Ами Ли – Карминная метка (страница 13)

Но я этого хочу. Хочу, чтобы она улыбалась, встречая мой взгляд. Хочу огня в ее глазах – яростного, убийственно яркого. Клянусь, я готов сгореть дотла ради этого пламени.

Хочу, чтобы она перестала рваться вперед, доказывая свою силу, а позволила себе быть за спиной у меня – в полной безопасности. Хочу видеть ее в своей постели. Хочу слышать, как она шепчет мое имя в ночи, умоляя не останавливаться.

Я просто хочу, чтобы Айра стала моей женой. Настоящей. И клянусь – она никогда об этом не пожалеет.

Пока же мне остается наблюдать, как она скрещивает руки на груди, отворачиваясь к окну. Такая задумчивая, отстраненная и безумно красивая. До сих пор не понимаю, как за три минуты она умудрилась стянуть с себя это свадебное платье и нацепить штаны с толстовкой.

– Знаешь, почему ты едешь со мной рядом? – прерываю молчание.

– Боюсь предположить.

– Потому что ты этого захотела.

Айра усмехается, поправляет рукава и вновь отворачивается. И я больше не знаю, чем ее завлечь. Ей нужно принять реальность как должное. Мы в одной лодке, и грести придется вместе, хочет она того или нет.

Дорога от машины до склада узкая, разбитая, петляет между корпусом и лесополосой. За гранью огня тьма. Ветер завывает сквозь проломы. Склад когда-то был большим, теперь же от него остались обугленные стены и дыры вместо окон. Внутри бушует пламя, пожирая остатки. Я знал, что Риккардо оставит «подарочек». И точно понимал, что запомню его.

Подъезжаем к горящему складу. Глушу мотор, и нас окутывает тишина. Огонь пожирает здание, превращая его в костер. Айра молчит, смотря на пламя, не моргая. Ее стихия – точно.

Зарево багровым отсветом обводит это место. Открываю багажник, киваю на ящик: ботинки, перчатки, налобные фонари, маски-респираторы.

– Обуй это. Волосы прячь под резинку.

Вокруг пустошь: голая земля, обгорелые обломки, кирпичи, стекло. В воздухе висит гарь, вперемешку с химией. Першит в горле, режет глаза. Мы с Айрой почти одновременно надеваем респираторы.

– Это может быть ловушкой, – бормочет она. – Слишком темно. Где Блейк и Декстер?

– Прикрывают с дальней позиции, в лесополосе. Мне нужно подобраться ближе – там наш человек, едва живой. Надо вытаскивать.

– Я с тобой. Вчера лил ливень, и земля сырая. Хочу посмотреть все, что может рассказать о том, кто здесь был. Следы на сырой земле сейчас хорошо читаемы.

Достаю рацию, переключаюсь на наш канал. Голос звучит приглушенно, но уверенно:

– Блейк, я с Айрой движемся к восточному входу. Декстер, прикрой тылы. Держи ухо востро – пахнет провокацией. Первостепенно на тебе Айра.

– Эй! – возмущается она. – С ума сошел?

– Принято, – отвечает Блейк.

Айра выхватывает рацию и косо смотрит на меня, тяжело дыша.

– Прием. Блейк прикрывает Андреса, а Декстер – меня.

– Схема «крест». Дистанции десять и двадцать, – отзывается Блейк.

– Держу правый сектор, – слышу голос Декстера.

– Андрес? – раздается на том конце рации вопросительный тон Блейка.

– Выполняй, – отвечаю я. – Вы слушаетесь ее беспрекословно. Ослушаться можно только в том случае, если она прыгает под пулю. Все понятно?

– Принято.

Достаю пистолет из бардачка, отщелкиваю магазин, проверяю боекомплект. Айра смотрит на меня, поджав губы. Бросаю ей оружие, и на мгновение наши взгляды встречаются.

– В порядке? – спрашиваю тише, пристегивая к поясу фонарь.

– Да… да, – она делает глубокий вдох, и ее пальцы увереннее сжимают рукоятку пистолета.

Под ногами хрустят обломки и осколки стекла. Жар от огня волнами накатывает на лицо, но продолжаю двигаться вперед, в самую гущу этого хаоса. Нужно найти его Колина, цепляющегося за жизнь в этих руинах.

Достаю Glock из-под куртки, передергиваю затвор. Хотя вокруг царит почти кромешная тьма, я четко ощущаю на себе чей-то пристальный взгляд. Возможна вторичная ловушка, поэтому внимательно слежу за линиями проводки, свисающими с обугленных балок, и просвечиваю лужи фонарем на наличие радужных пленок от горючего.

Оборачиваюсь к Айре. Ее силуэт едва различим в клубящемся дыму и полумраке.

– Будь осторожна, – говорю почти шепотом, зная, что она услышит даже сквозь гул огня.

И снова поворачиваюсь вперед, готовый шагнуть в самое пекло.

– И ты… пожалуйста.

Ее слова, тихие, но отчетливые, заставляют меня на мгновение замереть. Уголки губ непроизвольно тянутся вверх, и на этот раз я даже не пытаюсь скрыть улыбку. Ее тон смягчился, в нем появились нотки заботы, которых мне так не хватало все эти годы. Я хватаюсь за каждое такое мгновение, как утопающий за соломинку, с надеждой, что все еще можно исправить.

В ухе шипит: Блейк – «дистанция десять», Декстер – «правый чист».

Луч света от фонаря выхватывает из тьмы детали: обгоревшие балки, искореженные металлические конструкции, обрывки проводов. Чужие внедорожники оставили две свежие дорожки – четко видны протекторы. Рядом цепочка моих следов, и более изящные, аккуратные – Айры. Они ведут к развалинам, словно приглашение в ад.

– Мне кажется, что здесь нет выживших, – шепчет Айра. – Пепелище.

– Будем смотреть по факту. Главное – далеко не отходи от меня.

– Прекрати строить из себя гребаного героя, – шепчет она. – Я не нуждаюсь в твоей защите. Сама справлюсь.

– Да ладно? – усмехаюсь, сканируя местность. – Ты всегда будешь для меня той, которую хочется от всего уберечь, Айра, – говорю тихо, оглядываясь по сторонам. – Не потому, что я считаю тебя слабой или что-то в этом духе, а потому что… так есть. Я хочу защищать тебя.

– На мое восемнадцатилетие тебе было плевать на мои страхи, – ее голос звенит злостью.

– Лучше бы я молчал, – невольно огрызаюсь. – Прекрати. Не сейчас.

– Да не парься, – бросает она, прищурившись. – Зачем слова? Просто снова исчезни. Ты же так умело это делаешь. Или боишься, что та ночь мне не понравилась?

Резко останавливаюсь, как будто наткнулся на стену. Айра врезается в мою спину, и чувствую, как ее дыхание обжигает шею. Поворачиваюсь и цепляюсь за вызов в зеленых радужках напротив.

– Так и будешь прятаться за сарказмом, принцесса? – шепчу, склоняясь к ней. – Это первый вопрос. Второе – у нас где-то умирает человек. Территория не просматривается, возможна вторичка. Мы оба можем в любой момент схватить пулю, но ты решила, что сейчас время обсудить детали нашего секса?

Злость закипает где-то изнутри. Я терпеть не могу, когда во время таких вылазок приходится думать о чем-то еще, кроме опасности вокруг. Тем более, когда рядом со мной – она. Это гребаная двойная ответственность! Я не могу позволить, чтобы с Айрой что-то случилось, и ей придется это понять, пусть даже не самым приятным способом.

– Прием! Андрес? – голос Блейка, доносящийся из рации, прерывает повисшую между нами тишину.

Не сводя глаз с Айры, которая стоит как вкопанная, достаю рацию:

– Чего тебе?

– Что у вас там?

– Закрой канал и занимайся своим делом, Блейк.

Прячу рацию на место.

В ее глазах – борьба. Вижу, как внутри все клокочет: злость, страх, упрямство, какая-то уязвимость, о которой она сама бы никогда не призналась. Айра словно мечется внутри себя, хочет послать меня к черту, но не может – слишком много между нами невысказанного, слишком много чувств, которые проще заглушить сарказмом. И это, блядь, пугает, потому что я чувствую то же самое.

Айра молчит. А я не знаю, что делать дальше. Стою напротив и вижу ее взгляд. Испуганный? Злой? Мне кажется, что она затаит на меня еще большую обиду после этого. Но как поступить еще, если не таким способом заставить ее понять: когда грозит опасность, здесь нет места чувствам?

– Ты сейчас на открытом поле, Айра. И, сделав один неверный шаг, можешь умереть. Неужели мне нужно тебя учить этому?! – неосознанно прикрикиваю, но тут же сбавляю тон, увидев, как Айра отходит от меня на шаг назад. – Еще одна такая выходка – я тебя больше с собой не возьму. Ты должна идти на разведки с трезвой головой и чистым разумом. В пределах дома можешь подстрекать меня как хочешь, хоть на колени ставь, если тебя это так забавляет. Но здесь ты слушаешься меня и отбрасываешь к чертовой матери все свои обиды. Поняла?

– Да.

– Повторяю последний раз. Держись возле меня. Я не знаю, чему ты научилась за эти пять лет. Покажешь свои способности – и я больше не буду для тебя «гребаным героем».

Айра молчит, смотря мне в глаза. От ее взгляда веет холодом. Проклинаю себя за эту вспышку злости, а комок встает в горле от мысли, что она может погибнуть по моей вине.

Сердце сжимается, как только вспоминаю, как она дернулась от моего крика, но урок нужен. Этот мир не прощает ошибок.

Пока я разбираю собственные мысли и пытаюсь вытравить чувство вины, Айра внезапно приходит в движение. Она отходит, начинает внимательно осматривать обломки, словно пытаясь найти, за что зацепиться. Ее движения становятся собранными, осторожными. Она уже не обиженная девчонка, а профессионал: ищет зацепки, улики – все, что может помочь. Осматривает землю, завалы, отмечая каждый нюанс.

Я молча наблюдаю, стараясь скрыть гордость. Услышала. Усвоила.

Мне же нужно найти Колина, чем скорее, тем лучше. Прикрываюсь рукавом куртки, делаю шаг внутрь остатков склада. Запах гари ударяет в лицо так резко, что на секунду темнеет в глазах. Густой, едкий дым разъедает слизистую, и приходится поправить респиратор, иначе легкие просто сгорят к чертям.