Ана Эрмиш – Порох. Бабочки. Шипы (страница 7)
Постепенно бизнес Виктора разросся, и он основал небольшую строительную компанию, занимающуюся в основном возведением индивидуальных домов и таунхаусов. Вполне законная организация, но даже здесь он то и дело прибегал к тем же методам убеждения, когда деньги и связи оказывались бессильны. А мы с ребятами стали теми самыми людьми, которым приходилось марать руки ради процветания его компании. Ну и ради денег, конечно.
Я угодил сюда лет десять назад. Мне тогда не исполнилось даже пятнадцати, и я занимался мелким разбоем на улицах. Пока не имел неосторожности выбрать себе в жертвы Марата. Он был лет на пять старше меня, но в то время еще казался очень щуплым, и поэтому я посчитал, что легко с ним справлюсь, но жестоко ошибся. Мара разбил мне лицо и оставил на теле с десяток огромных гематом. А через пару дней нашел меня на улице, привел в этот самый гараж и заявил, что разглядел во мне потенциал.
И теперь я все также занимаюсь разбоем, только в других масштабах и за большие деньги. И стараюсь не размышлять о том, хорошо или плохо поступаю – жизнь не дала мне права задумываться об этом. Я делаю и всегда делал то, что помогает выжить.
Виктор передает Серому папку с листами бумаги. Я уже знаю, что там информация о том, кого нам нужно припугнуть – имя, адрес, места, где бывает, фотографии. Даже не пытаюсь заглянуть внутрь, как это делают Рик и Эдик, а полагаюсь на Сергея. Мне неинтересно, кто очередной несчастный, оказавшийся на пути у Виктора. Плевать, какую сумму он должен, зачем вообще ему понадобились деньги и есть ли у парня хотя бы возможность вернуть долг. Это не мое дело. Все, что меня интересует – это гонорар, который заплатит нам шеф.
Виктор прощается с нами и уходит, громко разговаривая с кем-то по телефону. Парни минут двадцать обсуждают нашу будущую цель, планируют, где и как лучше к ней подобраться. Я их почти не слушаю. Закуриваю, выпускаю в потолок облако серого дыма и закрываю глаза. После поединка с боксерской грушей во всем теле приятная ломота, и теперь мне хочется просто принять горячий душ, а после рухнуть в постель и проспать часов двенадцать.
– Ладно, парни, – наконец командует Серый. – Можете расходиться. Я вам скину время и место. Будьте готовы.
Глава 6. О помощи и благодарности
На следующий день мне тоже не удаётся выспаться. С вечера никак не получается уснуть, несмотря на тренировку, душ и врубленный фоном телек. Обычно его мерное бормотание помогает отключиться, но не в этот раз. И в третьем часу ночи, поняв, что спать осталось часов пять от силы, мне приходится сдаться и пойти на кухню за таблеткой. Я закидываю её в рот, не запивая, а потом в ожидании, пока она подействует, успеваю выкурить пару сигарет.
А утром меня рубит спать так, точно даже эти несколько часов сна привиделись. Голову словно отлили из чугуна и доверху засыпали песком, и теперь при малейшем изменении ее положения в пространстве, мне кажется, я слышу шум перекатывающихся из стороны в сторону крупиц. Не люблю засыпать на препаратах, потому что весь следующий день напоминаю зомби, которому удалось восстать из мертвых.
Насыпаю в кружку две огромных ложки кофе с горкой и заливаю кипятком. Знаю, что мешать таблетки с кофеином плохая идея, но хреново настолько, что, наверное, хуже быть уже не может. Не хочется даже есть, и я ограничиваюсь кефиром, найденным в холодильнике.
Бодрости кофе ожидаемо не придает. Зато с этим неплохо справляется ледяной душ. Это, конечно, ненадолго, и через час-другой меня снова начнет выключать, но все же лучше, чем ничего.
Спускаюсь по лестнице на улицу и на третьем этаже неожиданно сталкиваюсь с блондинкой, которую видел из окна. Она как раз запирает дверь квартиры, и я понимаю, что оказался прав – в подъезде появился новый жилец.
Она отрывает взгляд от замка, с которым возится, и переводит на меня. А я невольно отмечаю, что глаза у неё очень красивые – какого-то невероятного василькового оттенка. Она и сама красива: сегодня на ней надеты укороченные брюки и молочного цвета блузка, на плечи наброшен лёгкий плащ, а на ногах туфли на длинном тонком каблуке. Я залипаю на несколько секунд, отмечая незаметные на первый взгляд детали – крошечную родинку над губой, почти неразличимый шрам на щеке и пушок коротких волос, выбивающихся из укладки и попадающий в глаза.
– Доброе утро, – говорит она ровным будничным тоном, и я усмехаюсь. Не помню, когда в последний раз кто-то из соседей пожелал мне доброго утра. Единственной, кто вообще заговаривал, была Галина Петровна, но от неё скорее можно было услышать проклятия и пожелания скорой кончины.
Она не замечает моей усмешки, или просто делает вид. А снова отворачивается и принимается копаться в замке. Я протискиваюсь мимо неё вниз, мысленно проклиная строителей, спроектировавших дом с такой узкой лестницей. И уже собираюсь уйти, как вдруг она окликает меня.
– Простите, не могли бы вы мне помочь?
Я останавливаюсь и удивлённо изгибаю бровь. Не то, чтобы я был рыцарем в сияющих доспехах, готовым помочь всем попавшим в беду, но почему бы и не выручить симпатичную девушку. К тому же, это неплохой повод завязать более близкое общение. Остаётся только надеяться, что она свободна и не обременена принципами.
– У меня ключ в замке застрял. И не поворачивается, и не вытаскивается, – объясняет она. – Я уже позвонила хозяину, и он сказал, что нужно посильнее его дёрнуть. Если бы это ещё было так просто.
Она натянуто смеется и бросает быстрый взгляд на экран телефона. Добавляет:
– А я вообще-то уже дико спешу, и так потратила на этот замок почти десять минут.
Я в два шага преодолеваю лестничной пролёт, на который уже успел спуститься, и оказываюсь возле неё. Меня тут же окутывает ароматом вишни, идущим от её волос, и я с наслаждением втягиваю его, вдохнув поглубже – он несравнимо лучше того, который обычно стоит в подъезде.
Легко оттеснив плечом девушку, я одним резким движением вытаскиваю ключ из замочной скважины. Она радостно вскрикивает и широко улыбается – так искренне, будто я только что открыл для неё сейф, в котором лежит миллион долларов.
– Спасибо!
– И это все? – насмешливо откликаюсь я.
– Большое спасибо? – она немного хмурится и смотрит на меня настороженно.
– Сойдёт, – жму плечами, отдаю ей ключ и спускаюсь вниз. А потом, не сумев сдержаться, добавляю: – Кстати, зачетная грудь. И в этом лифчике она смотрится просто отпадно.
– Придурок, – шипит мне вслед блондинка.
– И это твоя благодарность? – смеюсь я, слыша её недовольное бормотание вслед.
Грудь у неё и правда отличная – это мне удалось рассмотреть, когда она оказалась слишком близко ко мне. Так что я просто сказал правду, слишком уж отчётливо выделялось кружево нижнего белья под тонкой тканью блузки.
Во дворе, несмотря на ранее время, на своём посту уже сидит Галина Петровна. Она прожигает меня убийственным взглядом и собирается с мыслями, чтобы выдать новую порцию проклятий, но внезапно её отвлекает прозвучавшее за моей спиной “Доброе утро”.
Блондинка проходит мимо меня с гордо поднятой головой, смотря точно сквозь, зато мило улыбается соседке.
– Доброе утро, – отзывается Галина Петровна, немного недовольная, что ее тираду прервали, не дав начаться. Но тут же расплывается в хищной улыбочке: – А с этим, – это она, конечно, имеет в виду меня, – успели уже познакомиться?
– Успела, – недовольно поджимает губы девушка.
– Это зря. От него лучше держаться подальше, он наркоман, уголовник и Бог его знает, кто ещё. Вы, если что, сразу нашему участковому звоните, я вам потом номерочек дам. Он у него там давно на учёте стоит.
– Спасибо за информацию, – холодно отзывается блондинка, не смотря в мою сторону. – Извините, я очень опаздываю.
И она с невероятной для таких высоких каблуков скоростью устремляется через двор. А я, бросив на Галину Петровну, злой взгляд, завожу байк и рву с места. Да уж, представила, ничего не скажешь.
Девушку я нагоняю у самого выхода со двора, прямо возле выезда на дорогу. Резко торможу перед ней, и она сначала вздрагивает от неожиданности, а потом недовольно фыркает:
– Ты нормальный? Зачем так пугать?
– Извини.
– Чего тебе? Не до конца грудь разглядел?
Я решаю промолчать, что предпочел бы посмотреть на неё без блузки и бюстгальтера, и вместо этого киваю себе за спину.
– Решил тебя повезти, а то ты вроде как опаздывала.
– Ты же не думаешь, что я сяду на это? – она откидывает мой байк скептическим взглядом, который задевает за живое – оскорбление моего железного друга приравнивается личному.
– Эй, не говори так, – обиженно возмущаюсь я. – Чем тебе не угодил байк?
– Не байк, а его хозяин, – хмыкает она и продолжает уверенно цокать каблуками по тротуару.
Я медленно еду за ней следом и сам не понимаю, зачем это делаю. Она явно не из тех, кто готов прыгнуть в койку к первому встречному, а уламывать её себе дороже – кругом полно девчонок, не обремененных строгим принципами и высокими идеалами отношений. К тому же, после моей характеристики, любезно предоставленной Галиной Петровной, она вряд ли ко мне приблизится ближе, чем на пару метров – у неё же на лбу написано, что ей подавай холеных, богатых мальчиков. Таких же, как она сама.
Я прокручиваю это все в голове, но все равно еду вдоль тротуара на черепашьей скорости. Мне просто нравится смотреть, как легко она движется, плавно покачивая бёдрами.