Ана Адари – До встречи в созвездии Девы (страница 5)
— Я прощаю тебе все, Катюша, — сказала еле слышно.
Хотя прощать было нечего. Разве что любовь царицы Прасковьи, которая всегда выделяла свет-Катюшу из других своих дочерей и баловала. Скорее, это государыня перед старшей сестрой была виновата. За трон, который заняла случайно. Но разве с правителями спорят? Да еще с такими.
Мама кивнула и попросила благословения. Всего через месяц она умерла.
А для меня началась новая жизнь, уже в ранге наследницы. Принцессы.
***
Я получила щедрое денежное содержание, личные апартаменты и целый штат прислуги. Все, как по заказу. Правда тетка велела сделать из меня, пацанки, образцовую принцессу.
Обучить манерам и танцам, и чтобы не чуралась более людей. А то я в свое Измайлово одичала.
Ха! Людей! Те, которые раньше меня презирали и говорили «скажи спасибо, что еще жива», теперь лебезили. Присылали дорогие подарки. Норовили на уши присесть. Наследница!
При дворе шла непримиримая борьба двух партий, немецкой и русской. Первую само собой возглавлял теткин фаворит Бирон. А вторую генерал-адъютант Волынский.
На самом деле это была банальная драка кланов за чины, награды и поместья с тысячами душ. И мне хотелось заткнуть уши, когда начинали нахваливать кого-то из этих двоих. Потому что мне ни один не нравился.
Бирон, хитрая лиса, хотел породниться с царской семьей. И терпеливо ждал, когда я отвергну жениха, выбранного моими благодетелями. Наверняка ведь руку приложил, зараза! Не верю, что в Европе нет нормальных принцев! Это мне прислали… бракованного.
Все немец мутит! Власти ему мало! Вон, покойная императрица Екатерина, даже будучи замужней, умудрялась романы крутить! А тетка как прикипела к своему немцу! И на двери ее спальни пудовый замок, ключ от которого у сердечного друга Эрнста!
Но я же вижу, что он лжец и лицемер. И не любит ее вовсе. И понимает, гад, что положение его непрочно.
Не станет тетки – и он испарится, как не было. В ссылку выпрут. В Сибирь. Если, конечно, сбежать не успеет на историческую родину.
Потому и крутится возле меня, наследницы. Ведь его соперник из старого столбового дворянства, из бояр. Не пришлый.
Но Волынского я терпеть не могла за жестокость. Как-то он при мне ударил женщину во время карточной игры, после банкета по случаю тезоименитства, куда и меня привезли. Тетка настаивала на том, чтобы меня выводили в свет, а не только математикой пичкали.
После этого случая мне расхотелось покидать свои покои, где я грезила над книжкой. Любовным французским романом. Мир, где не было Интернета, гаджетов и нейросетей, оказался невероятно жесток. Чего я не учла.
Эпоха дворцовых переворотов. Средневековые пытки и казни, не только милая сердцу старина.
Волынский к примеру с упоением бил свою служанку, крепостную. За пустяковую провинность. Бедняжка попыталась оправдаться, и я прекрасно знала, что она не врет. Ее толкнули, я это видела, потому и чарка на подносе расплескалась. Возможно, что подставили. Но несчастная сделала только хуже, надо было промолчать. Обошлось бы оплеухой.
Но Волынский был не в духе, и я стала свидетельницей настоящего припадка. Мужчина в гневе избивал ногами лежащую на полу женщину! А все стояли и смотрели, как будто ничего
Да он же психопат!
Когда я хотела вмешаться, кто-то схватил меня за руку.
Я обернулась: Остерман.
— Идем отсюда, — и меня потащили прочь.
— Но служанка…
— Не лезь в это. Он забивает слуг и не только их до смерти даже в Великий пост. Греха не боится. Любит кровушку пустить.
— Но женщина… — я попыталась вырваться.
— Она его собственность, — мою руку лишь крепче сжали. И поволокли с удвоенной энергией к выходу. — Ей просто не повезло сегодня. Артемий с Бироном опять сцепились. Волынского в который раз поймали на мздоимстве, а государыня заступилась. Фаворит, похоже, ревнует. Видишь – все сегодня здесь, весь двор, а Бирона нет.
— Да он же старый, Волынский этот! – удивилась я.
Остерман рассмеялся:
— Для тебя да. Хотя, любовь тут не причем. Власть делят. Артемий долго был в опале, а теперь свое хочет взять. И к немцам ловко подкатил, и государыню-матушку очаровал. Царская родня! Своя кровь!
— Родня?
— Ты что не знаешь? – удивился Остерман. – Он ведь женат на племяннице покойного императора. Учи историю древних дворянских родов – это первое, — сурово сказали мне.
Какое там учи! Меня романы интересовали гораздо больше.
В отличие от матушки я была способная к языкам, и вскоре бегло читала и по-немецки, и по-французски. Книжные истории меня захватили.
А власть и без меня поделят. Вот приедет жених…
— Скоро, — улыбнулась за ужином тетка. – Приглашение уже послали. Готовься, невестушка.
Я прямо зарделась. Мне надо выйти замуж. Это предопределено. И я ничего не имею против. Мне очень хочется семью и детей.
Я не желаю ввязываться в дворцовые интриги. Сколачивать какую-то свою партию. Вербовать сторонников. Пусть муженек этим занимается.
Он, небось, уже мчится.
Но случилось это только зимой. Долго запрягали, да и дороги осенью развезло. Посольство увязло в грязи, пока надежно не подморозило. Потом тащились к нашей новой столице, без особой поддержки местной знати.
Какой-то захудалый принц, бедный, неприглядный, ни выправки, ни стати, едет, чтобы поступить на службу в российскую армию. Эка невидаль! Там этих иноземцев – как грязи!
О том, что к императорскому двору едет мой жених, послы умалчивали. Согласия на брак ни моего, ни теткиного еще не было. Просто смотрины.
Но моя судьба до Санкт-Петербурга все же добралась.
Встреча с будущим мужем это отдельный рассказ.
Такой подлянки я не ожидала. Честно.
До этого момента полет проходил в штатном режиме. Чертовы роботы! Они, по ходу, ни уха, ни рыла в мужской красоте!
Суаделла, я тебя растерзаю! Выберусь из своей капсулы, возьму в руки молоток и каааак… Прямо в экран тебе залеплю!
Подсунула мне…
Короче, други: внимайте.
Глава 3
Тетка, непримиримо и рьяно боровшаяся с пьянством, праздники, тем не менее, обожала. Но без возлияний. Она прямо-таки поломала традицию, положенную царями-предшественниками. Про бабушку я уже говорила. Как старушку сгубило вино. И так пили почти все аристократы в ее время.
Но теткин муж, не выдержав горячего российского гостеприимства, скончался на постоялом дворе, по дороге на родину. Медовый месяц закончился трауром, новобрачная внезапно стала вдовой и объявила крестовый поход на алкоголизм, едва в ее руках оказалась безграничная власть.
Она постоянно издавала указы: запретить! А повеселиться любила. По-русски, с размахом! Сейчас расскажу, куда тратились деньги.
Мы не знали, когда именно приедет мой жених, но так получилось, что бедняга попал с корабля на бал.
И был само собой ошарашен. Немцы, они прижимистые. А тут не День рождения, не Новый Год и не Пасха. Всего лишь тезоименинство. День святого, покровительствующего государыне. Но в Европе и Новый год с таким размахом не встречали, как мы третье февраля, день святой Анны.
На ледовом поле перед еще недостроенным Зимним дворцом тысячами огней засиял дивный сад. Зеленые, синие, красные… В центре этого искусственного сада красовался вензель государыни с короной, причем корона была такого же цвета, как и настоящая. Точь-в-точь.
Петропавловскую крепость, Адмиралтейство и Академию наук украшала праздничная иллюминация. На все это пошло больше ста пятидесяти тысяч светильников! Честно!
Тетка любовалась зрелищем из окна, когда доложили о прибытии принца Антона. Я стояла рядом и невольно приосанилась.
Мой будущий муж приехал! Та родственная душа, которая потянется к моей, и мы будем тихо, по-семейному счастливы. Мне большего не надо.
Не хочу я власти, только чтобы не лез никто. Не помыкал. Не распоряжался мною, как вещью. Да и деньги… У меня все есть, содержание положили немаленькое.
Мы будем гулять по саду, взявшись за руки, обсуждать прочитанные книги, само собой любовные романы, потом целоваться на скамейке под цветущими липами…
Хрустальный шар моей мечты треснул, едва принц Антон вошел в бальную залу. Весь паркет был в осколках, потом я поняла, что это слезы. Мои.
Он был тщедушен, бледен, волосы почти бесцветные, глаза… В них я боялась посмотреть. Не дай Бог, принц прочтет мои мысли!