруг начали собираться зрители. Студенты с других факультетов оборачивались, перешёптывались. Кто-то смотрел с любопытством, кто-то с осуждением. Эйлин сидела с каменным лицом, но не вмешивалась. Лира положила руку на кинжал — машинально, но не вытащила.

Алиса посмотрела на огонь в руке Дориана. Она вспомнила, что Азазель сказал утром: «Не показывай слабость. Используй свою волю». Она не умела колдовать, но умела строить стену.

— Хорошо, — сказала она тихо, но так, чтобы все услышали. — Давай.

Финн дёрнулся, но Лира остановила его рукой.

— Она знает, что делает, — сказала Лира, хотя в голосе её не было уверенности.

Дориан ухмыльнулся. Он явно не ожидал согласия.

— Отлично. Простейшее. Я пущу в тебя огненный шар. Ты должна его отразить или погасить. Если сможешь, — он сделал шаг назад, давая пространство. — Готова?

— Да, — Алиса встала, чувствуя, как колени дрожат. Она закрыла глаза, как учил Азазель, и представила стену. Прозрачную, твёрдую, от пола до потолка. Она растёт из её груди, обволакивает её, защищает.

— Раз, — сказал Дориан.

Она почувствовала жар. Не открывая глаз, она выставила руки вперёд, и в тот же миг стена выросла перед ней — серебристая, мерцающая, как утром в кабинете.

— Два.

Огонь ударил. Алиса не увидела его, но почувствовала — огромная волна жара накрыла её, но стена держала. Жар был снаружи, а внутри — тишина и холод. Она стояла в центре бури, и буря не могла её достать.

— Три.

Тишина. Жар исчез. Алиса открыла глаза.