Ана Эрмиш – Порох. Бабочки. Шипы (страница 9)

Двор в это время тихий и безлюдный, а одинокие фонари почти не освещают тёмное пространство. Так что проблем быть не должно – быстро объясним незадачливому бизнесмену, почему ему нужно поскорее вернуть долг, и можно расходиться. Помешать тоже никто не должен, мало кто захочет связываться с десятком мужиков с кастетами.

Я закуриваю, краем уха слушая разговор Серого с Севой. Ничего не подозревающий мужчина уже движется прямо к нам в руки, и ждать остается совсем недолго. Минут через десять белый “фольц” заезжает во двор и паркуется недалеко от нас. Из него появляется мужчина лет тридцати с небольшим в рубашке и брюках. Он смотрит в экран телефона, пролистывая его большим пальцем, а вот по сторонам даже не оглядывается. Я усмехаюсь – будь он более внимательным, может, тогда у него появился бы шанс разглядеть компанию возле подъезда.

Но нам это только на руку. Серёга кивает головой, давая знак, что это наша цель, и мы синхронно натягиваем балаклавы, а я ещё и накидываю сверху капюшон от толстовки.

Двигаемся быстро и слаженно, и спустя несколько секунд, мужчина уже оказывается окружён со всех сторон. Он медленно поднимает голову от телефона, и в его глазах появляется чистый неприкрытый ужас. Он резко дергается вперед в попытке ухватиться за еще открытую дверцу машины и, нырнув внутрь, запереться изнутри. Но Вася оказывается быстрее, со всей силы шарахает дверью прямо перед носом парня и отрезает его от спасительного пространства салона. Тот интуитивно делает шаг назад, но упирается спиной в подступившего сзади Гришу.

– Что вам нужно? – срывающимся голосом произносит мужчина.

– А ты сам поразмысли, Алексей, – усмехается Серега. Выходит немного вперед, демонстративно покручивая в руках биту, от вида которой у Алексея по лбу сбегает тонкая струйка пота. Я-то знаю, что она скорее для устрашения и пускать ее в ход Серый вряд ли будет – он справится и без этого. Но нашему другу это неизвестно, поэтому он жмется спиной к машине и судорожно пытается попасть дрожащими пальцами по телефону.

Серега тоже это замечает и, сделав еще один шаг вперед, легко выхватывает у него из рук телефон и отбрасывает в траву.

– У меня нет денег, – с отчаянием выкрикивает Алексей, оказавшись на редкость догадливым. – Я уже сто раз говорил, что вложил все и прогорел.

– И что будем с этим делать? – обманчиво спокойно спрашивает Серега,склонив голову набок.

– Я всё отдам, честно! Но не сразу, мне нужно время.

– Нет у тебя времени. Деньги нужны до конца недели.

– Это же через три дня! Где я найду их за такое время? – со свистом выдыхает Алексей. С его лица уже сошли все краски, и он бледен, как лабораторная крыса. На мгновение мне даже становится его жаль, но я быстро выбрасываю это из головы. Я просто делаю то, за что мне платят деньги, и ничьи личные трагедии меня не волнуют.

– Можешь продать тачку, – советует Вася и хлопает огромной ручищей по бамперу.

– Ее даже на четверть долга не хватит!

– Квартира? – подсказывает Серый.

– Квартира матери, – быстро тараторит Алексей. – А у меня ничего нет, честное слово.

– Так иди к мамочке и попроси помочь. Не откажет же, на то она и мать.

Я бы поспорил с этим заявлением, но в случае Алексея это скорее всего правда, и его мать с готовностью продаст и квартиру, и душу дьяволу, если потребуется, чтобы вытащить нерадивого сына из неприятностей, в которые тот влез по своей же глупости. Меня это злит настолько, что даже растерянная и отчаявшаяся рожа Алексея перестает вызывать жалость. И теперь я испытываю только раздражение и желание вмазать ему посильнее, чтобы в следующий раз он думал прежде, чем влезать в долги.

Я медленно надеваю на руку кастет и несколько раз сжимаю и разжимаю пальцы. Лицо Алексея становится по оттенку близким к зеленому, а кадык нервно дергается. Он хочет отступить еще дальше, но его спина и так упирается в автомобиль. Затравленно оглядывается в поисках путей отступления, но не находит – нас много и кольцо слишком плотное. Приподнимает руки ладонями вперед и сдавленно сипит:

– Парни, пожалуйста. Я все верну, обещаю. Но за три дня даже квартиру продать нереально. Умоляю, мне нужно хоть немного времени!

Долгие разговоры – это по части Сереги, поэтому я перехожу к действиям и ударяю Алексея в лицо. Совсем несильно, хотя сдерживаться удается с трудом, но, когда металлический кастет сталкивается с тонкой кожей, она легко рвется, а мужчина вскрикивает от боли и неожиданности. Его голова резко дергается назад, и он заваливается на машину, а потом плавно сползает на землю. Серый неодобрительно косится на меня, а я пожимаю плечами – я только что сэкономил нам кучу времени.

Алексей жалобно скулит и держится за разбитое в кровь лицо. Серега опускается перед ним на корточки и хлопает по плечу.

– Три дня. У тебя есть ровно три дня, если не хочешь встретиться с нами снова. Но тогда мы уже поговорим по-другому. И если хоть одна живая душа узнает о нашем разговоре, тебе конец. А долги будем вытрясать со всех твоих родственников по порядку. Советую поторопиться. Все понятно?

Он быстро и суетливо кивает, и Серега, довольный его ответом, встает и дает знак уходить. Из двора мы исчезаем быстро, и отойдя подальше, я прячу кастет в карман и стаскиваю с головы балаклаву. Серый догоняет меня и идет рядом, подстраиваясь под мой темп.

– И что это было, малой? – тихо спрашивает он.

– Ничего. Достал ныть и оправдываться. А мне хотелось побыстрее свалить.

– Уверен?

– Уверен, Серег! – раздраженно выплевываю я.

На деле это только часть правды, но обсуждать это я не собираюсь. Можно было сдержаться, но недосып делает меня раздражительным и еще более неуправляемым. А от мысли, что даже у такого бесхребетного создания, как Алексей, есть человек, который будет за уши тянуть его из любой ямы, перед глазами и вовсе темнеет от злости. Вообще-то природой задумано, что у каждого должен быть такой человек, но иногда жизнь вносит свои коррективы.

Серега внимательно смотрит на меня и, кажется, понимает больше, чем я говорю вслух. Но от комментариев воздерживается, только замечает.

– Ты хреново выглядишь. Осунулся, глаза красные, синяки на пол лица. Ты когда последний раз нормально спал?

– Не помню, – честно отвечаю я.

– Отдохни, малой, – Серега вздыхает. – И проспись как следует.

Я молча киваю и, попрощавшись с парнями, ухожу, пока не взорвался окончательно от советов. Можно подумать, я сам этого не знаю. По дороге домой заезжаю в аптеку за препаратами посильнее – они не продаются без рецепта от врача, которого у меня и в помине нет. Но зато с фармацевтом сложилось взаимопонимание, и она спокойно закрывает на это глаза.

Заполучив заветные таблетки, я приезжаю домой и, быстро приняв душ, выпиваю. А затем падаю в кровать в надежде проспать хотя бы сутки.

Глава 8. Ответственность и долги

Саша

Первая учебная неделя пролетает со космической скоростью. Я даже не успеваю понять, когда успевает наступить пятница, а потом и выходные, которые тоже заканчиваются слишком быстро. В субботу я отправляюсь навестить родителей, а заодно забрать вещи, которые не взяла с собой сразу. А все воскресенье сначала отсыпаюсь, а затем раскладываю остатки вещей по шкафам под романтические комедии.

Если не брать во внимание Чайкину, то коллектив в школе оказался приятным и доброжелательным. И всего за неделю у меня получается неплохо в нем освоиться. Вверенный мне класс тоже пока ведет себя тихо, и за это время ребята еще ничего не выкинули, а на моих уроках сидят спокойно и делают вид, что слушают. Хотя, некоторые и правда искренне пытаются понять темы, и мне приходится прикладывать все свои знания и умения, чтобы не просто объяснить, но еще и заинтересовать.

Расстраивает только, что среди них нет Колмогорова. А ведь мне показалось, что он умный и сообразительный, просто не хочет этим пользоваться. Но я решаю пока не давить и не настаивать, довольствуясь тем, что он хотя бы тихо сидит на задней парте и не срывает уроки.

Зато среди интересующихся внезапно оказывается робкий и стеснительный парень с первой парты – Олег Мезенцев. Он выглядит в этом классе не совсем уместно – худой, долговязый, рыжеволосый, с россыпью веснушек на лице, и то и дело затравленно оглядывающийся по сторонам. Он явно способнее, чем хочет казаться, но специально подстраивается под общую успеваемость коллектива, и я с сожалением, но понимаю его. Здесь, как в логове зверей, или ты как все, или тебя сожрут. И Олег просто выбрал свою стратегию выживания среди хищников. Непонятно только, почему не перевелся в другой класс – то ли испугался, то ли привык.

Второй неожиданно оказывается самая разукрашенная девчонка в классе Ксения Ласкина. Тени на ее глазах всегда вызывающе яркого цвета – то синего, то зеленого, то фиолетового, а вот губы неизменно алые. Как и ногти, такой длины, что она с трудом может держать в них мел. Зато Ксюша легко схватывает новые темы, хоть и заметно, что пройденный ранее материал проседает, и обладает математическим складом ума. И, в отличие от Олега, который бледнеет каждый раз, давая правильный ответ, не боится показаться лучше других. Наверное, потому, что она, как и Колмогоров, на самой верхушке пищевой цепи.

А на вводной контрольной выясняется, что и две близняшки, которые на самом деле оказываются даже не сестрами, тоже неплохо разбираются в теме и разбавляют стройную шеренгу двоек твердыми тройками.